Он. Она. Другая - Лия Султан

— Это тебе, Нафиса, — сажусь напротив нее и смотрю в глаза. Они у нее такие же, как у ее мамы.

— Не нужно было. Вы ее балуете, — строго заявляет Сабина, бросая недобрый взгляд и специально обращаясь на “вы”.

— Матерь Божья! Святые угодники! — восклицает ее сестра.

— Ирада, мы мусульмане, — делает ей замечание Сабина.

— И что? Это не мешает нам каждый год брать куличи и яйца у бабы Паши, — цокает она. — Это наша соседка если что. И вообще я человек мира, — уточняет она специально для меня. — Боже мой. Какая прелесть. Признавайтесь, проштрафились, да?

Проницательная и прикольная у нее сестра. Мы точно подружимся.

— Проштрафился, — киваю. — Только не совсем понимаю из-за чего.

— О, неужели моя сестра сама придумала, сама обиделась? Ну удачи, — усмехается девушка, приложив ладонь к груди. — От души.

— Спасибо. — Поднимаюсь с пола и ловлю взор Сабины — строгий и растерянный одновременно. — Поговорим на улице?

— Идем, — теперь не глядя на меня, она проходит мимо и открывает дверь. — Ужинайте без меня. Я скоро, — бросает через плечо сестре и выходит в подъезд. Я же иду за ней.

В лифте молчим и сходим с ума. Я — по ней. Она — не пойму почему. Разглядываю ее изящный профиль, губы, слегка тронутые темно-розовой помадой, длинную тонкую шею. Чувствуя на себе мой взгляд, она, защищаясь, складывает руки на груди и глядит в пол. Так хочется прижать ее к стене и поцеловать, чтобы дурь из головы выбить, чтоб как тогда в тачке меня обняла, кожу на затылке царапала и стонала. Что в мозгах, что внизу уже вовсю алеет сигнал “S.O.S.” Надо подумать о чем-то серьезном, чтоб перестать думать о ней и утихомирить свое внутреннее чудовище. Но нет, оно рвется наружу, потому что оказавшись во дворе, я не выдерживаю этой игры в молчанку и “кошки-мышки”, беру ее за руку и тяну к машине.

— Эй, ты что! — возмущается Сабина, пытаясь вырваться.

— Пойдем, я сказал! — сам испугался своего командного тона, но по-другому уже никак.

— А как ты разговариваешь? Мы не на работе если что!

Подойдя к машине, снимаю ее с сигнализации и открываю дверь.

— Садись, — указываю взглядом на кресло.

— А если нет? — вздергивает подбородок, еще сильнее меня распаляя.

— Сядь, пожалуйста, — не разрывая зрительный контакт и сокращая расстояния между нами, прошу еще раз, но уже мягче.

Она демонстративно цокает, но, наконец, сдается, а я, закрыв за ней дверь, за две секунды оказываюсь на месте водителя.

— Рассказывай, — повернувшись к ней корпусом, выдыхаю. — Что за муха тебя укусила?

— Не муха, а твоя невеста, — рявкнула она, смотря прямо перед собой. — Или начнешь оправдываться, что у тебя нет невесты?

— Нет, не начну, — то ли от моего строго, хриплого голоса, то ли от слов Сабина вздрагивает.

— Чего?

— Я не стану оправдываться, потому что у меня нет невесты, — слабо ударяю кулаком по нижней части руля.

— Но Рузанна, — горько проговаривает она и уже я дергаюсь от этого имени.

— Господи! Рузанна? Ты подумала, что она — моя невеста?

— Это весь центр подумал! — обиженно вскрикивает она. — Все отделы только вас сегодня обсуждали. И какая у тебя невеста шикарная, и как ты ее вышел встречать, и какой у нее бриллиант на пальце, и то, что ты машину ей покупаешь!

— Бл***ь, — цежу сквозь зубы, потому что не предугадал такое развитие событий. Я же без задней мысли позвал ее сегодня. — И ты поверила сплетням?

— Да я сама вас видела! — злится она еще больше. — В павильоне. “Нариман, вот эта мне нравится. И цвет классный, красненький”, - передразнивает она Рузанну.

Увидев эту пародию, не могу удержаться, запрокидываю голову и громко смеюсь. Выгляжу долбанным идиотом и Сабина так на меня и смотрит. Но эта маленькая женщина такая трогательная и смешная в своей ревности, что у за грудиной тепло разливается.

— Ты ревнуешь!

— Тебя? Нет! — шипит она. — Я просто не хочу, чтобы из меня опять делали дуру. Я этого наелась вот, — Сабина прикладывает ладонь к горлу. — Поэтому не надо со мной играть, не надо сначала красиво ухаживать, а потом гулять с другой. Если у тебя есть невеста, так и скажи и мы все сразу закончим, пока все не зашло далеко. Потому что твоя невеста этого не заслуживает. Я была на ее месте. Мне не понравилось!

— Да нет у меня бл**ь невесты! — потеряв терпение, ору я. — Рузанна замуж, конечно, выходит. Но не за меня!

— Не за тебя? А за кого? — чуть ли не кричит она.

— За Ваню своего!

— За какого…Ваню? — оседает она и лицо ее забавно вытягивается. — За русского?

— Да! — рявкаю я и решаю, наконец, ей все рассказать. — Рузанна — просто моя знакомая. Да, в прошлом году, почти в то же время, что мы с тобой познакомились, тетя дала мне ее телефон. Она — дочка друзей моих родственников.

— Как знакомо, — глухо отзывается, поджав нижнюю губу.

— Я позвонил, мы встретились, пообщались. Не буду отрицать, она мне понравилась, — резко поворачивает голову, стреляет в меня глазами. — Я сказал: “Просто понравилась”. Она образованная и интересная, но…не моя родственная душа, как ты говорила.

— Ты помнишь что я говорила? Это было год назад.

— Я помню все, что ты мне говорила.

— Хорошо, — закрывает глаза, дышит через нос. — А дальше что?

— Мы посмеялись над ситуацией и решили сказать своим, что все прошло удачно.

— Вот вы странные люди. Обоим за тридцать, а ведете себя как дети! Ладно ты не влюбился, но она же могла!

— Не могла! Она со мной встретилась для отвода глаз. Роман у нее на растоянии был с Ваней. Рузана попросила подыграть, чтобы ее никто не трогал и она могла спокойно подумать над решением. Она боялась сказать своим, что у нее любовь с русским.

— С местным?.

— Нет, из Питера. Они за границей познакомились на конференции дерматологов. Любовь у них. Сама понимаешь, в этом тяжело признаться родителям.

— Но у нас много смешанных браков.

— У нее семья очень традиционная и богатый отец. Короче, ездила Рузана к нему в Питер и еще где-то на нейтральной территории они встречались. Он приезжал недавно предложение делать.

— И как? — с интересом косится на меня.

— Ну как? С горем пополам, но разрешили. Теперь она туда собирается переезжать.

— А при чем здесь машина?

— Захотела поменять на новую. Привезла свою, оставила у нас и выбрала другую. — чувствую себя, как на допросе. — Потом ее перегонит в Россию. Всё?

— Нет, не все, — пробубнила она. — Если у нее есть жених, то