Любовник королевы - Филиппа Грегори

– Принцесса, мне нужно с вами поговорить, – взволнованным тоном произнесла Кэт Эшли, бывшая гувернантка Елизаветы.

Именно эти слова Елизавета слышала от нее в детстве, когда очередная шалость тогдашней принцессы перехлестывала допустимые границы. Но детские забавы давно кончились. Теперь разговор в покоях королевы касался вполне взрослых развлечений.

– О чем ты хочешь говорить?

Елизавета сидела перед зеркалом, улыбаясь своему отражению. Фрейлины мягкими щетками расчесывали ей волосы, а затем разглаживали их красными шелковыми лентами.

– Ваше величество, повсюду только и разговоров что о вас и сэре Роберте. Говорят такое, что можно со стыда сгореть. Подобные вещи не захочет услышать о себе ни одна молодая женщина, если она собирается достойно выйти замуж. Особенно недопустимы сплетни о королеве Англии.

Будучи принцессой, Елизавета очень пеклась о своей репутации, однако сейчас, услышав слова старой гувернантки, лишь пожала плечами и небрежно бросила:

– Людские языки без костей. Болтают попусту.

– Смотря о чем, – не унималась Кэт. – Такие разговоры вас позорят. Даже страшно слушать.

– Что такого особенного обо мне говорят? Мол, я распутница? Мы с сэром Робертом – любовники? – Елизавета нарочно подзадоривала Кэт, чтобы выведать самые худшие сплетни.

Та шумно вздохнула и заявила:

– Да и не только это. Говорят, будто вы родили ребеночка, потому-то двор летом и переезжал из одного дворца в другой. Этот младенец будто бы спрятан в надежном месте с кормилицей, пока вы не поженитесь и не заберете дитя к себе. Еще говорят, что сэр Роберт задумал убить свою супругу, чтобы жениться на вас. Он как будто заколдовал вас и все ваши мысли. Вы только и думаете о том, как бы лежать с ним и предаваться греху. Говорят, что в плотских наслаждениях вы ненасытны и вытворяете такое, что и законным супругам было бы совестно делать. Вы забыли про дела королевства, для вас важнее кататься с ним верхом. Получается, что сэр Роберт – король во всем, кроме титула. Он ведет себя с вами как хозяин.

От гнева лицо Елизаветы стало ярко-красным.

Кэт грохнулась на колени, но не смолкла:

– Ваше величество, все ваши утехи с ним расписываются в таких подробностях, что хочется уши заткнуть, иначе со стыда сгоришь. Я же всегда любила вас, как мать. Вы знаете, сколько всего я натерпелась, служа вам. Но тогда я с радостью переносила любые страдания, а сейчас у меня сердце заходится. Ночью глаз не могу сомкнуть. Не знаю, куда спрятаться от жутких мыслей. Если вы не дадите отставку этому сэру Роберту, то вас ведь и с трона свергнуть могут.

– Что? – Елизавета вскочила на ноги, расшвыривая гребни и щетки. – За каким это чертом я должна давать ему отставку?

Фрейлины торопились убраться с ее дороги. Они вжимались в стены и глядели в пол, только бы молнии, вылетающие из глаз королевы, не ударили по ним. Каждая мечтала сейчас стать невидимкой.

– Он погубит вас!

Кэт встала с колен. Бояться ей было нечего. Она и так почти потеряла свою любимую принцессу.

– Вам не удержаться на троне, если о вас повсюду говорят такие вещи. Мыслимое ли дело: королева ничем не лучше шлюхи! Простите, ваше величество, что я говорю вам эти слова. Но ничего похожего при дворе еще не было. Даже во времена лорда Сеймура…

– Прекрати! – крикнула Елизавета. – Послушай, что я скажу. Я никогда не чувствовала себя в безопасности. Да, Кэт. Я слишком рано поняла, что моя гибель была бы на руку очень многим. Я, словно нищенка, собирала крошки радости. У меня никогда не было того, кто любил бы меня, восхищался бы мной. В сэре Роберте я обрела прекраснейшего друга и надежнейшего человека. Я почитаю за честь быть любимой им, и мне нечего стыдиться.

– Заводить шашни с женатым человеком – это не стыд? – спросила Кэт.

– Представь себе, нет! Да, я знаю, что он женат. Почти десять лет назад я танцевала на его свадьбе. Говоришь, про нас с сэром Робертом рассказывают жуткие подробности? А эти сплетники хоть знают, в каких условиях я живу? Моя спальня охраняется снаружи, а внутри вместе со мной всегда спит фрейлина. Кто видел мужчину в моей постели? Если кому-то желательно выставлять свою королеву дурой, пусть упражняются. Но только я не дура, которой околдовали мозги. Если бы я захотела завести любовника, кто посмел бы мне это запретить? Ни ты, Кэт, ни Тайный совет, ни парламент. Скажи-ка, почему мне, королеве Англии, должно быть отказано в том, что каждая крестьянская девчонка получает по первому требованию?

Елизавета выкрикивала слова в свое оправдание. Она не помнила себя от гнева. Трясущаяся Кэт Эшли уперлась спиной в деревянную стенную панель. Бывшую гувернантку королевы била дрожь.

– Елизавета, принцесса моя, ваше величество, – шептала она. – Я всего лишь хочу, чтобы вы были осторожны.

Елизавета вернулась к зеркалу, взгромоздилась на стул, впихнула в руки бледной Летиции Ноллис щетку для волос и заявила:

– Даже не подумаю осторожничать.

Сесил оказался прав лишь наполовину. Тайных коридоров в этой части дворца не было, а вот потайная дверца в стене королевской спальни имелась. Да и зачем нужен коридор, если, миновав узкий тамбур, можно было попасть в соседние покои, занимаемые сэром Робертом Дадли?

Тот уже ждал ее. В камине уютно потрескивал огонь. Перед ним стояли два стула и столик, куда Тамворт – лакей Роберта – предусмотрительно поставил вино и блюдо с маленькими пирожными. Сам он удалился за дверь и превратился в бдительного стражника.

Елизавета пришла в ночной рубашке. Роберт обнял ее и принялся целовать ей волосы.

– Я уже думала, что сойду с ума от ожидания, – прошептала она. – Сегодня была очередь Летиции спать в моей постели. До чего же болтливая девица. Она никак не могла заснуть. Я еле дождалась.

В мозгу Роберта сразу же возникла соблазнительная картина: две женщины в одной постели расчесывают друг другу рыжие волосы. Он представил их белые рубашки, расстегнутые на шее. Одна из этих дам была перед ним, и он погасил видение.

– Я боялся, что ты не придешь.

– Я всегда буду навещать тебя. Мне наплевать, кто что говорит.

– Что же о нас болтают?

– Какие-то злобные небылицы. – Елизавета поморщилась и тряхнула головой. – Даже повторять не хочется. Там столько яда.

Роберт усадил ее на стул, подал бокал вина и тихо спросил:

– Разве тебе не хочется, чтобы мы повсюду были вместе и не стеснялись этого? Я мечтаю рассказать всем, насколько обожаю тебя, хочу защищать свою королеву, желаю, чтобы ты была моей.

– Как такое возможно?

– Вполне. Если мы с тобой поженимся, – тихо ответил он.

– Но ведь ты женат, – прошептала Елизавета.

Эти слова она произнесла настолько тихо, что их не слышал даже борзой щенок, преданно облизывавший ей ноги. Но Роберт их понял, догадался по движению ее губ.