Две свечи - Татьяна Бочарова

Главное было — усыпить бдительность матери. Та тревожилась не на шутку, и буквально преследовала Ксюшу по пятам. Два дня она ни на минуту не оставляла ее одну, пичкала кашами и соками, заставляла днем спать и водила за руку на прогулку. На третий день ей позвонили с работы.

Вера Аркадьевна долго держала возле уха телефонную трубку и тщетно пыталась вставить хоть слово в пылкий монолог начальника. Лицо ее пошло красными пятнами. Минут через пять она в сердцах сказала дочери:

— Это невозможно! Никто не хочет вникать в чужие проблемы. Ксеня, солнышко, я вынуждена покинуть тебя на денек. Как ты? Справишься без меня?

— Конечно, да, — с готовностью проговорила Ксюша.

Мать смерила ее недоверчивым взглядом.

— Может быть, попросить отца? Пусть он возьмет отгул.

— Ни в коем случае. Ему же потом целую неделю придется расхлебывать отлучку.

— Но я боюсь, — горячо проговорила Вера Аркадьевна. — Ты все эти дни сама не своя.

— Глупости. Все уже перегорело. Я отлично себя чувствую. Честное слово!

Мать вздохнула и покачала головой.

— Насчет отлично — это, конечно, преувеличение. Но, обещай мне, по крайней мере, что будешь сидеть дома. Тебе нельзя никуда ездить.

— А я и не собираюсь, — проговорила Ксюша самым что ни на есть невозмутимым тоном. — Разве только во двор выйду, прогуляюсь.

— Ладно, — с неохотой согласилась мать.

Надела плащ, подкрасила губы, взяла сумочку и ушла.

Ксюша бродила по пустой квартире и испытывала странные ощущения. Ей казалось, она попала на поле жаркого, кровопролитного боя. Все вокруг было усеяно трупами — невидимыми глазу трупами ее чаяний, надежд, ее любви. Вот здесь, на этом ковре, лежала она, беспомощная, снедаемая нечеловеческим ужасом, глядя на ворочающееся за шторой привидение. Тут, у комода, стояла, застыв в оцепенении, прислушиваясь к тихим шагам за дверью.

Господи, сколько кошмаров родилось и умерло в этих стенах.

Сейчас квартира казалась тихой и безопасной. Ксюша понапрасну гипнотизировала взглядом телефон, ожидая, что тот зальется звонком из преисподней. Занавески безжизненно свисали до самого полу, ящики комода были тщательно задвинуты на место.

Ничего странного, если вдуматься — Телега добилась того, что хотела. Зачем ей еще стараться, обращаться за помощью к черным силам?

Ксюша на всякий случай подняла телефонную трубку и услышала обычный, длинный гудок. Она немного постояла, надеясь уловить в глубине знакомое, леденящее душу рычание. Потом усмехнулась и оставила аппарат в покое.

Интересно, дома ли сейчас Сонька? Лучше всего, конечно, позвонить ей и проверить — но этого делать никак нельзя. Она смекнет, что задумала Ксюша и смоется. Или кликнет на подмогу своих чертовых слуг. Нужно действовать спонтанно, только в этом случае возможен успех.

Ксюша начала стремительно одеваться. Джинсы, свитер, волосы в хвост, под резинку. Губы — ярко-красной помадой, глаза — черными тенями. Вот так. Страшнее не бывает. Она глянула в зеркало и показалась себе самой воскресшей из ада.

Что сделать с Телегой? Убить? Нет, убивать ее она не будет. Смерть — слишком легкая расплата за все муки, которые она ей причинила. Ксюша просто поговорит с ней. Посмотрит ей в глаза. Спросит, что она чувствовала, применяя магию против беззащитного человека. Ну, а потом — по обстоятельствам.

Ксюша вышла в прихожую, сняла с вешалки куртку, сунула ноги в сапожки. Адрес! Она хотела достать из комода бумажку, но махнула рукой — найдет и так. Этот дом ей теперь не забудется во веки вечные!

Ксюша вышла на лестничную площадку, захлопнула дверь и повернула в скважине ключ. Затем вызвала лифт — ходить по ступенькам ей все еще было трудно.