Границы (без)опасности - Валерия Савельева

Почему человек такое странное существо, которое всегда хочет сделать всё «наоборот»? Если у тебя кудряшки, хочется выпрямить волосы; если прямые – навить. Если требуют быть в розовом, нужно обязательно надеть чёрное или красное, зелёное, фиолетовое (главное, не то самое пресловутое розовое). С внезапно разыгравшейся аллергией на апельсины бесконечно хочется именно их, а если не переносишь шерсть, появляется невероятная жажда завести домашнего питомца, желательно кошку, персидскую.

В общем, запретный плод всегда сладок. А потому сейчас, когда я оказалась в вынужденном заточении и получила запрет на еду из ресторанов, хотелось именно этого: прогуляться и покушать чего-нибудь вредного, фастфудовского и чертовски калорийного. Вот бы так лелеять мысль о прогулке с утра, перед работой! Но не-е-ет, утром я мечтала только об одном: о здоровом сне. Дело в том, что рядом со Стасом я не высыпалась. Он вёл себя приторно вежливо и скромно, как воспитанница института благородных девиц – а бывают такие заведения для парней? Мне при таком раскладе совсем не спалось, хотелось подползти поближе и совратить этого дьявола-искусителя, играющего роль милого ангелочка. Эй, он спал без рубашки! И организм поутру, как у любого здорового мужчины, реагировал весьма однозначно…

От только сам Стас был совсем не однозначен. Отодвигался от подползшей за ночь меня, кивал в знак «доброго утра» и удалялся в ванную. Ледяное спокойствие. Кладезь странных реакций.

Впрочем, кажется, именно поэтому он меня так привлекал.

Тяжело вздохнув, я закуталась в одеяло, чтобы лишний раз не щеголять в пижаме (в основе своей потому, что пижама сейчас на мне была не соблазнительная, а старенькая, мягкая и застиранная) и отправилась на промысел. Стас молча чистил картошку, устремив на неё хмурый взгляд. Казалось, уже от него несчастные клубни должны были задымиться и поджариться, но нет… несмотря на ярость во взгляде, ужин был на начальной стадии приготовления. А раз так, повара было решено не отвлекать. Пусть готовит, раз вызвался! К тому же с ножом мой телохранитель выглядит не только кровожадно, но и восхитительно соблазнительно.

Я сграбастала из вазочки несколько печенек, вновь огладила Стаса взглядом и ретировалась к себе в комнату… чтобы минут через десять этот шикарный мужчина вновь объявился на пороге.

– Регина, у нас немного поменялись планы, – возвестил он и замолчал. Надолго.

– На ужин будет не жареная картошка, а варёная? – съехидничала я, отрывая взгляд от экрана компьютера и побуждая Стаса продолжать.

– И это тоже, скорее всего, – абсолютно спокойно отреагировал он, потом нахмурился и добавил: – Завтра мы уезжаем.

– Уезжаем? – рассеянно переспросила я, продолжая изучать фото в Инстаграме: хм, любимый с юности певец выкрасился и нарядился в розовую шубку, стал совсем похож на гламурного бомжика. Что время делает с людьми? Эх, а вот один режиссёр, на которого я подписана, как всегда шикарен. Такого красавчика грех удалять из подписок.

Потом слова медленно дошли до мозга… и я выпалила:

– Что? Куда? С чего вдруг?

Нет, я бы с радостью свалила вместе со Стасом куда-нибудь в долгий тропический отпуск, но сомневаюсь, что он имеет в виду романтическое путешествие. Значит, «уезжаем» относится к другому. Только вот решения о наших передвижениях должна принимать я, а не он! Потому что я клиентка, а Стас – всего лишь телохранитель. Человек, который всюду должен таскаться за мной, не мешая личной жизни… если уж сам не желает ей стать.

По взгляду, которым меня одарили, стало ясно: всё плохо.

– Официально: в командировку в Мурманск, – отозвался Станислав. – Вариант Сергея Всеволодовича.

– А места потеплей он найти не мог? – огрызнулась я.

Огрызнулась скорее для приличия, потому что на самом деле мысли в голове панически метались, стараясь всё обдумать. Официально? Значит, есть вариант и неофициальный? То есть мы… мы скрываться будем? Так, что ли?

– Ну, в Мурманске сейчас довольно тепло, – с каменным выражением лица отозвался телохранитель, а потом вдруг проявил высшую степень эмоций: нахмурился, полностью подтверждая мои догадки. – Но это лишь официальная версия. Уедем мы в другое место, просто чтобы залечь на дно…

И Стас принялся объяснять, рассказывать о возможной опасности, о том, что идея на время залечь на дно довольно хороша, что он думал об этом уже несколько дней, решал, прикидывал; что зацепок пока слишком мало, а угрозы могут перейти во что-то пострашней – в другом городе будет безопасней. Мы скроемся, исчезнем из виду, а возможный преступник сможет себя проявить. Здесь или в Мурманске, где, оказывается, связи есть не только у Сержа, но и у «соколов». Угрозу устранят, и я смогу вернуться в тишину и спокойствие.

Звучало логично, но как-то… страшно. Не только и не столько от мыслей, что незнакомец (или незнакомка) с ядом и записками окончательно до меня доберётся. Из-за осознания: если возможный преступник себя скомпрометирует, когда мы вернёмся, здесь действительно будет спокойно. Абсолютно. Настолько, что мне не нужен будет телохранитель.

Это же хорошо, да?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но сердце так отчаянно сжималось, что становилось не по себе. Я изучала лицо Стаса, пока он говорил, пока рассказывал, что уехать нам поможет какой-то его старый друг, что завтра мы как раз сначала наведаемся к нему, там окончательно обсудим план и выдвинемся в путь… Я запоминала каждую чёрточку, каждый миллиметр, каждое движение губ, глаз, каждый взмах ресниц. И старательно убеждала себя, что сердце так трепещет совсем не из-за того, что я больше никогда не увижу своего телохранителя, когда вся эта заварушка закончится (А ведь не увижу! Стоит признать, Стас – кремень, его чертовски сложно соблазнить, а уж если он сорвётся с крючка… пиши пропало).

Нет, не в этом дело. Просто моему несчастному сердечку не хочется уезжать так скоро. Нужно хотя бы решить все вопросы, поговорить с Сержем, с Владом… Точно, нужно обязательно попрощаться с Владиком, раз уж по мнению Стаса в этом самом «другом городе» мне будет лучше особо не пользоваться соцсетями и мобильным телефоном!