Как выжить на свадьбе - Джулия Лэндон

В деревне с населением не более ста душ, глубоко в джунглях Амазонки, Илай обменял мыло, упаковку сыра и футболку с логотипом лос-анджелесской бейсбольной команды «Лейкерс» на москитную сетку, бумагу и карандаш. Вечером, после того как они с Купером устроили на ночлег японских предпринимателей, которые пришли в дикий восторг, увидев на окраине деревни двух каймановых ящериц, Илай отправился в пальмовую хижину с соломенной крышей, где им с Купером предстояло провести ночь.

В первый раз за две недели он будет спать в постели – то есть в гамаке.

Да какая разница! Он забрался в гамак. Его измотал спуск по Амазонке с пятнадцатью японцами, которые не говорили ни слова по-английски и были к тому же никудышными туристами. День-деньской он только и знал, что ходил в походы, спускался по Амазонке и пас японцев. В конце концов они добрались до деревни. Здесь они отдохнут сутки, а потом отправятся дальше, покорять тропический лес.

В подсвечнике на стене горела единственная свеча – деревня была отрезана от благ цивилизации. По полу скакали два длиннохвостых попугая. Илай достал бумагу с карандашом и нацарапал:

12 августа. Дорогая Марни...

Он посмотрел на написанное. Чересчур формально.

12 августа. Дорогая Марни

Привет, рыжая, как дела?Я сейчас в тропическом лесу в самом сердце Бразилии.

Он опять остановился, прижал кончик карандаша к бумаге и вздохнул. Илай не умел и не любил писать. Письма, что ему довелось нацарапать в жизни, можно было по пальцам перечесть: все они были адресованы маме. Он писал их в шесть лет, когда впервые поехал в летний лагерь. Теперь, будучи взрослым, он совсем забыл, как это делается.

Илай хотел сказать Марни, что соскучился, что много думал и пришел к выводу, что... любит ее.

Скучаю по тебе. Только о тебе и думаю. Мы плывем по Амазонке. Здесь повсюду встречаются ягуары, розовые дельфины, попугаи ара и анаконды. Но у меня перед глазами только ты: твоя улыбка, твои длинные красивые ноги... Как я хочу, чтобы ты была здесь, хочу обнять тебя!Жаль, что я так косноязычен и не сумел сказать главное: мне кажется, я тебя тоже люблю.

Господи, как слюняво-сентиментально! Можно подумать, влюбленный подросток писал.

С тех пор как они расстались в павильоне в штате Колорадо, прошло три недели. Марни, наверно, уже нашла себе новую работу, а возможно, и нового любовника – неудивительно, после того как он с ней обошелся! Илай её не винил. Он был жалким цыпленком, обманщиком – словом, последним придурком. С чего он взял, что письмо, написанное в деревне, где даже нет почты, все уладит?

Он свернул письмо и положил его в карман походных штанов. Засунул туда же карандаш и закинул руку за подушку.

Утро вечера мудренее.

Марни выложила свое портфолио на кухонный столик в небольшой квартирке в районе Ван Нуйз. Над ним склонилась мисс Эмили Бакхолтз, небогатая невеста, свадьба которой была назначена через три недели. Конечно, не свадьба века, но хоть какая-то работа для Марни.

– О! – воскликнула Эмили, округлив маленькие зеленые глазки. – Неужели это?..

– Да, – улыбнулась Марни. – Это Оливия Дагвуд и Винсент Витторио. Но, знаете, звезды такие непостоянные – они отменили свадьбу в последнюю минуту.

Жаль. Шикарная получилась бы свадьба.

– Посмотрите, вот какое у нее было платье, – сказала Марни и поспешно перевернула страницу, чтобы Эмили не заметила тот снимок, где платье висит на ели.

– Господи, я бы убила за такое платье!

– Едва ли платье от дизайнера Зьонг влезет в наш бюджет, – засмеялась Марни.

Эмили Бакхолтз вытаращила на нее глаза:

– А сколько оно стоило?

Марни нагнулась к ней и прошептала:

– Двадцать тысяч баксов. Эмили охнула. Марни кивнула:

– Я знаю одно местечко, где можно купить почти такое же, только гораздо дешевле.

– Правда? – с надеждой спросила Эмили.

– Это «Лавка Бетти: свадебные товары со скидкой». Если хотите, заглянем туда попозже.

– Конечно, хочу!

Марни улыбнулась и снова перевернула страницу, чтобы показать Эмили фирменные скатерти. Вдруг у нее зазвонил телефон.

– Вы пока посмотрите, я сейчас, – сказала она и взяла трубку. – Алло!

– Привет, золотко! – прощебетала мама.

– Мама, у меня встреча с клиентом! Я позвоню тебе позже.

– Марни, я наконец-то придумала, как заманить тебя к нам домой, – продолжила мама, не обращая на ее слова ни малейшего внимания.

– Может, в другой раз?..

– Как хочешь! Тут тебе пришло письмо из компании, на которую ты работала, «Охотники за приключениями».

Сердце екнуло у Марни в груди. Она крепко сжала трубку.

– «Искатели приключений». Письмо, говоришь? – нерешительно переспросила она.

– Угу, – промурлыкала мама. – Письмо. На имя мисс Марни Бэнкс.

Письмо... от кого бы это? Неужели от него?

– Ладно-ладно! – Марни оглянулась на Эмили. – Оставь его в кухне на баре. Я заеду и заберу его.

– Превосходно! На ужин я приготовлю свои фирменные блинчики с соей. Пока-пока! – И она положила трубку, прежде чем Марни успела отказаться от приглашения.

– Какой прелестный столик! – заметила Эмили, когда Марни вернулась.

Марни узнала на фотографии столик из фальшивого дерева, который она сняла, чтобы показать Оливии, как будет обставлена приемная лагеря.

– Да, – грустно вздохнула она и села. – Прикольно могло бы получиться.

И начала рассказывать Эмили о кубках из хрусталя баккара с плавающими свечками-звездочками, о белых розах, которые собирались подвесить к потолку павильона, чтобы сделать его похожим на ночное небо. Для Эмили, несмотря на ее скромный бюджет, тоже можно придумать что-нибудь интересное... Она говорила, а сама видела только Илая, думала лишь о нем.

Марни не переставала размышлять о нем, с тех пор как он уехал. Первые две недели она не теряла надежды получить от него весточку. Но дни шли, а от него ни слуху, ни духу. И каждый раз Марни находила ему оправдание. Он же плавает по Амазонке. Естественно, он не мог позвонить с сотового или написать на е-мэйл!

Или мог? Разве в Бразилии нет почты и телефонов? Неужели бедный бразильский народ полностью отрезан от мира? Конечно же, у них есть почта! Прошло пять недель, и Марни была вынуждена сделать неутешительный вывод: ее снова бросили.