Без боя не сдамся - Дина Рид

Звонок в дверь заходился как оглашенный. Она ходуном ходила под кулаками непрошеных гостей. Спросонья Алёша выбросил руку из спальника и ударился костяшками пальцев обо что-то, издавшее металлическое дребезжанье. Это была кухонная плита. Алёша тряхнул головой, пытаясь смахнуть остатки сна: совсем забыл, где спит. Пока выбирался из спальника, звонки прекратились – видимо, успели открыть дверь. Надев джинсы и застегивая змейку на ходу, Алёша побрёл к прихожей.

Из комнаты послышался истерический мат:

– Ах, ты ж, шваль. Так и знала!.. Дом в блатхату превратили!.. Где полиция? Сейчас вызову! Сейча-ас. В каталажку сдам! Сволочи, а?! Два человека, говорят! Да их тут целая кодла!

В ответ нечто невнятное пробормотала Кэт, басом огрызнулся Шаман: «Мы вам за три дня заплатили». Алёша заглянул в комнату. Взлохмаченные, сонные ребята выглядывали из спальных мешков, обескураженные внезапным натиском невысокой полноватой тётки в спортивном велюровом костюме, с розовой резинкой на светлых волосах. Дарт в одних трусах переминался перед бушующей хозяйкой и растерянно моргал.

Увидев в дверях Алёшу, Лиса сделала большие глаза и кивнула в сторону Майка – по его обозлённому лицу и сжатым кулакам был видно: вот-вот грянет буря. Тормозов у Майка не всегда хватало. Алёшин мозг мгновенно включился: сегодня первый кастинг – потасовка, полиция, скандалы исключаются. А тётка в центре комнаты продолжала визжать и шипеть, как заброшенная в стан врага ещё не разорвавшаяся бомба:

– И-и-и… За двоих платили! А что устроили?!

Ш-ш-арашку для бомжей! Выметайтесь из моей квартиры!

Не задумываясь особо, Алёша пошёл ва-банк – шагнул к хозяйке и осторожно коснулся её локтя:

– Прошу прощения…

Она резко обернулась – её гримаса не многим уступала бульдожьей. «Ё-моё!» – передёрнуло Алёшу, но, не теряя самообладания, он произнёс:

– Мы съедем. Не волнуйтесь. Извините, не знаю, как вас по имени-отчеству…

– Марина Викторовна, – брякнула тётка, пытаясь понять, что за гусь прервал её «лебединую песнь». И вдруг в глазах-пуговках на лице с обвисшими подбородками промелькнул интерес – нечто такое, что Алёша видел уже сотни раз в глазах девчонок, смотрящих на него на морских набережных, в глазах Кэт на пляже. Алёша не растерялся:

– Марина Викторовна, видите ли, произошло недоразумение…

– Какое ещё недоразумение?! – возмущённо, но на тон тише гавкнула тётка.

Нацепив неизвестно откуда взявшуюся галантную улыбку, Алёша соображал в скоростном режиме, перебирая мысли, как компьютер при поиске нужного файла: «Так. Во всех есть что-то хорошее… Должно же быть и в вас, Марина Викторовна?.. Что? Ну же! Хоть мелочь… О! Накрасилась с утра! Хотела быть привлекательной. Гм… помогло мало… Но уже плюс. Эх, помоги, Господи». Вслух Алёша произнёс:

– Будьте любезны, пройдёмте со мной на кухню. Насчёт недоразумения. – И указал рукой на проход.

– Зачем на кухню? – Тётка умерила пыл и уже смотрела на Алёшу во все глаза.

«Что это с ней? Она ведётся? Что говорить дальше? Наверное, правду», – и он продолжил:

– На кухню – там вы всё скажете мне. Всё, что о нас думаете. А парни пока оденутся. Неудобно перед вами – вы женщина…

Этим утверждением тётка, похоже, была огорошена и, ко всеобщему изумлению, выкатилась из комнаты. Алёша последовал за ней, боковым зрением увидев обалдевшие лица друзей и беззвучные жесты восхищения. На кухне он отодвинул стул: