За пределами любви - Анатолий Тосс

И тем не менее Элизабет не уходила, она припадала то к одному окну, то к другому, складывала ладони козырьком, приставляя их к глазам в попытке уменьшить солнечные блики, – она еще надеялась что-нибудь найти там, внутри, хоть какую-нибудь подсказку. И вдруг отшатнулась, неловко споткнулась от резкого, неожиданного движения, чуть не упала. Сердце внезапно ожило и бешено скакнуло, Элизабет обернулась: чуть в глубине на крыльце ближайшего дома стояли молодая женщина и такой же молодой мужчина и громко, откровенно смеялись. Впрочем, в их смехе не было издевки, наоборот, лишь доброжелательность, приглашение разделить с ними радость. Да и лица обоих молодых людей были тоже открыты и доброжелательны. А еще очень красивы.

Элизабет шарахнулась от неожиданности, от мгновенно захлестнувшего испуга, но бояться этих двух веселых, симпатичных людей казалось глупо, даже противоестественно, и ей стало сразу неловко, оттого что она так долго, по-детски детально разглядывала их машину.

– Это над вами мы подшутили пару дней назад? – громко проговорила девушка; она перестала смеяться, смех сменился улыбкой, милой до очарования. Девушка стала спускаться с крыльца, парень обнимал ее за талию, чуть пропуская вперед. – Простите нас, – снова сказала девушка, они вдвоем подошли уже достаточно близко. – Здесь так скучно, вот мы и безобразничаем.

– Да нет, ничего, – произнесла Элизабет, она все еще ощущала неловкость.

– Мы только что поженились, у нас медовый месяц, вот мы и путешествуем, ездим по стране. А здесь у Бена приятель, – она кивнула на парня, – мистер Свэй, вы знаете его? – Элизабет кивнула. – Он нам предложил приехать на недельку. Вот мы и бездельничаем, нам здесь абсолютно нечем заняться.

Ту т она повернулась к парню, заглянула ему в глаза, улыбнулась, показывая ровные белоснежные зубы, окантованные полными яркими губами, и поцеловала его откровенно демонстративно. Рука Бена беззастенчиво двинулась вверх, Элизабет заметила, как податливо промялась женская грудь под большими, длинными пальцами с ровной гладкой кожей. Наконец отпустив губы мужа, девушка обернулась к Элизабет; улыбка ее была пропитана не только кокетством, но и лукавством, и, стрельнув взглядом, полным веселого задора, она пояснила:

– Скучно тут, вы нас понимаете. Нам вдвоем скучно, – и улыбка снова перешла в смех. Парень подхватил его, стреляя в Элизабет голубыми, неестественно яркими глазами.

– Конечно, – согласилась Элизабет, – я понимаю.

– Она понимает… – зашелся Бен, прижимая к себе молодую жену.

– Не обращайте на него внимания, – извинилась за мужа девушка. – Он всегда такой, когда дурачится. К тому же мы выпили немного, так, для настроения.

– Она понимает… – не мог остановиться голубоглазый весельчак.

– Перестань, – одернула его девушка. – Ты даже не представляешь, каким дурачком ты выглядишь со стороны. Кстати, меня зовут Джина, – представилась она и протянула Элизабет руку.

Теперь, когда они оказались совсем близко, Элизабет могла полностью оценить красоту Джины. Да и парень ей не уступал, они действительно были блестящей парой – таких красивых людей Элизабет видела разве что в кино.

Джина завораживала, такое лицо невозможно было забыть, в нем светились ум, обаяние, мягкость. Бен был чуть погрубее, попроще, но нарочитая простота только придавала его облику мужественности. Элизабет смотрела на них и не могла оторваться – они были из сказки, из недосягаемого заоблачного мира, где люди не знают забот, обид, потерь. Из мира, где и люди-то не люди, а полубоги. Из мира, в который так хотелось попасть.

– Элизабет, – в свою очередь представилась она и пожала Джине руку. Рука была мягкой, с нежной, глянцевой кожей, да и рукопожатие, хоть и казалось твердым, но ласкало, успокаивало одновременно.

– А мы знаем, – снова захохотал Бен.

Элизабет не поняла, и изумление, по-видимому, отразилось на ее лице.

– Мы знаем ваше имя, – объяснила Джина, задерживая руку Элизабет в своей и глядя на своего счастливого мужа, явно любуясь им, смакуя его красоту.

– Мы увидели вас несколько дней назад, – пояснил Бен. – И Джина говорит мне: «Откуда в этом захолустном городе такая симпатичная малышка? Такие симпатичные малышки в таких скучных городах не живут. Они должны жить совсем в других, веселых местах…», и он снова расхохотался – то ли своей шутке, то ли просто от удовольствия.

– Да не так все было, ничего подобного я не говорила, – перебила Бена жена и игриво хлопнула его по животу. – Перестань дурачиться, подумай, какое впечатление ты произведешь на Элизабет. Тебя можно испугаться, такой ты остолоп. – И она оторвала взгляд от Бена и перевела его снова на Элизабет. – Но мы спросили ваше имя, вы нам на самом деле показались не подходящей для этого места, понимаете?

Элизабет кивнула.

– Ну, вот мы и спросили, как зовут эту очаровательную девушку. Так мы и узнали ваше имя. А потом мы увидели, что вы идете к нашей машине, мы как раз только сели в нее, собирались уезжать, вот Бен и решил пошутить. Он вечно по-дурацки шутит.

Только сейчас Элизабет поняла, что Джина чуть старше ее самой, всего лишь на каких-нибудь три года, на вид ей казалось лет восемнадцать, не больше. Бен был постарше, ему, наверное, было двадцать два – двадцать три.

Элизабет даже зарделась. Эти двое принимали ее за равную, за человека из своего неземного мира. Может быть, она и в самом деле из него, а здесь, в этом тусклом, никчемном городишке она в ссылке, в постыдном изгнании?

– Слушайте, Элизабет, у вас какие планы на вечер?

Элизабет пожала плечами.

– Приходите к нам, мы будем дома. Бен собирается жарить мясо, все равно здесь по вечерам некуда деться, мы уже все испробовали, – только живот набивать в здешних ресторанах.

– Да и какие тут рестораны, – вмешался Бен, – одно название… Обычные забегаловки. А мы должны следить за тем, что едим. – И его потряс еще один приступ веселья.

– Бен только что получил роль в телевизионной серии, должен поддерживать форму, – пояснила Джина.

– Так вы артист? – Элизабет не верила своим ушам. – А я думаю, откуда же мне ваше лицо знакомо? А как называется серия?

– Вот видишь, милый, у тебя везде поклонницы, – улыбнулась мужу Джина и, обвив его гибкой рукой за талию, чуть притянула к себе.

– А у тебя везде поклонники, – сквозь смех проговорил Бен и чмокнул молодую жену в ее пухлые, яркие губы.

– Он такой смешной, – снова повернулась к Элизабет Джина. – За это я его и полюбила, – призналась она. – Вот, даже согласилась замуж выйти.

– Ты из-за моих денег согласилась замуж выйти. А еще из-за кольца. Я подарил ей булыжник в четыре карата, – заржал смешной Бен, но Джина вновь одернула его:

– Перестань, слышишь, не то Элизабет подумает о нас бог весть что. – Джина снова ударила его ладонью по животу, у нее на пальце действительно сверкал огромный бриллиант. – Так как, Элизабет, придете? Выпьем, поболтаем, здесь такая скука, а Бен хоть и обалдуй, но мясо готовит превосходно. Так что, придете?