Нежно - Ава Рид

Я улыбаюсь Дилану, который снова открыл глаза и смотрит на меня с немым вопросом. Однако ни один из нас не осмеливается что-то сказать и испортить этот момент словами.

Мои пальцы вновь перемещаются по его колену, туда, где начинают расти темные волоски, по накачанному бедру и наконец к краю его боксеров. Я вижу, как кадык Дилана дергается, когда он сглатывает, и как он не сводит с меня глаз. Немного выпрямившись, я наклоняюсь вперед, пока мы буквально не соприкасаемся кончиками носов.

– Спасибо, что разрешил мне это сделать. – Это много для меня значит.

– Не за что, наверно. – Его голос звучит ниже и глубже, чем раньше. По нему видно, о чем он думает, о чем спрашивает. Поэтому я киваю, кусая губы, и не успеваю сосчитать до двух, как Дилан притягивает меня к себе. Одно быстрое движение, и я уже полулежу на нем, упираюсь ему в грудь ладонями, зажатыми между ним и мной, в то время как пальцы его правой руки вцепляются мне в волосы, а его губы прижимаются к моим. Иногда нам приходится жадно глотать воздух, потому что наши рты, как два магнита, тянутся друг к другу, и я не хочу останавливаться. Никогда больше.

Хочу, чтобы меня всегда так целовали – целовал Дилан.

Пока хватка Дилана не ослабевает, пока я не начинаю еле слышно хныкать от разочарования, так как он осторожно отстраняет меня от себя, чтобы заглянуть в глаза.

– Спасибо.

– За что? – Голос у меня дрожит, грудная клетка до сих пор поднимается и опускается в том же бешеном ритме.

– За твое доверие. За тебя.

Я замираю от его простых, все же таких красивых слов и не знаю, что сказать.

– Спокойной ночи, Зоуи. – Он опять целует меня, и мне становится ясно, что Дилан не ждет ответа.

– До завтра. – Мы ложимся, я обнимаю его, пристроив голову у него на руке, и улыбаюсь во сне.

Ребят мы слышим сразу, как только они входят в квартиру, и тут же отскакиваем друг от друга, словно обжегшись. Естественно, они сообщили, когда выехали, но мы с Диланом не особенно следили за временем…

– Ездить с вами в одной машине – это… Черт, мне даже никаких сравнений в голову не приходит!

– Прекращай ныть, Куп. Ты просто бесишься, потому что тебя посадили сзади. – Мэйс.

– Ах, ты так думаешь? Пятно у меня на штанах – не повод беситься? А твоя машина как банка с сардинами.

– Собаке стало плохо. И моя машина – очень красивая банка.

– Почему мы не взяли пикап Джун?

– Потому что планировали хоть как-нибудь, но доехать, – звучит ответ Мэйса, и вскоре после этого входная дверь захлопывается, а мы возвращаемся к изучению лежащих перед нами карточек меню доставки.

– Мальчики! – слышим мы Джун, которая подходит ближе к кухне. – Заканчивайте со своей ерундой. Дилан, Зоуи? Вы здесь?

– На кухне! – кричу я, все еще приводя в порядок свою косичку. Дилан просто глуповато улыбается и никак не помогает. Его волосы тоже в легком беспорядке, мои же наверняка превратились в настоящий хаос. Не говоря уже о том, что губы у меня пылают и практически вопят: Зоуи целовала Дилана!

– А, вот вы где. – Джун энергично сдувает прядь волос с лица. – Мы вернулись! Энди правда удалось встать с кровати. Она не хотела приехать только под вечер, потому что завтра у нее сложный день в универе. А вы чем занимаетесь? Как прошли выходные?

– Мы были в Беллингхеме.

После моих слов у Джун округляются глаза, она переводит взгляд с Дилана на меня и обратно.

– Вместе? – Ее ухмылка делает из такого безобидного вопроса нечто очень двусмысленное… При том что у нас была веская причина, пускай она и привела к чему-то хорошему.

– Да, у бабушки Дилана случился инфаркт в легкой форме.

– Вот черт.

– Что происходит? – Энди заходит на кухню с Носком на руках, который тут же начинает радоваться и проситься к Дилану. – Вот, держи, он по тебе скучал.

– У бабушки Дилана был инфаркт, и они оба провели выходные там.

– С ней уже все хорошо, – вставляет Дилан, почесывая Носка за ухом.

– Слава богу. Мне так жаль.

– Я не захотела отпускать Дилана ехать туда в одиночку, а на следующих выходных мы, возможно, снова к ней съездим, проверить, как она себя чувствует. Посмотрим.

Теперь улыбаются обе. И Джун, и Энди. Закатив глаза, я не могу спрятать улыбку. У меня из головы не выходит, с какой скоростью Джун увидела меня насквозь – быстрее меня самой.

– А где Мэйс и Куп? – Разумеется, я просто хочу сменить тему.

– В гостиной. Купер наверняка сейчас пойдет в душ. Носку на обратном пути стало плохо, и он его всего заблевал. – На словах Джун Энди кривится.

– А Мэйс только порадовался, что его кожаные сиденья не пострадали.

– Они с братом Энди перекормили Носка.

– Звучит ужасно, – говорю я.

– Пахнет ужасно, – хором заявляют Энди и Джун и разражаются смехом.

– Лучше мы с Мэйсом поедем домой.

– А я затолкаю своего парня под душ. – Энди и Джун уходят обратно к Мэйсону и Куперу, в то время как мы с Диланом остаемся на кухне.

– Они в курсе, да? – Дилан вопросительно выгибает бровь.

– Так или иначе, что-то подозревают. Но они обе ничего не скажут. Поверь мне, Куп и Мэйс сами немного тормозят, когда дело касается чего-то подобного.

– Пойдем к ним. – Он опускает Носка, и я замечаю блеск у Дилана в глазах, когда он смотрит на меня. – Иначе не знаю, смогу ли себя контролировать. Вероятно, после такого мне придется подраться с Мэйсом и твоим братом, который еще перепачкан собачьей рвотой. По крайней мере этой части я предпочел бы избежать.

Развеселившись от возникшей у меня в подсознании картинки, я следую за ним в гостиную. Джун с Мэйсом как раз прощаются, Куп уже скрылся в ванной, а Энди уходит ненадолго в свою комнату, чтобы положить сумки.

– Увидимся на днях, – говорит Мэйс и перед дверью еще раз поднимает руку, Джун радостно машет. Однако, вместо того чтобы захлопнуться, дверь квартиры остается приоткрытой на небольшую щелочку, так что я слышу, как Мэйсон с кем-то разговаривает. Голоса звучат приглушенно, но чужой голос почему-то кажется мне знакомым.

Кто-то стучит три раза.

– Открыто, – отвечаю я и иду дальше вперед, пока… – Мама?