Игра в большинстве - Даниэла Стил

На выходные в канун Дня труда[4]Марк прилетел из Нью-Йорка повидаться с матерью. Он только что вернулся из Африки, и Фиона хотела увидеться с ним, прежде чем начнутся занятия. Его девушка дежурила в госпитале, так что, как обычно, он прилетел один и был ошеломлен, обнаружив, что у матери гостит мужчина.

– Когда это случилось? – спросил он сестру, столкнувшись с ней на кухне.

– Этим летом, – с видом знатока ответила Элис. – И не нужно так тревожиться: он очень милый и с ума по ней сходит.

Было очевидно, что Элис одобряет происходящее.

– Я никогда не думал, что мы когда-нибудь увидим такое.

Марк еще не мог понять, что чувствует, поэтому решил подождать с выводами, пока не поговорит с ним. Он всегда старался защитить мать.

– И я не ожидала, но, похоже, у них все отлично. И он имеет поразительные способности исчезать, когда мы с мамой хотим провести время вдвоем.

Марк слушал и кивал, потом пошел к бассейну и сел рядом с Лоуганом. Они немного поговорили об Африке, и Лоуган рассказал о своих встречах с Манделой. На Марка это произвело впечатление, особенно потому, что Лоуган не хвастался, а просто сказал, что это был самый интересный опыт в его жизни. А Фиона заметила, что Лоуган получил Пулитцеровскую премию за серию этих интервью, тем самым моментально возвысив его в глазах ее сына.

В субботу к обеду приехала Джиллиан. Привезенные с собой бумаги она разложила на столе возле бассейна и сказала Лоугану, что это те самые исследования, о которых они говорили. Потом целый час они просматривали ее записи.

Вечером они ужинали все вместе и очень много смеялись, что стало отличительной чертой отношений между Лоуганом и Фионой, а на следующий день всей компанией отправились на бейсбол. Он раздобыл два дополнительных билета и сел вместе с Марком, потому что они оба понимали, что происходит, а женщины – нет. «Гиганты» снова выиграли, и, к восторгу Лоугана, участие в Мировой серии стало почти свершившимся фактом. Он был рад обнаружить, что Марк тоже болельщик.

В понедельник Лоуган оставил их одних, чтобы они могли провести день в традиционно семейном кругу. И не только потому, что не хотел навязывать свое общество: нужно было поработать с материалами, которыми поделилась с ним Джиллиан.

– Мне нравится твой новый друг, мама, – признал Марк за завтраком, когда Лоуган уехал.

– Да, и мне тоже, – поддержала Элис.

– Итак, это серьезно? – немного озабоченно спросил Марк.

– Я не уверена, что знаю, что в моем возрасте означает «серьезно», – улыбнулась Фиона детям. – Нравится ли он мне? Очень. Люблю ли я его? Думаю, да. Похоже, все складывается хорошо, и я думаю, это все, что нам пока нужно знать. Я не собираюсь выходить замуж и заводить еще детей. Вы мои дети, и больше мне никто не нужен.

Оба выглядели очень довольными.

– Кстати, как там Джон? – спросила она Элис.

Он проводил все свое время в Тахо с матерью, после того как его отец сделал это судьбоносное объявление, и Фиона с тех пор его не видела. Элис тоже встречалась с ним не часто, хотя они постоянно разговаривали по телефону или переписывались. Он говорил, что все еще очень расстроены.

– Они переезжают в город, в квартиру, – сообщила Элис. – А отца не видели с тех пор, как это случилось. Никто не хочет его видеть. Они очень злы на него. – Не сложно понять почему, и Фионе было их жаль. – Видимо, он раздумал жениться на той женщине, но их мать не хочет, чтобы он возвращался.

– Я ее не виню, – тихо сказала Фиона. – Передай Джону от меня привет, когда будешь говорить с ним. Скажи, что здесь он всегда желанный гость.