Райский - Э. М. Сноу

— А как насчет тебя?

Я смотрю на Гейба, который ухмыляется, без сомнения, просто ждет возможности похвастаться своими проступками.

— Я украл пару трусиков из магазина "Агент Провокатор", когда мне было тринадцать, — говорит он, выглядя слишком гордым собой.

— Зачем? Я имею в виду, ты что, их носила? — спрашивает Лони, и я почти издаю стон вслух, зная, что нам не понравится его ответ.

Он смотрит ей прямо в глаза и небрежно отвечает: — Я подумал, что будет лучше дрочить с ними, чем просто моей рукой.

Наши коллективные звуки отвращения наполняют воздух, и я съеживаюсь, вспоминая, как он украл мое нижнее белье в первом семестре после того, как Лорел забрала мою одежду, чтобы унизить меня.

Чертов. Придурок.

— Отвратительно, — стонет Лони. — Только поэтому ты должен начать следующим

— Хорошо.

Гейб хрустит костяшками пальцев и щурится несколько секунд, прежде чем его глаза широко раскрываются, как будто он только что открыл источник молодости.

— Я никогда не трахал учительницу.

Я замираю и чувствую, как Сэйнт напрягается рядом со мной. Это что, шутка? Откуда Гейб мог это знать? Поскольку он не смотрит на меня, я говорю себе, что это просто совпадение. Глупый вопрос, который задал бы любой глупый подросток, верно?

Мой мозг кричит мне: Лги, лги, лги!

Я не пью, и никто другой тоже не пьет. Смеясь, Гейб просто качает головой.

— Черт, подумал, что надо бы проветрить немного грязи, — драматично вздыхает он. Он все еще никак не выделяет меня, и я немного расслабляюсь.

Это была просто глупая шутка.

Он не знает.

Сэйнт все еще неподвижен рядом со мной, поэтому я слегка прислоняюсь к его руке, просто чтобы дать ему понять, что со мной все в порядке. Он сдвигается, и я падаю в него еще крепче.

— Кто следующий? — спрашивает Розалинда.

— А как насчет тебя? — говорит Лони.

Розалинда оживляется.

— Хорошо, у меня есть один. Никогда у меня не было секса в библиотеке Ангелвью.

Я почти смеюсь над этим вопросом, но потом вижу, как щеки Лони темнеют, когда она подносит свой напиток к губам. К моему полному шоку, Гейб тоже пьет.

— Эй, вы оба? Вы, ребята, трахались друг с другом? — поддразнивает Лиам.

За словами Лиама следует мертвая тишина. На этот раз Гейб не выглядит таким самоуверенным и веселым. Он бросает неуверенный взгляд в сторону Лони, но она избегает смотреть всем в глаза.

Черт возьми.

— Подожди, — говорит Лиам, качая головой. — Вы, ребята, трахались?

Гейб свирепо смотрит на Лиама.

— Может, ты заткнешься?

— Ты сделал это! — восклицает Лиам.

У Розалинды отвисает челюсть, а глаза наполняются сожалением.

— О, Боже мой! Мне так жаль. Я не имела в виду… Это был просто глупый вопрос… — беспомощно бормочет она.

Лони раздраженно вздыхает и закатывает глаза.

— К черту все, отлично. Да, у нас с Гейбом был секс. Это был первый год, когда мы оба были в команде по боксу. Счастливы?

— VIP — карта, — произносит Гейб одними губами, и Лони наносит ему удар, который вонзается ему в грудь.

— Подожди! Ты отдала Гейбу свою девственность? — Лиам выглядит совершенно ошеломленным. — В школьной библиотеке?

Лони явно смущена, но изо всех сил пытается отмахнуться от этого.

— Очевидно, что если бы я могла вернуться и сделать все это снова, я бы поступила по-другому. Так как я не могу, мы можем двигаться дальше сейчас?

Сейчас в воздухе повисло определенное напряжение, и я не могу не заметить, что Гейб выглядит немного разочарованным.

— Эм, давай просто продолжим, — быстро говорю я, надеясь снять напряжение с Лони.

— Я начну. Я никогда не употребляла наркотики?

Я знаю, что это ироничное утверждение исходит от девушки, которая выросла в лаборатории по производству метамфетамина в своем подвале, но это первое, что приходит мне в голову.

— Какого рода наркотики? — спрашивает Гейб, приподнимая брови.

Я корчу гримасу.

— Что ты имеешь в виду?

— Это не весело, если ты про травку, потому что мы все это делали. — В его голосе есть резкость, и у меня плохое предчувствие, что он пытается замутить дерьмо. — Будьте более конкретны, чтобы сделать игру интереснее.

Хотя я уверена, что буду сожалеть о том, что сдалась, мне не может не быть любопытно, в чем заключается его игра.

— Хорошо, — киваю я. — Я никогда не совершала набегов на мамин тайник с таблетками.

На мгновение наступает тишина, а затем…

Розалинда медленно подносит бокал к губам.

— Черт, правда?

Слова вылетают у меня изо рта прежде, чем я успеваю их остановить.

— Черт, мне так жаль, Розалинда. Я понятия не имела…

Она качает головой и отмахивается от моих извинений.

— Все в порядке. Половина людей здесь уже знает об этом, так почему бы и тебе не знать?

В ее тоне слышится нотка горечи, но я не думаю, что она действительно направлена на меня. Однако я понимаю, почему Гейб подначивал меня.

Он знал, и он знал, что я этого не знаю.

— Розалинда, правда, тебе не обязательно…

— Я знаю, что Сэйнт рассказывал тебе о моем отчиме, — обрывает она меня. — Я приняла таблетки, чтобы отключиться. Глупо, я знаю, и они вызывают привыкание. У меня была настоящая проблема. Вот почему я покинул Ангелвью.

Чертов Гейб. Я собираюсь убить этого сукиного сына.

— Мне жаль, — говорю я так искренне, как только могу.

Она смотрит на свои колени и перебирает пальцами песок.

— Все в порядке, — . бормочет она.

— Я думаю, что хватит этой гребаной игры, — рычит Сэйнт.

— Да ладно тебе, — огрызается Гейб. — Мы еще не собрали компромат на всех.

Я никогда не видела Гейба таким, и это чертовски беспокоит. Это только потому, что он злится на Лони? Пьян? И то, и другое?

Какова бы ни была токсичная комбинация, которая вывела из него эту сторону, у меня такое чувство, что он потенциально может быть более разрушительным, чем Сэйнт.

— Гейб, просто заткнись нахуй, чувак, — рычит Лиам.

— Почему? Боишься, что я проговорюсь, что ты трахался с Лорел в прошлом семестре, думая, что это разозлит Сэйнта, о, и излечит твою одержимость Мэллори? — Гейб сплевывает. — Или ты больше беспокоишься, что я расскажу всем, как ты убил отчима Розалинды и попросил Сэйнта помочь тебе избавиться от тела?

Мои глаза сразу же устремляются на Лони. Из всех присутствующих здесь она единственная, кто не знал бы о том, что сделали Лиам и Сэйнт.

Ее взгляд