Ее любовная связь - Джиллиан Стоун

Кэсси огляделась. Публика собралась у знакомой позолоченной рамы, которая обрамляла просыпающуюся дриаду. Господи, какая толпа! Судя по сообщениям «желтой прессы», картина называлась «Мечты на траве». Кэсси остановилась у скандально знаменитой картины и стойко выдержала все взгляды.

— Мадам Сент-Клауд, вы все-таки пришли! И после таких испытаний! Мы не надеялись, что вы посетите нас.

Тощий месье Дюран-Рюэль с трепетом приближался к своей самой знаменитой на этот момент гостье. Однако Кэсси с удивлением отметила, что его беспокойство за нее было искренним. Она сдержанно улыбнулась в ответ:

— Глупости, месье Дюран-Рюэль. Разве я могла пропустить открытие именно этой выставки?

— Конечно, мадам Сент-Клауд. Весь Париж у ваших ног. Позвольте мне представить вас вашим новым поклонникам.

Кэсси упрямо вздернула подбородок. Даже стоя рядом с месье Дюран-Рюэлем, она чувствовала, как по спине пробегает холодок.

Хозяин галереи говорил так громко, что его слышали почти все.

— В ваших работах есть мастерство и жизненная сила, мадам Сент-Клауд. — Он поклонился. — Добавьте сюда конфликт, и вы получите формулу художественного успеха.

Настроение Кэсси улучшилось.

— Благодарю вас, месье.

— Кассандра! — окликнул ее сияющий Грегори Лашат.

Кэсси не стала поддерживать эту фамильярность и не назвала его по имени.

— Добрый день, месье Лашат. — Она кивнула художнику, потом людям у картины. — Здравствуйте, джентльмены.

Лашат заговорил громче:

— Я считаю, что должен благодарить тебя за такой горячий интерес к моей работе.

Кэсси склонила голову набок.

— Какая ирония, правда? Вчера я направлялась в вашу мастерскую, чтобы уговорить вас убрать эту картину из экспозиции и заменить ее другой.

В других обстоятельствах Кассандра стала бы извиняться за то, что втянула его в свои неприятности. Художник и его ассистент, связанные, провели вечер в чулане. Не очень-то это приятно.

Однако ночной налет и перестрелка в его мастерской привели к небывалому росту цен на его картины, а кроме того, обеспечили Лашату замечательную рекламу.

Чем сдержаннее держалась Кэсси, тем шире улыбался ей Лашат. Он совсем не выглядел пострадавшим.

— Ну что же, месье Лашат, похоже, успех нам обеспечен. Хотя мое имя теперь всегда будет связано со скандалом, а ваше вознесется до небес. Вы станете модным художником.

Вдруг ей в голову пришла одна мысль. Обратившись к хозяину галереи, она спросила:

— Так сколько, месье Дюран-Рюэль?

Тот щелкнул языком и покачал головой.

— Я хочу купить эту картину.

Она ее купит и уберет с глаз публики.

Сухощавый директор галереи протиснулся ближе к Кэсси.

— Мне очень жаль, мадам, но боюсь, что картина уже продана.

Кэсси распахнула глаза.

— Я заплачу больше.

Дюран-Рюэль покачал головой:

— Невозможно.

Похоже, он понимал, что у нее на уме: загубить такую сенсацию, разочаровать публику. А о падении продаж в таком случае и говорить не стоит.

Лашат опустил голову и захлопал глазами.

— Ладно уж, Кассандра… Какое это имеет значение?

— Для меня — очень большое, — громче, чем нужно, возразила Кэсси, — ибо я никогда вам не позировала!

Художники и меценаты вдруг умолкли. В наступившей тишине все взгляды устремились на Кэсси. Взгляд Грегори заметался по комнате. Он придвинулся к девушке и быстро заговорил:

— Недавно я обнаружил целую папку со старыми набросками. Когда ты училась в школе, я рисовал тебя в ванне. Я ведь вуайерист, знаешь ли…

Чей-то кулак просвистел над ухом у Кэсси и впечатался в скулу художника. Лашат отлетел назад, сбив с ног нескольких служителей. Автор удара, кто бы он ни был, схватил Кэсси за талию и помог устоять на ногах.

Девушка резко обернулась и оказалась лицом к лицу с Зено. Он отпустил ее, и Кэсси сразу отошла в сторону. Зено с мрачным видом отряхнул руку. Кассандра не сводила с него глаз. Его лицо потемнело, глаза полыхали синим огнем. От ярости или от грусти?

— Добрый день, Кассандра, — вымолвил он, отвернулся и зашагал к выходу.

Кэсси затуманенным взором смотрела ему вслед. Потом повернулась и помогла встать обиженному художнику.

Лашат подвигал челюстью туда-сюда. Вокруг него хлопотал хозяин галереи.

— Кто-то из ваших знакомых, мадам Сент-Клауд? — спросил Дюран-Рюэль.

— Боюсь, что да.

Лашат быстро оправился от удара, хотя Кэсси полагала, что его челюсть через несколько часов распухнет и там непременно появится синяк. Дюран-Рюэль, ворча что-то себе под нос, поправлял недоброй славы картину, которая слегка съехала набок.

— Кому только могло прийти в голову обидеть такого гения, как месье Лашат? — вопрошал он.

Перед глазами Кэсси кружилась расплывчатая мешанина из людей и картин. Она покачнулась и тут же отошла в сторону, чтобы прийти в себя и подождать, пока мир перестанет кружиться, а предметы обретут четкость. Ее взгляд сосредоточился на рассерженном хозяине галереи и художнике, державшемся за челюсть со страдальческим видом. Если он устроит из своих побоев достаточно выразительное шоу, то до вечера сможет, пожалуй, продать еще пару картин.

— Кому? — Кэсси втянула в себя прохладный воздух. — О, весьма достойному человеку, месье Дюран-Рюэль. Человеку, который всегда умел защитить меня от тех, кто намеревался меня обидеть.

Она развернулась, вышла из галереи и быстро пошла по тротуару, все ускоряя шаги и разглядывая каждого прохожего. Куда свернуть?

Кэсси свернула налево и попала на широкую обсаженную деревьями улицу. Где он может быть? Ее глаза обшаривали толпу в парке. От Сены тянуло свежестью. Мелодии бродячих музыкантов, шелест листьев. Кэсси замедлила шаг. Надо сосредоточиться. Теперь она целенаправленно искала высокого черноволосого мужчину. Очень красивого. «Боже, пусть он окажется здесь! Я хочу его видеть…»

Она всматривалась в тени под деревьями, в заросли кустарника. Ага, вон у тополя стоит высокий мужчина. У Кэсси перехватило дух. Но нет, этот держит на поводке маленькую собачку.

Наверное, Зено пошел в другую сторону. Сейчас она его уже не догонит. Едва волоча ноги, она рассматривала каждого мужчину, входящего в парк или выходящего оттуда, и вдруг замерла, увидев знакомый силуэт у фонтана. Сердце застучало быстро-быстро. Мужчина пошел ей навстречу, и Кэсси ускорила шаг. Вот он остановился под газовым фонарем.

Зак.

Чем ближе они были, тем быстрее шли навстречу друг другу. Теперь их разделяло всего несколько дюймов. В темноте его глаза сливались по цвету с ночным небом.