Поцелуй охотника - Вероника Дуглас

— Мне так жаль, — сказала я, прикрывая рот рукой.

Мне хотелось плакать, и я расплакалась, когда он заставил себя улыбнуться.

— Прости, что я не смог защитить тебя. Я потерпел неудачу, и именно поэтому я здесь.

Покачав головой, я взяла его за руку.

— Это все моя вина.

Мои стражники жестом велели ему отойти, и он отпустил мою руку.

— Это моя вина — моя идея. Но мы провели очень хорошую ночь, не так ли?

— Мы так и сделали, — я улыбнулась ему в ответ, когда они уводили меня.

К вечеру я уже закипала от гнева, и я была готова дать волю своей ярости. Настроение Кейдена было не лучше, особенно после того, как я рассказала ему все, что произошло.

— Я хочу что-нибудь взорвать, — прошептала я, испугавшись, что стражники теперь будут подслушивать меня даже в моей комнате.

Кейден скрестил руки на груди.

— Хорошо, потому что пришло время тебе научиться убивать и разрушать своей силой, а также защищаться.

— Мы не можем практиковаться здесь. Стражники по ту сторону двери, и я испепелю простыни, если прямо сейчас призову свою магию.

Сказав им, что хочу потренироваться перед следующим испытанием, я упросила своих стражников отвести меня в старую тренировочную комнату. Огромный зал с кристаллами казался невыносимо пустым без Кирин и остальных. Комната была звуконепроницаемой, но, к моему ужасу, часовые не удовлетворились ожиданием снаружи. Двое заняли посты по обе стороны от двери.

— Здесь мы не поговорим, — резко сказал Кейден. — И мне придется сдерживать свою магию. Прошлой ночью Слейн выглядел так, будто что-то заметил.

Я оглянулась через плечо на своих надсмотрщиков.

— Вы уверены, что хотите быть здесь? Моя магия непредсказуема. Я все еще учусь.

— Когда вы не в своей спальне, вас должны сопровождать, — проворчал капитан с нотками раздражения в голосе. — Порядок не изменился с сегодняшнего утра.

Я была уверена, что у них были очень четкие приказы. Дело было не в шпионаже или контроле за моими передвижениями. Дело было в том, что Слейн вмешивался в каждый аспект моей жизни. В том, что бы он имел власть над моей жизнью.

Ну, меня было не так-то легко сдержать.

Я пожала плечами, глядя на капитана.

— Как вам будет угодно.

Магия вспыхнула под моей кожей и побежала вниз по рукам к кончикам пальцев, где слилась в два мерцающих шара света. Мой взгляд метнулся к Кейдену, который стоял в дальнем конце комнаты.

Словно прочитав мои мысли, на его губах появилась злая усмешка.

— Зажги их.

Улыбнувшись и взмахнув запястьями, я швырнула оба шара в дальнюю стену. Они столкнулись с остриями кристаллов, взорвавшись светящимися частицами, которые разлетелись во все стороны. Потоки света и осколки светящегося хрусталя рикошетили по комнате, как метеоры, освещая помещение, как на празднование Четвертого июля.

Я призвала свой щит вокруг себя, и он зазвенел от сотен ударов.

Чертыхаясь, стражники пригнулись и закрыли лица руками, когда вокруг них посыпалась шрапнель. Вращающийся осколок отскочил от выступа наверху и чуть не снес капитану голову.

Через несколько мгновений стеклянный звон падающих кристаллов стих, и в комнате воцарилась тишина.

Я поднесла руку ко рту.

— Ой. С вами все в порядке, ребята?

Стражники вскочили на ноги. Капитан прищурился, и мускул на его челюсти дрогнул.

— Мы будем ждать прямо за этой дверью. Не пытайся проделывать никаких трюков.

— Я бы никогда и не мечтала об этом.

Как только дверь со щелчком закрылась, я повернулась к Кейдену. Он стоял, прислонившись к дальней стене, с выражением веселья и чего-то еще на лице.

Я подняла брови.

— Впечатлен?

— Ты хитрый маленький волчонок, — сказал он, подбираясь ко мне. — Но этого недостаточно. Тебе нужно быть сильнее и быстрее. Ты была недостаточно хороша в первом испытании. Астра едва не одолела тебя.

Разочарование обожгло мне затылок.

— Я выжила, не так ли?

— Выжить недостаточно, особенно после прошлой ночи.

В его глазах вспыхнула ярость, и я заметила, как его руки сжались в кулаки.

От мысли о Слейне у меня скрутило живот. Хотя мое лицо почти зажило, я все еще чувствовала укол его руки на своей щеке.

— Будешь ли ты участвовать в испытании или тебе придется с боем выбираться из лап Слейна, тебе нужно сражаться без пощады, чтобы победить, — он ходил вокруг меня. — Поэтому я собираюсь давить на тебя сильнее, чем твои соперники, сильнее, чем сама королева.

Я призвала свой щит и встретилась с ним взглядом.

— Покажи мне свой лучший удар, Бог Волков.

Озорная усмешка заиграла на его губах, а затем его магия обрушилась на меня подобно шторму.

42

Саманта

Час спустя моя туника пропиталась потом, а мышцы ныли от напряжения. Кейден бил меня по заднице больше раз, чем я могла сосчитать, и я знала, что он все еще сдерживается — хотя и не так сильно, как в начале.

— Еще раз, — сказал он.

Я уперлась ноющими ладонями в бедра, тяжело дыша.

— Ты можешь просто дать мне минутку?

Боги, он был неумолим. Я жалела, что согласилась на это — он собирался убить меня раньше, чем это сделает Слейн.

— Минутку? — он подошел ко мне и приподнял бровь. — Думаешь, Астра даст тебе минутку, потому что ты устала? А как насчет королевы? Возможно, генерал — он человек мягкий.

Гнев разлился по моим венам, и холодная магия заискрилась под моими пальцами.

Но прежде чем я успела что-либо сказать или нанести удар, дымное щупальце метнулось вперед и отбросило меня к твердой хрустальной стене, сковав мои руки и ноги, как цепями.

Кейден шагнул ко мне, выражение его лица было как гранит. Он остановился в нескольких дюймах от меня.

Я боролась с его оковами, но они были как железо, и я не могла сдвинуть их с места.

— Ты ублюдок!

Он низко наклонил голову, достаточно близко, чтобы его губы могли коснуться моего уха.

— Тогда сделай что-нибудь с этим.

Воспоминания о моем детстве нахлынули на меня — как меня избивали в лесу, Брент прижимал меня к стене моей спальни, Уайленд делал ставки против меня на ринге и подбадривал, когда волки покрупнее прижимали меня к земле, Слейн прижимал меня к двери, его приторно-сладкое дыхание доносилось мне в лицо…

В этот момент моя душа дала трещину, и источник магии хлынул через меня, зажигая каждый нерв в моем теле. Глаза Кейдена расширились, когда его путы на мне разлетелись во вспышке света. Первобытный порыв пронзил меня, и