Две свечи - Татьяна Бочарова

— Если бы. — Она не удержалась и тяжело вздохнула.

— Хахаля увела, — предположил Макс. — Верно?

— Не стоит стараться. — Ксюша печально улыбнулась. — Ты все равно не узнаешь правды. Да и незачем тебе.

Макс покладисто замолчал.

Маршрутка затормозила у обочины.

— Нам выходить, — сказала Ксюша и стала пробираться к дверям.

Он опередил ее, спрыгнул с подножки и протянул руку.

— Давай, ловлю.

Ксюша сошла на тротуар. Сонькин дом был хорошо виден, он стоял неподалеку от остановки.

— Туда. — Она решительно зашагала по асфальтовой дорожке.

Макс следовал за ней по пятам.

«Только бы она была дома, — как заклинание, твердила про себя Ксюша. — Только бы никуда не ушла».

Она толкнула дверь подъезда.

— Ух ты! — с восхищением произнес Макс, увидев стеклянную будку с вахтером и зеркала. — Круто живет твоя должница.

— Погоди, ты еще лифт не видел. — Ксюша нажала кнопку.

Плавно разъехались двери роскошной кабины.

— Слушай, — с некоторой тревогой проговорил Макс. — У этой твоей стервы наверняка «крыша» имеется. Надо бы справки навести, прежде, чем трясти ее.

— У нее такая «крыша», какая тебе не снилась, — насмешливо произнесла Ксюша. — Не бойся, прорвемся.

Макс кивнул, но лицо его напряглось и стало каменным.

Они вышли на площадку, и Ксюша позвонила в дверь. Она прислушивалась, затаив дыхание — в квартире было тихо. «Как чувствовала, улизнула куда-то», — с досадой решила Ксюша.

— Позвони еще раз, — посоветовал Макс.

— Ладно. — Ксюша со всей силы надавила на кнопку.

— Да иду я, иду, — послышался из-за двери голос Телеги.

Ксюшины глаза сверкнули.

— Что бы ни случилось, веди себя спокойно, — шепнула она Максу.

— Кто там? — спросила Сонька.

Глазок на секунду потемнел. Затем раздалось лязганье замков.

— Ксюша? — Телега смотрела на нее с удивлением.

— Я.

— А это кто с тобой? — Она кивнула на Макса, стоящего позади.

— Угадай с трех раз.

Лицо Телеги оживилось.

— Неужто Николай?

— Он самый. — Ксюша сделала шаг в прихожую.

Сонька моментально посторонилась, пропуская ее, а следом и Макса.

— Если честно, я его совсем другим представляла, — проговорила она, впрочем, без особого разочарования.

— На вкус и цвет товарищей нет, — спокойно произнесла Ксюша.

Сонька захлопнула дверь и сделала пригласительный жест.

— Проходите, чувствуйте себя, как дома.

Ксюша и Макс вошли в огромную гостиную. Ксюша видела, что Макс боится, но старается не показать этого. В целом же он держался молодцом, абсолютно естественно, не вызывая никаких подозрений.

— Сейчас принесу кофе, — пообещала Телега и скрылась в холле.

— Когда пугать ее? — шепотом поинтересовался Макс. — Прямо сейчас?

— Нет, погоди. — Ксюша вошла во вкус.

Ей хотелось покуражиться, поиздеваться над Сонькой, так, как она издевалась над ней. Они возьмут ее врасплох, внезапно, ошеломят, раздавят, не оставят ни малейших путей к отступлению. А потом пусть поклянется, что никогда больше не обратит против Ксюши свои чары.

— Кто же все-таки она такая? — с любопытством спросил Макс. — На деловую не похожа — слишком чудная. Больше смахивает на чокнутую.

«Сказать ему, что она колдунья? — раздумывала Ксюша. — Нет, не скажу. А то еще, чего доброго, струсит окончательно и убежит».

— Она вдова одного состоятельного человека.

Макс навострил уши.

— Имя скажи. Может, я слыхал.

— Даже если слыхал, это ничего уже не изменит, — твердо проговорила Ксюша.

— Морду бить ей будем? — деловито осведомился Макс. — Или так, попугаем немного?

— По обстоятельствам. — Ксюша приложила палец к губам. — Тс! Кажется, идет.

На пороге появилась Сонька. Она успела принарядиться, накинула на плечи какой-то пестрый жакет, расшитый бисером, в волосы воткнула свое любимое перо. Ксюша увидела краем глаза, как вытянулось лицо Макса. Он дождался, пока Телега повернется к нему спиной, и покрутил пальцем у виска. Ксюша сдержанно улыбнулась.

— Что ж вы не садитесь? — нараспев, насколько это позволял ее скрипучий голос, проговорила Сонька. — Ксюшенька, как я рада, что ты, наконец, решилась выполнить мою просьбу. Николай, вам с молоком кофе, или без?

Макс ухмыльнулся и произнес:

— Без.

— Я тоже люблю черный кофе, — сказала Телега, подсаживаясь к столу. — Угощайтесь, пожалуйста. Вот конфеты, печенье.

Макса уговаривать не пришлось. Он по-хозяйски взял из вазы горсть шоколадных конфет, прихлебнул кофе, съел печенье.

Ксюша незаметно наблюдала за ними. Пробовать Сонькино «угощение» ей совершенно не хотелось.

— А я уж и не надеялась тебя увидеть, — проговорила Сонька, сладко щурясь на Ксюшу. — Думала, исчезла с концами, позабыла свою благодетельницу.

«Позабудешь тебя, как же! — мрачно подумала Ксюша. — И ведь какая подлюга, ведет себя так, будто ничего такого не делала. У, змея!»

Макс тем временем совсем вжился в роль и даже начал перебрасываться с Сонькой игривыми шуточками. Та сейчас же раскраснелась, заерзала на стуле, вертела кудлатой головой и неестественно громко хихикала.

«Пора? — вертелось у Ксюши в мозгу. — Или еще рано? Подождать минут пятнадцать?»

Сонька и Макс допили кофе, Телега налила еще, Макс взял следующую пригоршню конфет. Про Ксюшу, кажется, оба позабыли. «Досчитаю до ста и начнем», — решила она.

Сонька вместе со стулом придвинулась вплотную к Максу, как бы невзначай касалась то его руки, то колена. Ее перо кокетливо покачивалось.

— А вы очень симпатичный, — ворковала она ему на ухо.

Он ухмылялся и щупал своими огромными пальцами Сонькину коленку.

«…Девяносто девять, сто!» — Ксюша выдохнула и встала.

— Куда ты, Ксюшенька? — очнувшись, проговорила Сонька. — Уже уходишь?

Взгляд ее был затуманен, плоские губы томно полуоткрыты.

— Нет, Телега, я не ухожу.

Сонька вздрогнула. Ее рука соскользнула с Максова плеча.

— Зачем это глупое, детское прозвище? — произнесла она обиженно.

— Затем, что спектакль окончен. Пора закрывать занавес.

Ксюша видела, что Макс все понял. Его глупую ухмылку, как ветром сдуло, он весь подобрался, напружинился, готовый вскочить по первому ее требованию.