Аннкорт - Галактионова Виолетта

– Вероятно, я слишком рано опустил поводья, – я нахмурилась, не понимая о чём он. Форбс немного наклоняется ко мне, взглядом, видимо, пытаясь прожечь в моём лице дыру. – С сегодняшнего дня можешь считать себя вне отряда. Я отстраняю тебя на месяц, тренировки продолжишь в усиленном режиме вместе с Скаем.

Форбс жёстко произнёс последние пару слов и сразу удалился, оставляя меня одну у запасного выхода. Я как рыба открывала и закрывала рот, понимая, что это всё какой-то бред. А ещё я понимала то, что разрушила свою миссию, своими руками отстранила себя от Форбса и отряда. Теперь к ним мне не подобраться, и лучше – держаться подальше.

Не думала, что даже если когда-то увижу смерть Нейта, то на меня это так подействует. Злость всё ещё кипела в моих жилах, сводя желудок и заставляя сердце биться чаще. Я сжимала кулаки, сидя на чёртовой скамье, и проклиная Форбса все эти несколько минут. Резко встрепенувшись, я поняла, что нельзя терять лицо… Мне непозволительно сейчас опускать голову.

– Коди, – прошептала я, собираясь позвонить ему и как можно скорее. Если не услышу его голос, то точно сойду с ума. Встав с скамьи и прихватив книгу, я уже пошла к выходу из сада, как сзади услышала шорох кустов.

Не успев обернутся, я почувствовала резкую боль в затылке и сразу отключилась.

Глава 28

Я с трудом разлепила глаза, чувствуя, как по вискам катится пот перемешиваясь с слезами. Руки свело, и я вяло задергалась, пытаясь унять судорогу в лопатках. Подняв взгляд, я увидела сцепленные верёвкой руки, на которых я практически висела, если бы мои ступни не лежали на земле. Именно лежали: будто не мои вовсе.

В горле ссадило, я чувствовала усталость. Нет, не просто усталость – безнадежность. Вокруг было темно, лишь из маленького окошка двери пробирался слабый свет с коридора. Я пыталась сосредоточится: понять, что случилось, сколько я здесь нахожусь.

Вопрос о том, где я мое сознание даже не задавало. Я знала, что меня схватили и подвесило здесь как когда-то это сделали с Коди. Я снова дернулась, пытаясь заставить ноги слушаться и встать.

Я истощена.

Желудок сводило от голода, но больше всего я мечтала хотя бы о маленьком глотке воды. Мои глаза тяжелели с каждой секундой, и я почувствовала, что скоро снова отключусь. По камере раздался грохот и мне стоило больших усилий поднять голову.

Передо мной стоял человек, но я не понимала, кто это. Все перед глазами плыло, пусть даже я отчаянно пыталась сосредоточится, постоянно щурясь. Бросив это занятие, я вновь показательно дернула кандалы, опуская голову.

– Выглядишь ужасно.

Я почувствовала прикосновение холодных пальцев к подбородку, после чего сразу столкнулась взглядом с Форбсом. Вот ублюдок. Сейчас мне хотелось со всей силы плюнуть ему в лицо, и я бы это сделала, не будь во рту так сухо.

– Сначала мы, конечно, поверили в твоё изувечение – браво, дорогая…

То с каким презрением и насмешкой он меня называл желчью легло мне на язык. Генерал важно расхаживало по камере, включая единственную лампу. Ее противный желто-зелёный свет обжог мне глаза, и я зажмурилась, снова чувствуя влагу в уголках глаз.

– Ты неплохо все провернула, особенно с переправой Дерека на Тагрон. Я пристально наблюдал за тобой все это время, чувствовал, что с тобой что-то эдакое связано…

Я хмыкнула. Открыв глаза и немного привыкнув к свету, я поняла, что в камере были ещё Скай и Реджина, стоявшие у самого выхода. Их руки были сложены на груди, а взглядом они буравили мое лицо. Взглянув на подругу, я усмехнулась, не увидев в её лице ничего знакомого. Она холодно смотрела на меня, не отводя взгляд.

А мне казалось мы друзья. Я усмехнулась своим же мыслям, хрипло вдыхая.

– Мой план был убить тебя в городе при взятии эльроина, так как уже тогда ты задавала слишком много вопросов, и я чувствовал, что ты все больше становишься похожа на Коди… Повторений бы не хотелось.

Он говорил медленно, растягивая каждое слово, будто в запасе у него было полно времени.

– Сколько я здесь? – я произнесла это тихо и хрипло, тут же давясь собственным кашлем. Генерал хмыкнул, дав знак Реджине и девушка сразу подошла ближе ко мне.

Почувствовав жжение и боль в руках, я поняла, что меня подтягивают. Мои ноги вскоре уже не касались земли, и я полностью ощутила тяжесть своего тела. Жёсткая верёвка царапала запястья, глубоко врезаясь в кожу, чуть ли не до костей. Или же мне так просто казалось. Вскрикнув, я откинула голову, чувствуя жжение во всём теле, будто моя кровь была расплавленным металлом.

Я пыталась думать только о том, что должна продержаться, что совсем скоро все должно было закончится. Я не должна сдаваться.

Ради себя. Ради Коди.

Однако моя голова тяжелела, и я уже была не способна даже шептать что-то.

– Ты станешь вершиной моего эксперимента.

Услышала я, прежде чем тучный силуэт Форбса покинул комнату. Скай что-то сказал Реджине и та со всей силы ударила меня по лицу. Успев лишь вскрикнуть, я почувствовала удар в живот и снова по лицу. В какой-то момент мне казалось, что боль ушла и мой мозг сознательно блокировал любые эмоции. Мне было невыносимо плевать на себя, больше всего меня заботил успех миссии Коди. Если понадобиться, я смогу провисеть здесь ещё неделю.

После третьего удара по лицу, моя голова повисла, и я снова потеряла сознание. Это был ужасный день, вечер, ночь… Я сбилась с счёта и даже не знала сколько времени провела здесь. Через несколько часов я очнулась на холодном каменном полу, захлёбываясь в собственной желчи. Я поняла, что меня стошнило. Я поморщилась, перекатываясь на другой бок и пытаясь отползти подальше. В мышцах была слабость, я даже не позавтракала и теперь, конечно, жалела об этом.

Над головой всё ещё горела противная жёлто-зелёная лампа, позволяющая мне оглядеть всё вокруг и себя в том числе. Мои запястья были покрыты засохшей кровью из-за ран от верёвки, а на ногах было несколько ярко-синих синяков. Меня переодели.

На мне не было привычных штанов и толстовки, в которых я была тем утром. Сейчас на мне была лишь футболка и нижнее бельё, никак не спасающие от ужасного холода.

Меня