Колдунья - Филиппа Грегори

— Хьюго, — прошептала Элис, обняв его широкие плечи.

Как страстно она ждала этой минуты! Ведь именно этого она и хотела, хотела так долго.

— Если бы ты была ведьма, — продолжал он, — какие наслаждения подарила бы мне, а, Элис? Как думаешь, ведьмы могут заставить мужчину летать? Могут сделать так, что он будет непрерывно хотеть, день и ночь? А ты бы стала колдовством вызывать для меня девственниц, одну за другой? Чтоб у каждой между ног горело от страсти, чтоб каждая сходила по мне с ума. И чтоб все предавались любви со мной и друг с другом. Представь, огромная постель, а на ней женщины, много женщин, их губы, их руки и тела стремятся доставить мне наслаждение, мне и только мне одному.

Собственные фантазии возбудили его, он оперся на руки, тяжело задышал и впихнул в нее что-то твердое. Элис закричала — это был крик боли — и, изогнувшись, попыталась его скинуть.

— Нет!

Хьюго засмеялся и положил руки на ее худенькие плечи.

— На, бери, Элис, — прерывисто произнес он. — Ты ведь этого желала. Ты же за этим охотилась. А чего ты ждала? Что я буду делать это нежно и ласково, как ты касаешься меня своими мягкими пальчиками? Но мужчина делает это вот так, Элис. Привыкай, тогда тебе понравится.

С каждым словом он впихивал ей все глубже и глубже. Элис бешено барахталась, стараясь выбраться из-под него, избавиться от этой грубой, жадной похоти.

— О-о! — вдруг простонал Хьюго и упал на нее всей своей тяжестью.

Несколько секунд оба хранили неподвижность. Боль внутри немного утихла; Элис чувствовала, как его член становится мягким и постепенно выскальзывает из нее. Она ощущала запах крови, стекающей по озябшим бедрам. Слезы высохли, кожа вокруг глаз стянулась и похолодела. Она пошевелилась, и Хьюго отвалился в сторону — так свинья грузно поворачивается в луже. Он лег на спину и пустыми глазами уставился в потолок.

Подвинувшись к нему ближе, Элис положила голову ему на плечо. Она слышала, как сильно стучит его сердце, постепенно успокаиваясь. Он протянул руку и обнял ее.

— Мне больно, — тоненьким голоском проскулила она, жалуясь, как ребенок, которому действительно больно.

— Ну, тогда ты не ведьма, — усмехнулся Хьюго. — С дьяволом ты не спала, это уж точно.

— Я же говорила, что не ведьма, — резко ответила Элис. — Я была девственницей. А ты сделал меня женщиной. И мне было больно, Хьюго.

Он кивнул с таким видом, словно это совершенный для него пустяк.

— Девушкам всегда больно, когда это в первый раз, — равнодушно обронил он. — А чего ты ждала?

Она промолчала, все ее радужные ожидания поблекли и обернулись горечью. Хьюго зевнул и сел на постели.

— Дай какую-нибудь тряпку, — велел он. — Не могу же я в таком виде вернуться к Кэтрин.

— Как к Кэтрин? — глупо спросила она.

— Вот так, — отозвался Хьюго.

Элис выбралась из постели и, ковыляя, направилась к сундуку с бельем. Она чувствовала, как по бедру стекает теплая струйка крови. Он взял у нее кусок полотна и быстрыми, торопливыми движениями вытер кровь у себя между ног. А вместе с ней и запах Элис. Потом поднял голову, увидел ее потрясенное лицо и пожал плечами.

— Перестань, Элис! — раздраженно воскликнул он. — Слышала, что сказал отец? Ты же знаешь, что значит для меня этот ребенок. Пока он не родится, я буду спать в постели Кэтрин. Я сделаю все, чтобы она была довольна и спокойна. Ради моего сына. Ради моего рода, семейства и, черт возьми, ради себя тоже! Восемнадцать лет я ждал сына. С кем я только не спал, и никто из них не беременел. А теперь моя жена, моя законная жена, ждет ребенка, и все уверяют, что это будет сын. Как же мне не заботиться о ней, как же не удовлетворять все ее желания?

— А мне снился наш с тобой сын. — Элис вздохнула. — Понимаешь, наш с тобой.

Молодой лорд наклонился к ней и потрепал по бледной щеке.

— Как забеременеешь и родишь мне сына, буду любить тебя больше всех, — небрежно произнес он. — А пока моего сына носит Кэтрин, и я готов исполнить любую ее прихоть. Во всем мире только одна вещь может заставить меня воздержаться от Кэтрин.

— И что же это? — поинтересовалась Элис.

Она из последних сил сдерживала злость и боль, у нее даже перехватило горло.

— То, о чем я и мечтал, — спать с тобой! — засмеялся Хьюго. — Как только увидел тебя, особенно когда все решили, что ты ведьма, сразу подумал: она съест меня с потрохами, — поговаривают, что ведьмы так и поступают с мужчинами. Думал, будешь носить меня на спине, как кобыла. Думал, ты знаешь такие штучки, от которых я с ума сойду, лишь бы быть с тобой.

— А вместо этого я оказалась очередной девственницей. — Элис грустно покачала головой. — Простой девчонкой, как все.

Хьюго встал, отшвырнул окровавленную тряпку и привлек Элис к себе.

— От простых девчонок тоже можно получить удовольствие, — успокоил он. — В следующий раз, любимая, когда я утомлюсь от путешествий и буду сыт по горло Кэтрин, в следующий раз получится лучше.

Девушка кивнула, поняв, что он хочет идти.

— Но больше не присылай ко мне свою Мору, — предостерег он. — Жена обязательно догадается, ей станет плохо, а это вредно для ребенка. Я навещу тебя, когда Кэтрин точно не увидит. Когда она спит.

— Значит, темные углы, — промолвила Элис. — Чуланы. Тайно, чтобы никто не узнал.

Лицо Хьюго просветлело.

— А что, мне нравится, — заявил он. — Рискованно и быстро. Ты разве откажешься от близости, когда сил нет ждать удобного момента, когда обоим очень хочется?

Элис отвернулась, скрывая от него гнев и обиду.

— И я буду как всякая простая девчонка, — ответила она.

Хьюго обнял ее за талию и небрежно поцеловал в макушку.

— Ладно, мне пора, — заторопился он. — Спокойной ночи и сладких снов.

Дверь за ним тихо закрылась. Элис устало вернулась в кровать и легла на спину, глядя, как по потолку пляшут блики пламени. Когда отворилась дверь, она и головы не повернула. Она знала, что это не Хьюго.

— Ну и дура же ты, — весело сказала Мора. — Я-то думала, ты вся горишь от страсти. Иначе я бы предупредила тебя, что если ляжешь с мужчиной, которого ненавидишь, то будет больно.

Девушка медленно подняла с подушки голову.

— С чего ты взяла, что я ненавижу его? — вяло спросила она. — Я люблю его. Люблю больше жизни.

Мора хрипло рассмеялась и юркнула в кровать.

— Да, говоришь, что любишь, — охотно согласилась она. — Но тело твое говорит совсем другое, детка. Твое тело все время твердит «нет». Даже когда ты пытаешься обмануть себя, что на седьмом небе от счастья.

— Помоги мне, Мора, — взмолилась Элис, приподнявшись на локте. — Мне было больно, я чувствовала отвращение, он взял меня так грубо. А раньше от одного его взгляда я вся трепетала.