Муж понарошку - Мари Князева

– Старше на 12 лет, – закончила за него Надя недовольным тоном, но потом добавила уже мягче: – Познакомившись с тобой поближе, я совершенно об этом забыла. Помню, как принесла тебе молоко тебе на чердак, где шел ремонт, а ты был без майки... У тебя такая красивая фигура...

Она повернулась на бок и нежно погладила ладошкой его обнаженную грудь. Алёша задышал чаще и шумнее, накрыл ее ладошку своей большой горячей рукой, подхватил ее, поцеловал.

– Маленькая сладострастница! – хрипло пробормотал он. – У меня и в мыслях не было ничего подобного...

– А когда... появилось?

– Сам не помню. Кажется, все началось с ревности. Я считал себя обязанным защищать тебя от этих стервятников и сам не заметил, как увлекся. Адриан этот... противный.

Надя хихикнула:

– Бедный Адриан! Все ревнуют меня к нему, а ведь не сделал для этого абсолютно ничего!

Алёшина рука прижала ее к нему еще чуть крепче:

– Кто это – все? – спросил он недовольно.

– Мы с Васей как-то встретили моего учителя музыки на площади, и они чуть не подрались на ровном месте.

– Тебя трудно не ревновать, такая уж ты...

– Какая?

– Хорошенькая, нежная, женственная – просто чудо, а не девушка... Очень нервирует то, что все окружающие тебя мужчины это замечают. И Адриан наверняка не исключение.

– Но он ни разу не сделал ни одного намека ни на что такое...

– Это радует. За это мы его простим.

– Что простим?

– Все те неприятные минуты, что он мне доставил, когда я слушал с улицы, как вы с ним болтаете вместо того, чтобы играть.

– Так ты не из-за денег злился, а из-за ревности?!

– Сейчас это уже не определить. Но я злился. И не хотел, чтобы ты ходила к ним репетировать... А ревность рождала желание... приблизиться, обнять, обозначить и закрепить свою территорию... И к тому моменту, когда я сам поцеловал тебя в своей комнате, я уже безнадежно пропал. Ужасное это было ощущение – как будто я падаю в пропасть. Я так привык твердо стоять на земле обеими ногами. Планировать, контролировать... А тут – будто я былинка на морских волнах, в шторм. Не за что зацепиться. Меня мотает на собственных же эмоциях, я не могу их контролировать! Настоящий кошмар... Я очень сильно тосковал по тебе, когда ты жила у Гали три недели в августе. Только две вещи меня спасали: работа в доме для тебя и сеансы видео-связи. Чувствовать себя влюбленным идиотом и не мочь ничего с этим поделать – то еще удовольствие...

– Не называй, пожалуйста, моего мужа идиотом. Мне это неприятно.

Алёша рассмеялся:

– Хорошо, не буду. Но тогда именно им я себе и казался.

– А теперь?

– Решительно не могу вспомнить, что было в моей жизни хотя бы приблизительно такого же хорошего и ценного, как ты.

Он снова поцеловал ее, и хотя теперь это можно было делать без ограничений, переживалось это все так же остро и сладко, как и полгода назад.

Надя изо всех сил держалась, чтобы исполнить свою угрозу разговаривать с мужем полночи: без конца выспрашивала, что он думал и чувствовал в тот или иной момент, а он послушно отвечал, ничего не утаивая.

В конце концов, сон всё-таки победил её, и она сладко задремала в руках любимого мужа – и в них же проснулась на следующее утро. Они никак не могли перестать обниматься и целоваться, так что деду Ивану снова пришлось несколько раз взывать к их совести, дабы они не морили голодом свою семью.

После завтрака Надя позвонила Васе Шехонину и как могла грустным голосом сообщила ему, что не может быть с ним, поскольку любит мужа. Печаль эта моментально спала с нее, когда она узнала, что Алёша взял еще два отгула на работе, и в субботу они едут в город.

– Нужно купить тебе кольцо, – пояснил он. – Точнее, я хочу купить тебе обручальное кольцо, чтобы любому представителю homo sapiens, который встретится на твоем пути, сразу стало ясно, что ты занята.

А в пятницу они поехали к Гале – это уже Надя настояла. Она сказала, что уж кто-кто, а Алёшина кузина заслуживает первой узнать, что они наконец воссоединились. Она ведь так переживала за них.

– Один трюк с новогодним поцелуем чего стоит!

Алёша рассмеялся (он теперь очень много смеялся и улыбался):

– Да уж, моя двоюродная сестренка на выдумку хитра!

– А как ты себе объяснял тот поцелуй? Он же был... неприличным, возмутительным, почти насильным...

– Да никак. Мне так хотелось тебя поцеловать, что я вообще не стал думать о своем праве это сделать. Ну, может, и мелькнула мысль в духе: "А что, уж раз в год-то можно расслабиться?!"

Галя встретила их радушно и так же, как домашние, зависла, глядя на их соединённые руки.

– Боже милосердный! – простонала она. – Скажите мне, что это не сон!

Молодожены смущенно заулыбались, расцепили руки и обняли ими друг друга за талию.

– Так... Так-так-так! – засуетилась Галя.

Она взяла Надю за руку, утащила их всех паровозиком за собой в дом и уже там потребовала, обращаясь к двоюродному брату:

– Поцелуй её!

– Галь, ну что за цирк...

– Давай-давай, я требую доказательств. Чтоб уже без этих дурацких качелей...

Алёша покачал головой, но послушно чмокнул жену в губы.

– Не верю! – скрестила его кузина руки на груди.

– Галя...

А Надя не стала упрямиться. Она тоже радовалась, наблюдая развитие Галиного с Лёвой романа. Поэтому обвила шею мужа руками и припала губами к его губам. Он сначала был напряжен, даже обхватил ее предплечья руками, будто хотел отцепить их от себя, но постепенно согрелся, размяк, прижал жену к себе за талию и чуть не съел ее губами.

– Ну вот, – удовлетворенно вздохнула Галя. – Совсем другое дело. Теперь верю... Ну наконец-то, родные мои! Черт возьми, ну вы долго раскачиваетесь!

– Мой муж очень серьёзный человек, ему нужно быть уверенным, что это настоящая любовь, а не какие-то там глупости… – шепнула ей на ушко Надя, когда мужчины ушли посмотреть почти готовую базу.

– Я бы на твоём месте давно огрела бы его по этой самой серьёзности сковородкой! – ничтоже сумняшеся заявила Галя. – Сколько нервов всем измотал, чистоплюй...

Надя смущенно рассмеялась в кулачок, и её счастливое улыбающееся личико примирило Галю с медлительностью двоюродного брата.

На следующий день рано утром молодые супруги выехали в Горно-Алтайск. Поездка была чудесной: Надя обожала путешествовать на машине с мужем, и им всегда было, что обсудить в дороге. Они прибыли в город уже к обеду, вкусно поели в знакомой Алёше забегаловке, а потом заселились в отель, где им предстояло переночевать.