Роза для ректора - Полина Никитина

Я обежала все этажи, заглянула во все кабинеты, побывала в наших апартаментах — пусто.

Как будто он провалился сквозь землю! Растворился в воздухе! Исчез!

— Где Леон? — спрашивала я каждого, кто попадался на моём пути, но окружающие лишь качали головами и разводили руками.

Лишь Одисси дал внятный ответ:

— Я видел, как ректор Леон выходил за ворота.

Вернувшись в наши апартаменты, я обессиленно упала на мягкий ковёр в гостиной и горько зарыдала. Не сразу пришло осознание, что Хайден потерял свои силы и стал обычным человеком.

Но зачем? Почему он это сделал? На этот вопрос я так и не смогла найти внятного ответа.

Неделю спустя

Вот уже седьмой день подряд я проводила всё свободное время в саду родного дома в Дайяри. Отец с утра до ночи был занят семейным делом, обрадованная моим возвращением мама настойчиво велела мне отдыхать, набираться сил и сама хлопотала по дому.

Ректор, библиотекарь и адепты, впавшие в кому, вернулись в сознание, благодаря совместным усилиям Кристиана и одного известного целителя из Хатрэй. Алистер был тут же арестован и отправлен дожидаться суда в королевскую тюрьму для особо опасных заключённых. Эдвин и Шелли были направлены в закрытое поселение у подножья Падасских Гор.

На место ректора Академии Дальстад единогласно избрали де Ареона, а его заместителем стал не кто иной, как Аллен Альсар. Согласно рабочему договору, я должна была отработать на должности главного ассистента ректора до конца учебного года. Должность декана факультета артефакторики занял старый знакомый Кристиана по имени Саарон Арч.

Ну а пока в академии полным ходом шли ремонтные работы, я вернулась домой и безуспешно пыталась выкинуть из головы проклятого Хайдена Леона.

Ни одной весточки за семь дней! Ни попытки связаться по кристаллу, ни письма, ни телеграммы!

— Какая же ты скотина, — всхлипнула я и в сердцах бросила тяпку на землю.

— Розалин! — в оранжерею вбежала моя мама, сверкая глазами. — Иди скорее, там такое!

— Где? — устало вздохнула я.

Неужели окрестные мальчишки снова вылепили из грязи и листьев неказистую фигуру в виде крылатой твари, слухи о которой тут же разлетелись по всей Сейдании?

Ко мне даже приходили из местной газеты и просили интервью, но я была так поглощена жалостью к себе и обидой на Хайдена, что ответила им категорическим отказом.

— Пойдём скорее! — мама сняла с моих рук рабочие перчатки, испачканные в земле и обтёрла с рабочей рубашки налипшие листья. — Ты должна это увидеть своими глазами.

Обогнув дом я застыла при виде неописуемой картины: весь передний двор был завален букетами роз всех сортов и размеров, а посреди жёлто-розово-бордового ковра стоял сияющий Леон в новеньком костюме и улыбался так, как будто выиграл в лотерею.

— Розалин Флёр, позвольте сделать вам официальное предложение руки и сердца, — торжественно объявил Хайден и порывисто встал на одно колено.

Прямо туда, где лежали усыпанные острыми шипами стебли.

Даже не поморщился, гад!

— Пошёл вон, — коротко ответила я и быстро отвернулась, не желая чтоб этот желтоглазый прохвост видел мои глаза, полные горьких слёз.

— Роза! — моя мама всплеснула руками. — Что случилось?

— Не по-о-о-онял, — протянул за моей спиной удивлённый моим отказом Леон.

— Не понял? — вспылила я, схватила лежащую в ногах охапку роз, перевязанных алой лентой? и с силой огрела ей Хайдена по рукам и спине. — Не понял? Сбежал без объяснений, сняв брачную метку! А я не давала согласия!

— Да подожди ты, — мой уже бывший муж смог ловко увернуться от несущего возмездие букета, извернулся и крепко прижал меня к себе. — Ты всё не так поняла.

— Пусти!

— Я снял купол и провел отмену обряда, чтобы сделать тебе то предложение руки и сердца, которого ты достойна, — быстро зашептал Хайден, боясь что я откажусь его слушать. — Ты заслуживаешь, чтобы всё было как надо, поэтому я пришёл официально просить у твоих родителtq руки и сердца их прекрасной дочери, а в ответ получил букетом по…

— Неделя, Леон! — я попыталась наступить ему на ногу, но он успел убрать её в сторону и массивный каблук вонзился в сочный розовый бутон. — Ни слова, ни письма, ни объяснения!

— Розалин, — вздохнул Хайден, сжав меня в объятиях так крепко, что весь запас воздуха вышел из груди. Ушли и силы сопротивляться. — Как только я провёл обряд, со мной связался Его Величество и потребовал немедленно вернуться во дворец. Защитный купол исчез и он созвал срочное собрание, вызвав туда Альсара с де Ареоном. Потом от меня стребовали подробный доклад, где я должен был зафиксировать всё, что случилось с момента моего вступления в должность ректора и заканчивая снятием защитного заклинания. Из дворца я вырвался только через три дня.

— А где ты был ещё четыре?

— Ездил домой к матери и готовился к предстоящей свадьбе, — с невинным видом произнёс Леон.

— Интересно, с кем? Не помню, чтобы я давала согласие, — проворчала я, чувствуя, как злость и обида предстальски отступают.

— Розалин, — Хайден выпустил меня из объятий и я с наслаждением вдохнула воздух полной грудью. — Свадьба с таким важным для короны человеком, как я, должна стать самым счастливым событием в твоей жизни. А ещё — самым масштабным и торжественным мероприятием в столице.

Я сжала губы, пытаясь сдержать рвущуюся наружу улыбку. Он всё тот же нахальный, самодовольный Хайден Леон.

— Обряд с брачной меткой в душных подземельях, где мы вот-вот могли лишиться жизни, — продолжал он, сверкая золотистыми глазами, — это, бесспорно, романтично, но ты достойна гораздо большего. Соглашайся, Роза, я же знаю, что ты меня любишь!

Ну ничего себе нахал! И всё уже за меня решил!

Я фыркнула и демонстративно повернулась к нему спиной.

— Розалин, — привычно дерзкий голос Хайдена стал необычайно тихим и проникновенным. — Ты даже не представляешь как я сейчас волнуюсь и боюсь твоего отказа. Вот и несу всякую чушь. Я безумно люблю тебя и клянусь, что сделаю тебя самой счастливой на свете.

Ругая себя за проявленную слабость, я повернулась к нему лицом. Смущённо улыбнувшись, Хайден протянул мне кольцо в виде двух переплетённых стеблей роз.

— Окажи мне честь стать моей женой, Розалин Флёр.

— Я согласна.

Сопротивляться больше не имело смысла. Я