Стеклянная свадьба - Изабель Вульф

– Питер, – прошептала я, пока мы вставали в очередь. – Мне кажется, или Доббсы действительно настроены как-то враждебно?

– Забавно, что ты заговорила об этом, – отозвался Питер. – Дэвид Блэк держался со мной как-то холодновато.

– Неужели из-за этой сплетни в «Мейл»? – спросила я.

Он пожал плечами.

– Не понимаю, с какой стати. Я хочу сказать, разводится множество людей.

Я огляделась вокруг. В самом деле. Вон стоит рок-певец Род Макшэгг. Он был женат три раза.

У входа в шатер я увидела актрису Шерил Лав – с ней приехал ее четвертый муж. А о бурной личной жизни этого малого – он музыкальный продюсер – я читала в «Хэлло!». Так с какой стати кому-то воротить нос из-за наших с Питером отношений?

– Добрый день, миссис Томпсон, – поздоровалась я с женщиной в нелепом сиреневом костюме. – Рада вас видеть.

Она едва выдавила из себя странную улыбочку, после чего сказала:

– Что ж, вероятно, Мэтт очень доволен собой.

– Мэтт? – удивилась я.

– Да, Мэтт, – подтвердила она.

– А, вы имеете в виду из-за того, что он получает приз юных математиков?

Она неискренне рассмеялась.

– Не знаю, за что ему дали этот приз, – заметила она, поправляя жесткие кудряшки.

– Гм, – только и нашлась я что сказать в ответ. – Гм, думаю, он получает приз за то, что знает математику.

Миссис Томпсон бросила на меня испепеляющий взгляд и ушла. От такой грубости меня затрясло. Надо же такое ляпнуть! С какой стати она это сказала? Внезапно я поняла. Ну конечно! Она завидует. Ей хотелось, чтобы приз достался Джонни. Боже мой, ну разве можно быть такой мелочной? Разве Мэтт виноват, что ему все так легко дается? Мэтт не виноват в том, что он такой способный, а ее сын Джонни глупый и бездарный. Боже, ну почему другие родители поддерживают дух соперничества, раздраженно думала я.

Пока мы ели холодный пирог, Эллис-Джонсы кидали на нас странные взгляды. Мне это показалось уже слишком. Вдобавок ко всему было очень жарко в платье и жакете. Однако, несмотря на раздражение, я твердо решила вести себя так, будто все в порядке.

– Добрый день, миссис Эллис-Джонс, здравствуй, Джек, – приветливо обратилась я к матери и ее прыщавому шестнадцатилетнему отпрыску. – Как дела?

– У меня… в порядке, – ответил парнишка. – В такой ситуации…

В такой ситуации? О чем это он?

– Надумал, как провести каникулы? – светским тоном спросила я.

– Нет, – вяло ответил мальчик. – Не надумал. Хотя еще недавно собирался поездить с Томом Нортом по Европе. Да вот теперь не могу себе этого позволить.

– Очень жаль, – покачала я головой. – Сочувствую.

Не представляю, с чего он мне все это выложил, но расспрашивать не стала.

– Кейти, – прошептала я, – у меня такое ощущение, что сегодня нам никто не рад.

– Мм, – отозвалась дочь, – нас окружают отрицательные вибрации. Возникла некая групповая враждебность. Я подозревала, что такое может случиться.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Видишь ли, мам, – задумчиво продолжала Кейти, отправляя в рот клубнику. – По-моему, ты должна кое-что узнать.

– Что я должна узнать? О чем ты говоришь? Но я ничего не успела выяснить. В этот момент зазвонил колокол, и нас повели внутрь. Все дети сидели впереди, а родители сзади.

– Питер, – зашептала я, как только мы сели, – по-моему, атмосфера довольно-таки напряженная.

– Ммм, ты права, – согласился он. – Происходит что-то определенно странное, если только это не от жары.

Я начала обмахиваться полученным при входе листочком, где перечислялись имена всех, кто в этом году получает приз. Я испытала прилив материнской гордости, когда в конце прочла имя Мэтта. Директор вышел на сцену и обратился к собравшимся с речью.

– За прошедший год… прогресс… дух общности… результаты соревнований… блестящие успехи… неудачи… перспектива исключения… непозволительные вещи… нарушение дисциплины… новое крыло для учебных кабинетов… дорого… нехватка… будем признательны… А теперь, – сердечно улыбаясь, проговорил он в заключение, – начинаем ежегодное вручение призов. Приносим глубокую благодарность всем нашим спонсорам, чья щедрость позволила приобрести для победителей награды. Мы особенно благодарны мистеру Биллу Гейтсу за предоставление в качестве нового приза – за успехи в математике учеников младших классов – талона на приобретение книги стоимостью 10 фунтов!

Мы послушно зааплодировали. После этого директор откашлялся и начал объявлять победителей.

– Приз Али Г. за успехи в грамматике получает Каролина Дей.

Под громкие аплодисменты долговязая девочка с темными волосами поднялась за талоном на книгу и вернулась на место.

– Призом Трейси Эмин за успехи в рисовании награждается Летиция Бэнкс.

Все мы восторженно хлопали, пока директор пожимал руку маленькой Летиции.

– Приз Марка Тэтчера за успехи в спортивном ориентировании вручается Радживу Пателю.

Мы дружно аплодировали, пока мальчик, засунув руки в карманы, с важным видом шел по сцене.

– Приз «Арчер» за актерские достижения получает Бритни Скотт.

Мы должным образом выразили свой восторг, пока Бритни забирала приз.

– Призом Аль-Файеда за успехи в политических науках – это денежный приз – награждается Мэри Росс.

К этому времени у меня уже горели ладони.

– Приз Барбары Виндзор за успехи в ораторском искусстве получает Дженнифер Джонс. Приз Кена Ливингстона за активное участие в работе дискуссионного клуба достается Барбаре Джоунс. И наконец, – объявил он, когда аплодисменты стихли в очередной раз, – приз за успехи в математике среди учеников младших классов вручается Мэтью Смиту.

Мы с Питером восторженно захлопали, хотя Мэтт еще только привстал с места. Но когда он поднялся на сцену, мы сообразили, что больше не хлопает никто. Зал молчал. Наши одинокие хлопки точно отскакивали от стен. Какое свинство! Мы хлопали всем детям, с негодованием подумала я, почему же они не приветствуют моего сына? У меня горело лицо от с трудом сдерживаемого гнева. Наконец остальные тоже захлопали. Слава богу. Значит, это была просто замедленная реакция – под конец, только и всего. Но в следующее мгновение я осознала, что это не вежливые одобрительные аплодисменты. Напротив – раздавалось медленное мерное хлопанье в ладоши. Я увидела, как бледное лицо Мэтта покраснело. Хлоп, хлоп, хлоп – звучало из зала. Хлоп. Хлоп. Хлоп. Хлопки становились все громче, ритмичнее. Потом, к моему ужасу, кто-то свистнул. Пока директор пожимал Мэтту руку, раздавались выкрики вроде «Обманщик!» и «Долой его!». Директор, поняв, что творится нечто несуразное, призвал зал к порядку.