Он, она и ее дети - Джил Мансел

— Сегодня днем Дора убирала коттедж после отъезда Эйвери, — ответил Тайлер. — Помнишь, какие духи у Триш Эйвери?

— Боже, не напоминай.

Разве такое забудешь? Лотти даже сейчас ощутила их привкус на языке. Это были самые удушливые духи на свете, с верхними нотами, от которых слезились глаза, и с нижними, которые напоминали вонь дикого скунса.

— Ну и, вероятно, она разлила флакон этих духов в спальне. Дора сказала мне, что когда вошла в коттедж, там страшно воняло. Однако она забыла сказать, что оставила все окна открытыми, чтобы проветрить.

— Все окна? И слуховое наверху? — Сердце Лотти рухнуло вниз как камень.

— Ты все сразу поняла. А Томпсетты должны приехать в десять.

— Я, знаешь ли, лежу в ванне.

Тайлер хмыкнул:

— Я уже понял. И?..

— Ладно, ладно. Приеду. О Господи! — Лотти поморщилась, увидев, как Нат снова вошел в ванную, но уже без рубашки.

— В чем дело? — спросил Тайлер.

— Ла-ла-ла! — Вихляя попой, как Мик Джаггер, Нат восторженно закричал: — Смотри, ма. Я надел твой бюстгальтер!

«Хижина менестреля» светилась огнями. Когда Лотти вылезла из машины, ее едва не сбил с ног сильный порыв ветра, а дождь обрушил на нее потоки воды. Как будто она и не вылезала из ванны. Глубоко вздохнув и взяв в каждую руку по сумке со свежим бельем, она быстрым шагом пошла по раскисшей от воды тропинке к двери, которую уже успел распахнуть для нее Тайлер.

— Спасибо, что приехала. — Закрыв дверь, он забрал у нее тяжелые сумки.

— Куда ж мне деваться. Это входит в мои обязанности. Но я все равно жду повышения зарплаты.

Лотти стерла дождевую воду с лица и, наклонившись, принялась стягивать бело-розовые резиновые сапоги. Намокшая серая юбка прилипла к бедрам, розовая флисовая рубашка тоже промокла насквозь. Так дальше нельзя, нужно обязательно раскошелиться на пакамак. Хорошо еще, что включено отопление и в доме тепло.

— Надо сменить постельное белье, собрать воду с полов и высушить ковры. Я уже вымыл ванную при спальне, — сказал Тайлер, поднимаясь впереди Лотти по лестнице. — И еще я попытался вызвать Дору, но ее не оказалось дома. — Сокрушенно покачав головой, он добавил: — Как сказал ее муж, сегодня вечер… динго.

— Бинго. — Если только Дора не придумала новую интересную игру с участием австралийских диких собак.

— Прости, но ты не в том положении, чтобы ухмыляться. У кого тут сын носит лифчик?

— Прекрасно. Давай займемся делом.

Лотти вытащила из сумки комплект постельного белья и принялась сдирать с него целлофановую упаковку. Окна уже были закрыты, но предстояло немало потрудиться, чтобы удалить влагу с пола и промокших ковров.

— Я чувствую себя горничной, — буркнул Тайлер, когда они перестилали третью кровать.

— Спорим, ты счастлив, что купил этот бизнес. — Хотя Лотти ни за что не призналась бы в этом, но было нечто сексуальное в том, что мужчина застилает постель. Приказав себе не смотреть, как руки Тайлера ловко расправляют и разглаживают темно-синюю простыню из египетского хлопка на широченной кровати, она шутливо осведомилась: — Ну и когда ты ужинаешь с той журналисткой?

— Никогда. — Тайлер улыбнулся. — Она обронила достаточно намеков. Не в моем вкусе.

— Разве? Ее ноги согреют тебя холодными ночами.

— Фыр-р. — Тайлер изобразил шипящую кошку.

— Она первая начала. — Лотти принялась засовывать подушку в наволочку. — Она запретила снимать меня для репортажа.

— А ты хотела? Надо было сказать.

— Дело не в этом. Она назвала меня сущим наказанием.

Тайлер взял другую подушку.

— Ты действительно сущее наказание.

Лотти возмутилась:

— Ничего подобного!

— Иногда это именно так. Но не обязательно в плохом смысле.

— Какая наглость! — Лотти через кровать ударила его подушкой. В тот момент, когда она случайно коснулась его плеча, все вокруг погрузилось во мрак.

Черт.

Из темноты раздался бесплотный голос Тайлера:

— Это твоя работа?

— Если ты шкаф с предохранителями, то да. — Отложив подушку, Лотти на ощупь двинулась к окну, которое выходило на озеро и другие коттеджи. Ее взгляд утонул в непроглядной темноте. — Проклятие, только этого нам не хватало.

— Это означает, что электричество отключили во всем поселке. — Голос Тайлера, прозвучавший неожиданно близко, заставил Лотти вздрогнуть. — Можешь прикинуть, надолго ли это?

— Это непредсказуемо. Иногда на несколько минут. А иногда на много часов. — Лотти повернулась спиной к окну и, дождавшись, когда глаза привыкнут к темноте, попыталась определить, где Тайлер. — Ой, извини. — Она вытянула вперед руку и случайно задела его.

— Не извиняйся. — Как ни странно, голос Тайлера действовал на нее умиротворяюще. Она ощутила его дыхание на своей шее и почувствовала… ну и ну, нечто, что ей совсем не следовало чувствовать. — Как там дети?

— Нормально. Они у Марио. Я не оставила их дома одних, если тебя это интересует.

— Ясно. Хорошо. — Он помолчал. — Как я понимаю, им нравится твой новый приятель? Этот… Себастьян.

— Они в восторге от него. — Договорив, Лотти услышала, как Тайлер тяжело вздохнул.

— Неразборчивые.

— Он тебе просто не нравится, или ты ревнуешь?

Лотти поняла: если бы свет был включен, она не решилась бы задать этот вопрос. Несколько мгновений стояла тишина, нарушаемая воем ветра снаружи и шумом дождя, который дробно стучал в окна, как будто снаружи в стекло бросали гравий.

— Я думаю, что он недостаточно хорош для тебя, — наконец сказал Тайлер.

— И?..

— И я не понимаю, что такого потрясающего ты в нем нашла.

— И?..

— И… вероятно, я немного ревную. Ты сама спросила. О, опять эти восхитительные ощущения. Затрепетав от восторга, Лотти шагнула к нему и затаила дыхание. Она поступает плохо, ей не следует даже думать об этом, однако и Тайлер поцелует ее сейчас, она не удержится и ответит его поцелуй. Конечно, если им удастся отыскать губы друг друга в непроглядном мраке.

— Почему-то я твердо уверен, что ты и так об этом знаешь, — проговорил Тайлер.

У Лотти по спине пробежали сладостные мурашки. Боже, она не должна этого допускать — они с Себом уже превратились в добропорядочную пару. Сколько тысяч раз она читала Марио лекции о грехе обмана? А теперь сама поступает точно так же, как он. Она превращается в шлюху, и ей должно быть стыдно за себя. Только проблема в том, что ее совесть последовала примеру Марио и ушла гулять в неизвестном направлении. Себ замечательный, однако нельзя не принимать во внимание тот факт, что ее чувства к Тайлеру сильнее и в настоящий момент она могла думать лишь о том, каково это будет, когда…