Неодолимый соблазн - Юджиния Райли

Новый Орлеан, 1854 год

— Месье, это мальчик! Доктор только что ушел. Мадам чувствует себя прекрасно.

Радостный голос Райзы разорвал повисшую в доме тишину. Джулиан вскочил с дивана.

— Мальчик? Ты уверена?

— Месье, помилуйте! — Служанка смущенно опустила глаза.

Подавив смешок, Джулиан быстро пересек комнату и, подойдя к Генри, радостно воскликнул:

— Это мальчик, слышишь, старина? У твоего Фабиана появился товарищ для игр!

— Поздравляю! — ответил польщенный Генри.

Джулиан бросил взгляд на двух малышей, весело возившихся на ковре, залитом лучами утреннего солнца. Его маленькая дочь Коринна, которой недавно исполнилось два года, с огненно-рыжими кудрями, унаследованными от матери, и отцовскими синими глазами, была похожа на прелестную куколку. Маленький сын Генри, Фабиан, старше ее на полгода, был очаровательным тихим малышом. У него была улыбка Жюстины и такие же, как у Генри, яркие карие глаза.

— Коринна, любовь моя! — окликнул Джулиан, опустившись на корточки рядом с малышкой. — У тебя появился братик!

Бросив на пол кубик, Коринна удивленно вытаращила на отца глаза:

— Братик? Мальчик-братик?

— Да, детка, мальчик-братик, — со смехом подтвердил Джулиан.

Подхватив дочку на руки, он закружил ее по комнате, прижавшись губами к нежной детской щечке.

— Папа, я хочу посмотреть! — размахивая пухлыми ручонками, потребовала Коринна.

— Непременно посмотришь! — согласился счастливый отец. — Генри, надеюсь, ты нас извинишь?

Весело хмыкнув, тот проводил их взглядом.

Джулиан с Коринной на руках взлетел по лестнице и распахнул дверь в залитую солнцем спальню. Мерси лежала в постели, прижимая к груди крохотный сверток, из которого выглядывало сморщенное личико. Из-под чепчика упрямо выбивалась иссиня-черная прядь. Джулиан счастливо улыбнулся.

Шепотом попросив дочь вести себя тихо, он поднес Ко-ринну к постели. Оба, застыв от изумления, разглядывали новорожденного. Сладко спавший малыш упоенно сосал свой кулачок, и сердце Джулиана зашлось от переполнявшей его нежности. Даже на лице Коринны, не сводившей глаз с маленького братика, появилось нечто вроде благоговейного восторга.

— Ну как? — спросил Джулиан дочку.

— Папа, давай оставим его себе! — умоляюще прошептала она.

— Конечно, оставим, — улыбаясь, пообещал Джулиан и поцеловал ее в теплую макушку.

За его спиной послышался женский смех. Поставив Коринну на пол, Джулиан обернулся и увидел стоявшую в изножье постели Жюстину, почти скрытую складками полога. Она подошла к нему тяжелой походкой беременной женщины, поддерживая руками живот.

Джулиан окинул ее встревоженным взглядом.

— Жюстина, почему ты до сих пор на ногах? Это вредно, ведь ты всю ночь просидела у постели Мерси!

Ласково улыбаясь, Жюстина обошла вокруг кровати и присоединилась к. отцу с дочерью.

— Я была рада помочь. Мы так редко видимся. Генри и я, мы оба соскучились.

Джулиан снова повернулся к постели:

— Он очарователен, правда?

— Конечно.

Джулиан прижал к себе свою бесценную Коринну.

— Но я все равно рад, что первым оказался… то есть я хочу сказать…

Жюстина тронула его за рукав.

— Я понимаю, Джулиан. Арно никто не сможет заменить. Но он бы радовался твоему счастью.

Они обменялись понимающим взглядом. Заметив, что Коринна заскучала, Жюстина ласково взяла ее за ручку.

— Дорогая, хочешь спуститься вниз и полакомиться печеньем вместе с Фабианом?

— Конечно!

Джулиан опустил дочь на пол. Жюстина ласково потянула девочку за собой. Дверь за ними закрылась.

Усевшись в кресло рядом с постелью, Джулиан бережно поднес к губам руку жены. Он смотрел на нее, на сопевший у ее груди крохотный комочек, и ему вдруг пришло в голову, что еще никогда он не был так счастлив, как теперь.

Веки Мерси приподнялись, и она одарила мужа усталой улыбкой.

— Дорогой, у нас сын.

— Я уже догадался, — с отцовской гордостью произнес он.

— Коринна знает?

— Еще бы. Она уже решила оставить его у себя.

Улыбаясь, Мерси бросила взгляд на спящего малыша.

— Я обожаю его, Джулиан. Он — твоя копия! Как мы его назовем?

— Да, это вопрос, — протянул он, задумчиво потирая подбородок.

— Мы назвали Коринну в честь моей матери, — сказала Мерси, — так почему бы не назвать его в честь твоего отца?

— Жак, — протянул Джулиан. — Что ж… мне нравится.

Мерси мечтательно вздохнула:

— Не могу дождаться, когда у нас появится еще один!

— Что?! — ахнул ее муж. — И это после того, как я чуть с ума не сошел, всю ночь напролет слушая твои крики?!

Мерси улыбнулась:

— Все уже забылось, и боль, и муки… — Насмешливо сморщив нос, она коварно добавила: — Забывается все, кроме наслаждения.

— Распутница, — хмыкнул Джулиан.

Теперь она уже открыто соблазняла его.