Танец масок - Мария Николаевна Сакрытина

Фрида рассмеялась — как можно беззаботнее.

— После того, что вчера между нами было, Эш…

Виндзор прищурился.

— Между прочим, как вы выбрались из спальни? Я лично запер вас на засов.

Фрида откинулась на спинку кресла. Сейчас, когда её и мужа разделял стол с бухгалтерскими книгами и букетом роз, этот разговор казался игрой, а Фриде нравилось играть. Ей и до этого скучно не было, но не хватало азарта. А сейчас — вот он, азарт, сидит перед ней в своём идиотском зелёном сюртуке, как какой-нибудь клоун, и строит из себя важную птицу.

— Между прочим, как вы освободились? Я лично привязала вас к этому засову.

Герцог скрипнул зубами — в наступившей абсолютной тишине Фрида хорошо это услышала — и резко сменил тему: бросил в супругу газетой.

— Читайте!

Фрида послушно развернула, пробежалась глазами по первой полосе. И аккуратно свернула снова.

— Это всё ваша матушка, — с ненавистью прошипел герцог. — Теперь благодаря ей меня считают чуть ли не насильником. Сегодня во дворце от меня отворачивались!

Фрида не сдержалась и фыркнула.

— Так случается, если вы сначала пытаетесь принудить девушку к близости, а потом тащите её замуж насильно.

— Я вас ни к чему не принуждал! — вспылил герцог. — И вы не девушка!

Фрида возвела взгляд к потолку — там для разнообразия не переплетались ветви на фреске, а были обычные деревянные балки.

— Скажите вашей матери, чтобы успокоилась и прекратила этот вздор! — продолжал Виндзор. — Или я её заколдую! Она с ума сойдёт!

— Удачи, — фыркнула Фрида. — Честное слово, Эш, я с удовольствием на это посмотрю. Пожалуйста, не забудьте меня позвать, когда соберётесь сводить мою мать с ума. — С этими словами она встала: Виндзор уж очень распалился. Как бы снова чего не вышло, он ведь сам не остановится…

Увы, было уже поздно.

— Сидеть! — рявкнул герцог, и Фрида от неожиданности упала в кресло. — Если вы так желаете, я сам разберусь с моей драгоценной тёщей. А вам я должен объяснить некоторые порядки в этом доме!

Фрида со вздохом опёрлась локтями о столик.

— Я вся внимание.

Герцог нахмурился, но продолжил уже тише.

— Это, — он ткнул в камердинера пальцем, — Ричард.

Фрида поймала беспомощный взгляд Ричарда и усмехнулась.

— Да, мы познакомились.

— Он не прислуга!

— Правда? Тогда кто же?

— Не ваше дело! — зарычал герцог. — Если я узнаю, что вы обращаетесь с ним как с лакеем, унижаете его или… Если только узнаю!.. Поверьте, Фрида, вам несдобровать.

В наступившей тишине скрип двери раздался особенно громко.

— Милорд, вас ждёт начальник полиции, мистер Стрэтфорд, с докладом, — возвестил дворецкий.

Виндзор тут же вскочил.

— Ну наконец-то! — И (Фрида глазам своим не поверила) сбежал.

После его ухода наступила мёртвая тишина. Камердинер неподвижно сидел, уставившись на свои колени, и словно бы даже не дышал. Где-то под потолком по-прежнему тикали часы.

— Он всегда такой бешеный? — нарушила молчание Фрида. — Или только по пятницам?

— Всегда, госпожа. — Удивительно, но Ричард даже попытался изобразить что-то вроде улыбки.

Фрида кивнула.

— И всё же. Не скажете, чем вы его соблазнили? Я тоже так хочу.

— Миледи…

— Ну хорошо-хорошо, Ричард, только умоляю, я же не этот бешеный герцог, я безобидней овечки. Меня можете не бояться.

— Как прикажете, госпожа.

Фрида попыталась поймать его взгляд, но безрезультатно. Что ж, её внимания ждали и более насущные вещи — например, бухгалтерия. Фрида была не прочь урезать расходы герцога на что-нибудь… Что он там любит? И обзавестись новым гардеробом…

Следующие четыре часа прошли на удивление спокойно: Фрида закопалась в цифры, а работы там был непочатый край. В какой-то момент, тихо извинившись, из библиотеки исчез камердинер. Фрида не заметила и очнулась, только когда у неё спросили, где госпожа хочет ужинать: в своих комнатах или вместе с герцогом в Зелёной гостиной.

Фрида выбрала ужин с герцогом, но и он прошёл довольно скучно. За столом их теперь было трое, и все молчали. Ричард по-прежнему не поднимал взгляда, герцог, наоборот, смотрел на Фриду, не отрываясь, и так злобно, словно не он её притащил в свой дом, а она сама взяла его штурмом. Что ж, если лорд Виндзор ожидал, что у супруги от этого пропадёт аппетит, то просчитался. Фрида еле за троих и всё никак не могла насытиться. Ей принесли уже две добавки, и герцог не выдержал. Встав из-за стола, он бросил:

— Вы потолстеете.

— Обязательно, — откликнулась Фрида, разрезая пирог с беконом. — Через восемь месяцев.

Герцог на это ничего не ответил, только буркнул что-то камердинеру, и тот, даже не допив свой чай, выскочил из-за стола и поспешил за хозяином. Фрида поглядела им вслед, пожала плечами и попросила:

— А можно мне ещё этого великолепного омара?

Вечером, устав от бухгалтерии, Фрида готова была взвыть от тоски. Заняться было ровным счётом нечем. Все письма она уже написала, в Хэмтонкорт поехать не могла, навещать Уайтхилл сейчас смерти подобно, да и отлучаться из дома супруга на второй день после свадьбы — дурной тон. Книги надоели, вещи Мира и горничные уже разобрали, на кухню Фрида уже спускалась, дом осмотрен…

Попросив принести ей чайничек и две кружки, Фрида проверила свои запасы зелий, ещё раз убедилась, что нужный флакон, если понадобится, будет под рукой. И отправилась на разведку в северное крыло, к герцогу. «Если что — уроню на него чай, — усмехаясь, думала Фрида, поднимаясь по ступенькам. — Там кипяток, ему понравится».

Кроме кипятка и чая там было кое-что ещё, но об этом Фрида даже не думала. Мало ли, говорят, человеческие маги раньше умели читать мысли. Зачем Фриде лишние неприятности?

В спальню к герцогу Фрида постучала, услышала в ответ нечленораздельный рык, не повела и бровью и толкнула дверь.

Герцог был не один. И даже не со своим камердинером. Фрида с трудом узнала мальчишку-лакея, симпатичного, ещё совсем ребёнка лет тринадцати, блондина и такого яркого полукровку, что ему уж точно нечего было делать в столице — Серый сразу сцапает. Этот ребёнок сейчас был в полуобморочном состоянии. Фрида посмотрела на держащего его за руку герцога — и тот отступил под её взглядом.

— Миледи. Выйдите!

Фрида покосилась на чайничек (между прочим, тяжёлый), подумала, что пора обидеться: этот мерзавец унижает её при слуге! И шагнула в комнату так спокойно, словно это была её спальня. Под тяжёлым взглядом герцога поставила поднос на столик у камина, расправила юбки и чинно села в кресло.

Герцог выругался. Бросил на Фриду ещё один рассерженный взгляд, дёрнул упавшего было