Син-Бин - Анастасия Уайт

Я:

Так как насчет того, чтобы провести некоторое время в моем родном городе? Со мной:)

КТ:

Пришлешь мне свой адрес?

Падаю обратно на кровать с лучезарной улыбкой на лице, поднимаю телефон в воздух и отправляю ему данные. Его ответ приходит через несколько минут.

КТ:

Буду там около двух часов дня.

Я отбрасываю телефон в сторону, хватаю подушку и прячу в ней лицо, крича во всю мощь своих легких.

Кто-то должен ударить меня по голове. То, что должно было быть просто развлечением, превращается в нечто невероятно серьезное. Все эти бабочки должны быть убиты, иначе я боюсь даже думать о том, как буду чувствовать себя на его выпускном.

Я настраиваю себя на то, что мне разобьют сердце.

Я сижу в гостиной и читаю новую книгу, так как уже дочитала ту, что про мужа сестры. Обычно я не люблю ромкомы, но эта книга потрясающая. К тому же, это хоккейный роман с тропом «друзья с выгодой» — я могу отнестись к этому с пониманием.

— Похоже, твой парень пунктуален.

Голос отца отрывает меня от моих мыслей. Он смотрит в окно, и я встаю с дивана.

Сердце трепещет в груди. Это так громко, что почти больно. Самое сложное? Скрыть свое состояние от отца. Я не хочу, чтобы кто-то знал, как сильно мне нравится этот парень.

— Пойдем. Я вас познакомлю.

Кладу книгу на диван и иду в прихожую.

Когда открываю дверь, мои глаза мгновенно встречаются с глазами Колтона. Он улыбается, и я уже в чертовой луже. Этот парень слишком красив для своего блага или, может быть, для моих страданий. Я до сих пор не решила.

— Привет.

— Привет.

Он заходит внутрь. Его запах, витающий вокруг, заставляет моих бабочек слетать с катушек. У меня в животе начинается чертов панк-концерт.

Я закрываю дверь и поворачиваюсь, готовая представить Колтона отцу, и буквально замираю.

Выражение его лица очень странное. В нем растерянность, а еще страх.

Мой отец смотрит на него с нежной улыбкой.

— Привет, Кольт.

Честно говоря, я чувствую себя так, будто тону. Неужели он его знает? Только так можно объяснить эту странную реакцию.

— Привет, Дакс. — Бормочет Колтон.

Его голос едва слышен.

Я подхожу ближе и смотрю на них обоих по очереди.

— Вы знакомы?

37. Мост

Год назад

Почему, черт возьми, никто не говорит мне, как у нее дела?

Я ее гребаный сын, и все, что они мне сообщают, — это одна лишь чушь:

— Твоя мама в реанимации, мы делаем все возможное.

Мне, блядь, нужно знать, что случилось.

Насколько серьезны ее травмы?

Каков прогноз?

Каковы шансы на ее полное выздоровление?

Ответы. Мне нужны чертовы ответы, а они мне их не дают.

Я достаю телефон из кармана и вижу пропущенные звонки от бабушки и дедушки, от Клэя и других ребят из команды. Даже мой тренер уже звонил мне, но не он.

Мой отец-засранец делает вид, что ничего не произошло, что он ни в чем не виноват, а на самом деле? Виноват и он, и я. Я должен был рассказать ей обо всем, как только узнал правду. Не должен был его слушать. Не должен был лгать ей.

Я засовываю телефон обратно в карман и провожу ладонями по лицу. Я так чертовски истощен, что кажется, будто я сейчас потеряю сознание. Прислоняюсь к стене и закрываю глаза.

Я просто хочу вернуться в прошлое и все исправить. Хочу спасти ее от этого, от этого знания, от того, как она узнала о неверности своего мужа.

До этого не должно было дойти.

— Привет.

Глубокий и успокаивающий голос выводит меня из задумчивости. Я открываю глаза и вижу мужчину, которого никогда раньше не видел. Он высокий и крупный, с широкими плечами и подтянутой грудью. Он близок к возрасту моего отца, но выглядит иначе. Ощущения, которые он вызывает у меня, прямо противоположны тем, что я испытываю рядом с отцом. Как будто спокойствие этого человека влияет на всех вокруг, включая меня.

Я молчу, глядя на него. У меня не самое лучшее настроение, и боюсь, что в любую минуту могу выйти из себя. Мне всегда трудно общаться с незнакомыми людьми, но сегодня это будет невозможно. Мне потребовались все мои силы, чтобы не накричать на медсестер. Этот мужчина не похож на того, кто работает в больнице, поэтому у меня нет никакого желания с ним общаться.

— Меня зовут Дакс. — Говорит он мне, и я сужаю глаза. Что ему от меня нужно? — Я возвращался домой, когда увидел, как машина твоей мамы врезалась в перила моста.

Я отталкиваюсь от стены. Все мое тело напряжено, и я сжимаю кулаки. Сердце сильно бьется о грудную клетку. Мир вокруг меня перестает существовать, я концентрирую свое внимание только на этом мужчине. Неужели это он спас ее? Кто-то сказал мне, что ей повезло — на мосту был пожарный. Неужели это он?

— Вы… — Я прочищаю горло. Во рту пересохло, и я говорю хрипло. — Вы спасли ее?

— Это то, что я делаю. Я пожарный. — Он мягко улыбается мне, уголки его глаз смягчаются. — Как только я увидел, что ее машина проехала по мосту и упала в реку, понял, что нужно делать. Надеюсь, я успел вовремя, и у нее будет шанс поправиться.

— Мне никто ничего не скажет. — Пролепетал я, задыхаясь от собственных слов. — Я ничего не знаю о ее травмах.

— Мне очень жаль, сынок. Находиться в темноте всегда тяжело. Иногда наше воображение рисует картины, которые гораздо хуже реальности. — Говорит Дакс, пряча руки в карманы.

И в этот момент я понимаю, что он говорит, опираясь на опыт.

Не только тот, который он приобрел благодаря своей работе, но и нечто более личное.

— Нужно иметь надежду. Держать ее близко к сердцу и молиться о лучшем. Сейчас все плохо, но так будет не всегда. Помни об этом и старайся концентрироваться на хороших вещах. Думать позитивно трудно, но оно того стоит. Поверь мне.

На мгновение я умолкаю.

Если бы я не чувствовал себя таким виноватым, все было бы проще. Единственное, о чем я думал: все ли в порядке с моей мамой. А сейчас? Вдобавок к тому, что я нервничаю и боюсь за ее