Поцелуй - Джил Мансел

Мысль о том, что она сама виновата, не подняла Иззи настроение. Ночью ей приснилось, будто во время этого жуткого разговора она сказала Джине, что они с Сэмом любят друг друга. Джина, в крайнем расстройстве чувств, утопилась в поросшем водорослями пруду, а Сэм ледяным тоном сообщил Иззи, что Джина была единственной женщиной, которую он любил по-настоящему.

Все выглядело очень печально. Иззи проснулась в слезах и поняла, что реальность не менее безнадежна. Джина умоляла Иззи сказать, что она права, и той пришлось согласиться. Как можно отказать подруге в последнем шансе на счастье, если та целый год страдала от горя и отчаяния?

Было бы гораздо проще не встречаться с Сэмом и не делать вид, что все в порядке, но даже в этом маленьком облегчении Иззи было отказано. По чистой случайности неотложная деловая встреча помешала ему накануне приехать к Джине, и когда он позвонил с объяснениями, она рассказала о скором отъезде Иззи. У той не осталось выбора, когда Джина радостно сообщила, что Сэм заедет за ней в половине десятого утра и отвезет в аэропорт.

Было невероятно прекрасное ноябрьское утро, с солнцем и инеем, точно в диснеевском мультфильме. Все еще во власти недавнего сна, Иззи смотрела в окно на блистающую белизну Гайд-парка и даже не заметила, что Сэм притормаживает.

— Что? — испуганно спросила она, когда он выключил зажигание.

— Я хотел спросить то же самое, — сухо ответил Сэм, потянулся к ней, отстегнул ремень безопасности и открыл дверцу. — Идем, немного прогуляемся.

Решив, что в Риме будет теплее, Иззи надела полосатый зелено-розовый блейзер поверх короткого платья и вздрогнула, когда в машину ворвался ледяной порыв ветра, но Сэм протянул ей свою кожаную куртку и жестом велел выходить.

— Может, объяснишь, в чем дело? — спросил он, когда они несколько минут прошли молча.

Иззи неуверенно засмеялась.

— Мне холодно.

— Ты ведешь какую-то игру. И я желаю знать, какую и зачем.

«А я хочу сказать тебе кое-что большее, — с грустью подумала Иззи. — Но не могу, потому что это значит предать доверие Джины. Это несправедливо. А главное, жестоко».

— Послушай. — Она засунула руки поглубже в карманы куртки и ускорила шаг, чтобы избежать его пристального взгляда. — Я ни во что не играю. Я много думала о том, что… случилось между нами, и теперь понимаю, что это была ошибка.

— Ну, конечно. — В голосе Сэма прозвучали нотки горечи и сарказма. — Конечно, ошибка. Самая большая. Я уже подумывал сходить к психологу…

— Только не начинай, — потребовала Иззи. — Я пытаюсь объясниться, только и всего, и ты не упрощаешь мне задачу.

Он взял ее за плечо и остановил. Замерзшие листья хрустнули под ногами.

— Но я не желаю слушать. Так зачем же облегчать тебе задачу?

«Это несправедливо. Все несправедливо. Даже то, что нос и щеки у меня покраснели от холода, а лицо Сэма осталось смуглым, как у лыжного инструктора. Почему кожа у него не идет пятнами, как у всех нормальных людей?» Иззи раздражалась все сильнее.

— Послушай. — Она вздохнула. — В том, что касается ошибок, я настоящий спец. Я их за милю чую. И устала ошибаться… А потому сейчас, первый раз в жизни, пытаюсь действовать рационально.

Сэм недоверчиво уставился на нее:

— Может, пояснишь про «рационально»?

Это было непросто, Иззи не успела попрактиковаться. Но ее слова должны были звучать правдоподобно…

— Я больше не хочу ошибаться. — Она решительным жестом отбросила волосы с лица. — Сэм, мы не подходим друг другу. Вивьен раздражала тебя своей неопрятностью и неумением готовить… Но ведь я такая же, даже хуже! Если мы попытаемся жить вместе, то в итоге начнем ненавидеть друг друга. Ничего не получится.

— А я думаю, получится.

— Только потому, что ты идиот. И потому, что прежде не получал отказов.

— Прежде я никогда не слышал дурацких отговорок. — Сэм улыбнулся. — Это весь твой репертуар или что-то осталось в запасе?

— Я серьезно! — заорала Иззи, взбешенная его недоверием. — У нас нет будущего, поэтому какой смысл притворяться?

Он поднял бровь:

— И это все, о чем ты беспокоишься? О том, что не умеешь готовить?

— Нет. — Иззи покачала головой. — У нас нет будущего, потому что мне тридцать семь, у меня взрослая дочь и карьера, которая наконец-то набрала обороты. А тебе нужна молодая жена и собственные дети. — Она помолчала, давая ему время подумать. — Вот что ты должен искать, Сэм. Жену.