Гордые души - Анна Рома

чувствовала его во всю длину, получая новый спектр ощущений. Обхватив за шею, двигала бедрами, насаживаясь на его член, издавая хриплый стон, облизывая пересохшие губы. Кристиано целовал мою шею и плечи, водя рукой по животу, спускаясь ниже и принимаясь стимулировать клитор, моя голова прижалась сильнее к его шее. Вскрикнув, схватила мужа за волосы, полностью не способная удержаться от подступающего оргазма.

– Кристиано… – мольба сорвалась с моих губ, полуобернувшись, находя его.

Поцеловав мои губы, мужчина ускорил темп, пока мое тело не задрожало и не обмякло в его руках, финишируя. Кристиано выдохнул, еле удержав нас на месте, заполняя меня своей спермой. Я чувствовала, как пульсировал и дергался его член внутри.

Открывая глаза, жадно поглощала в легкие воздух, ловя черные точки перед собой, снова закрывая, проводя ладонью по влажному лицу мужа.

– Ты – все, чего я желаю, – его итальянский напомнил нам наше начало.

Он вышел из меня, и я повернулась, взяв лицо Кристиано в свои ладони, соприкасаясь лбами, ровняя наши сердца. Его глаза цвета горького шоколада, напротив моих – холодных синих. С самого начала я ошибалась, когда уперто противостояла мнению старшего слова, но наш союз прекрасным образом состоялся, благодаря Кристиано и его мужскому слову.

Поцеловав его губы, позволяя бабочкам в животе танцевать, ответила:

– Я вся только твоя.

Auguri!*– счастливо! (пусть все, что человек задумал, идет хорошо и процветает).

28 глава

В два часа дня мы встретились, чтобы пообедать с моей семьей из Италии. Расположились на верхнем этаже отеля в лаундж под открытом небом с видом на бульвар Бенджамина Франклина. Изысканное открытое пространство, вежливый персонал и непревзойденный вид на художественный и музейный район Филадельфии, располагающий к отдыху.

Это было действительно лучшее место, чтобы насладиться не только видом, но и охлаждающими напитками в жаркую пору.

Поприветствовав дядю, поцеловала в обе щеки, как это было принято в семье, он крепко меня обнял, и я заметила Франческу за его спиной, ее лицо было искажено гримасой недовольства и нежелания приближаться, но она подавила отвращение, играя добропорядочную тетушку. Натянув улыбку, сымитировала поцелуй, чтобы не коснуться меня и быстро села за стол.

Кристиано отодвинул для меня стул, присаживаясь рядом и снимая солнцезащитные очки.

– Патриция? – спросила у дяди, додумывая, что главе снова нездоровилось.

– Она прибудет завтра, утренним рейсом, – опровергнул все дурные мысли, я расслабилась. – Отлично выглядишь.

Добавил дядя, переводя взгляд с меня на Кристиано, Франческа закатила глаза.

– У меня и правда все хорошо, – искренне улыбнулась ему. – Теперь я дипломированный специалист, и могу смело взбираться по карьерной лестнице.

Мне было приятно делиться с Валерио своими успехами, он ценил мой труд в учебе и всегда интересовался проделанной работой.

– Ты молодец, Витэлия! Твоего упорства недостает некоторым лицам, – покосился на Теодоро, который сидел в закрытой позе и пытался взглядом проделать дыру в Кристиано.

– Как дела дома? – это был вежливый вопрос.

Официант принес бутылку вина, разливая по бокалам, за ним следовало еще несколько с закусками и основными блюдами.

– Почему тебя интересуют дела другой семьи? – вспыхнула Франческа, и несколько официантов покосились на нее, а Розабелла выпучила глаза на меня.

– Дорогая, мы в людном месте. Избавь меня от своего недружелюбного настроения, – ответил Валерио, переходя на итальянский.

– Потому что вы все еще остаетесь моей семьей тетя, – ответила я, женщина поправила и без того идеальную прическу, откинувшись на спинку стула и устремив взгляд на пейзаж города.

– Кристиано, хочу поздравить вас с очень крупным событием в вашей семье, – поднимая бокал, начал дядя. – Мой дорогой Алдо, жду не дождусь встречи с ним.

– Ничего бы не вышло без моей дорогой супруги, – чокаясь бокалами, Кристиано специально упомянул меня, чтобы позлить тетю еще больше.

Розабелла виновато на меня смотрела, я подмигнула ей, чтобы девушка расслабилась, отпивая вино из бокала. Теодоро заботливо решил накормить меня с вилки, угощая своим салатом.

В Италии он специально заказывал себе блюда, которые мы с Розабеллой хотели попробовать, но были не уверенны, что нам они придутся по вкусу. Тео был непривередлив, важно лишь наличие еды.

После встречи мы с Розабеллой решили сразу же отправиться на прогулку по окрестностям города, после свадьбы у нас не будет такой возможности.

Теодоро был с нами в качестве охраны и компаньона одновременно, но Кристиано настоял и отправил с нами Вито, вытащив парня из прохладного номера в самое пекло.

– Серьезно? Чем эта красавица лучше меня? – рассматривал брат Вито, который приближался к нам. – Человек, который сошел с обложки глянцевого журнала Джи-Кью, разве может быть охранником?

– Переживаешь, что все внимание девчонок достанется ему? – ухмыльнулась Рози, продолжая глазеть на Вито.

– Догадываюсь, что ты хочешь сказать. Это моя работа, так что наслаждайся, – похлопав меня по плечу, в нос ударил аромат цитрусовых. – Если ты вернешься к нему с таким виноватым выражением лица, то у меня будут проблемы.

Склонившись, прошептал Вито мне на ухо, но Тео вдруг расценил данный жест, как непростительную близость, схватив его за предплечье, от чего блондин, стиснув зубы, повернул голову.

– Руку, – прорычал он, предупреждающе.

– Какого хрена ты делаешь? – спросил Тео, все еще держа Вито за руку.

– Эй, так не пойдет, если вы двое будете выяснять отношения, Витэлия надерет вам задницы! – вмешалась Розабелла, в ожидании начала прогулки.

Теодоро отпустил, а Вито, выпрямившись, отряхнул руку, словно на ней осталась грязь.

Мы находились в самом сердце Филадельфии, а именно Старом городе. Район, который хранил огромное количество исторического и культурного наследия. Атмосферные мощенные улочки и архитектурные памятники разных эпох, театры, галереи, музеи и множество роскошных ресторанов и бутиков.

Сердце, как правило, основной механизм, где кипела жизнь и никогда не бывало скучно. Насколько мне было известно из учебных будней, Филадельфию основали представители христианского движения на месте шведского поселения. Она известна всему миру тем, что здесь была провозглашена независимость, и главные достопримечательности были связаны с этим великим событием. Вся история города пропиталась духом свободы, демократии и гражданского общества.

Розабелла настояла, чтобы мы посетили «Волшебные сады», о которых она читала в интернете, составляя план нашей прогулки. По месту прибытия данное романтическое название носил дом, стены которого полностью были покрыты кусками кафельной плитки и стекла, а внутренний двор оказался выполнен в виде лабиринта с лестницами, гротами и террасами.

– Какая невероятная работа, – сказала я, касаясь горлышка стеклянной бутылки из синего стекла.

– Этот художник действительно заморочился, – согласилась Рози, проскальзывая вглубь лабиринта. – Посмотри на посуду, когда у меня будет своя семья, то обязательно куплю