Покрытый Льдом - Рут Стиллинг

— Требуется многое, чтобы разрушить эти мои стены. Но ты и Фелисити, вы мои девочки, и вы для меня всё. Потому что, как только я с кем — то встречаюсь, я в этом серьезно. Теперь от меня никуда не денешься.

Она утыкается лицом мне в макушку.

— Чёрт возьми, девочка, Зак был прав. Мне понадобится эта твоя ванильная штучка.

Я смеюсь как раз в тот момент, когда раздается стук в дверь её квартиры. Она улыбается мне и встает с дивана, удаляясь.

— Мне нужно завернуть ещё несколько подарков.

Добравшись до двери Кейт, я двигаю засов и глубоко вдыхаю. Я нервничаю, не знаю почему, но это так.

Зак улыбается мне сверху вниз, держа руки в карманах джинсов. Его кепка, одетая задом наперед, сочетается с серой курткой “Scorpions” на молнии, на которой вышит номер шестьдесят шесть на груди.

— Ты сбежала от меня, Ракета.

— Я запаниковала, — я вздрагиваю. — Прости.

Заходя внутрь, он мягко захлопывает дверь ногой, его руки взлетают, чтобы обхватить моё лицо, и он пристально смотрит мне в глаза.

— За что, чёрт возьми, ты извиняешься? Это я должен извиняться.

У меня сводит желудок.

— З — за ч — что?

Он проводит мозолистыми большими пальцами у меня под глазами, а затем нежно целует в уголок моих губ.

— За то, что не увидел тебя раньше, за то, что потратил столько гребаных лет без тебя в моей жизни. За то, что сосредоточился не на тех людях. За то, что не разрушил нашу дружбу намного раньше. Эми несет чушь. Единственный человек для меня — это ты. Навсегда.

Мои колени подгибаются под тяжестью его слов.

— Она шокировала меня, но я знаю. Я люблю тебя.

— Я вращаюсь вокруг тебя, Луна.

Я наклоняюсь навстречу его объятиям, туда, где моё место.

— Отвези меня домой.

— Серьезно, это был лучший рождественский ужин в моей жизни, — говорю я, откидывая одеяло на нашей кровати и забираясь в неё.

— У моего мальчика сумасшедшие кулинарные способности, — отвечает Зак с другой стороны кровати, снимая часы и встряхивая запястьем.

— А Фелисити? Та история с Итоном? Я умерла и попала в рай.

Он улыбается и забирается в постель, заключая меня в объятия.

— Они идеальная пара. Но… — он залезает под мою старую футболку и обхватывает ладонями одну из моих грудей, потирая сосок между большим и указательным пальцами. — … Я думаю, мы превзойдем их.

Я ахаю от этого ощущения.

— Вы двое соревнуетесь, как дети.

— О, правда? Я могу быть зрелым и серьезным, когда мне это нужно, — огонь горит в его глазах, когда он нависает надо мной в постели.

— Покажи мне, — шепчу я, положив руки ему на плечи и притягиваю его к себе

Зак садится на пятки и тянет меня за собой. Он уже обнажен, и его твердый член прижимается к моему животу, пирсинг холодный, но восхитителен на моей пылающей коже.

— Я могу трахнуть тебя так, как ты того заслуживаешь. Или заняться с тобой любовью, как мужчина, который не может дождаться, чтобы провести вместе с тобой всю жизнь. Выбирай, Ракета.

— Я хочу медленно. Я хочу всё почувствовать.

Приподняв меня, он медленно опускает меня обратно на свой член, и то, как я растягиваюсь, чтобы приспособиться к нему, никогда не надоест. Как будто каждый раз, когда мы занимаемся сексом, моё тело реагирует так, словно это в первый раз, но мой разум знает, что это единственный мужчина, который любил или когда — либо будет любить меня так.

Держа свои большие руки на моих бедрах, он прижимает меня к себе. Я долго не протяну.

— Я кончу в любую секунду.

Он зарывается лицом в мою шею и покусывает ключицу.

— Мне нравится, когда я слышу, как ты кончаешь на мой член.

Нарастающий оргазм вырывается на свободу и сотрясает моё тело, когда я сжимаю его.

— Господи, детка, эта жадная киска сегодня проголодалась.

Укладывая меня, пока я всё ещё кончаю, он нависает надо мной, закидывая одну из моих ног себе на плечо.

— Ты можешь дать мне ещё, Луна?

— Не думаю. Я слишком… — я зажмуриваю глаза, слишком чувствительная после последнего кайфа.

— Дай мне ещё. Смотри на меня, пока кончаешь на мой член.

Зак врезается в меня, его волосы падают на потемневшие голубые глаза. Он не отрывает от меня взгляда, который запечатлевается в моей памяти.

— Никогда не будет никого другого. Только ты. Только ты и я, здесь, в этой постели, с тобой, сжимающей мой член.

Слегка замедляя темп, он наклоняется и проводит большим пальцем по моему клитору.

— Мне нравится, что ты обнажена для меня. Я вижу каждую частичку твоей идеальной киски, когда играю с ней.

Между его членом и его пальцами я кончаю во второй раз. Звезды пляшут у меня перед глазами, мой оргазм такой сильный, такой всепоглощающий. Он смеется, когда я тяжело дышу во время величайшего секса в моей жизни.

— Я не могу дождаться того дня, когда мы займемся сексом без противозачаточных. Когда я буду внутри тебя, чтобы дать тебе всё, чего мы хотим.

Я обхватываю его щеку, когда он с ревом кончает в меня.

— Я тоже.

— У тебя только что урчало в животе?

Лежа в постели и смотря фильм ужасов, потому что Эми может идти к чёрту, я тихонько киваю и зеваю.

— Ага.

— Ты шутишь, да? Мы только что съели три блюда, и теперь ты хочешь ещё?

Я смотрю на свой телефон на прикроватной тумбочке. Уже половина двенадцатого.

— Я могу подождать, уже поздно.

В животе у меня снова заурчало, и Зак сел.

— Я могу принести тебе что — нибудь. Ты не можешь остаться голодной.

— Я в порядке, честно.

Но он игнорирует меня и встает с кровати. Смотря на его обнаженное тело, я становлюсь ещё более голодной. Взяв какие — то серые спортивные штаны, он натягивает их, а затем наклоняется, чтобы поцеловать меня.

— Можешь получить всё, что хочешь; у нас есть всё, так как сегодня Рождество.

— Можно мне тост с Заком Эвансом, пожалуйста?

— Это всегда есть в меню, но что я могу тебе предложить? Французские тосты, вафли, блинчики? — он смеется мне в губы. — Фриттата…

— Нет, потому что это означает, что я должна тебе помочь, а я не хочу вставать с этой кровати, потому что я ленивая сука.

— Ну, тебе и не обязательно. Ты можешь остаться здесь, с Фредди Крюгером.

— Прекрасно. Но, серьезно, мне нужно прийти и помочь.