Его жена и любовница - Люси Монро

Интуиция подсказывала Лукасу: что-то здесь не так. Он хотел уже продолжить расспросы, но его внимание отвлек шум за дверью. Вернулась миссис Дрейк.

Вбежав в библиотеку, она сразу же бросилась к мужу.

– Это правда? Она пропала? Всю дорогу я боялась, что не найду ее здесь.

Лукас не дал Дрейку возможности ответить.

– Почему?

Тея повернулась к зятю:

– Я не боялась, что она сбежит, если вы об этом подумали. – Не обратив внимания на гневный тон свояченицы, Лукас ждал продолжения. – Я получила записку, в которой говорилось, что мне нужно срочно приехать домой, так как мой сын заболел. Но, приехав домой, я обнаружила, что он мирно спит в детской, и никто из слуг не знает, кто послал записку.

Лукас посмотрел на Тимоти:

– Ты сказал, что принес письмо миссис Дрейк?

– Да, милорд.

– Как его доставили?

– Его принес мальчишка.

– Какой мальчишка? – с напускным спокойствием спросил Лукас.

Леди Престон тоже нанимала уличных мальчишек, чтобы передавать свои ужасные письма Айрис.

– Обычный мальчишка, милорд. Из тех, что выполняют за деньги всякие мелкие поручения.

– Тебе не кажется странным, что письмо доставил не лакей миссис Дрейк? – Лукас повернулся к Tee, прежде чем слуга успел ответить. – А вы как считаете? Разве вам не кажется странным, что ваш собственный лакей не приехал за вами, раз уж возникла необходимость вернуться домой?

В глазах Теи появилось выражение раскаяния.

– Мне стоило обратить на это внимание, но сообщение о том, что мой ребенок заболел, выбило меня из колеи. Я не заметила ничего странного до тех пор, пока не приехала домой, где все было спокойно, а малыш мирно спал в своей кроватке.

Обняв жену, Дрейк гневно взглянул на Лукаса.

– Все в порядке, любовь моя. Ты не виновата в том, что случилось.

Лукас стиснул зубы и не стал спорить. Это он не защитил свою жену, и теперь она заплатит за его небрежность.

Тимоти не ответил на заданный вопрос, и Лукас вновь обратил на него свое внимание.

– Итак?

– Мне не пришло в голову задуматься об этом, милорд. – Его тон говорил о том, что, по его мнению, господа не всегда мыслят разумно.

Лукасу ужасно хотелось придушить его.

– Это очевидно.

– Ее сиятельство вела себя довольно странно, когда послала меня на поиски служанки. Мне показалось, что она хочет остаться одна. Да простит меня ваше сиятельство за подобные слова. – Тимоти вежливо откашлялся. У него были все задатки первоклассного дворецкого. – Я подумал, что, возможно, ей необходимо остаться одной для каких-то дел личного характера.

– Ты хочешь сказать, что веришь, будто бы моя жена покинула дом по собственной воле? – угрожающе спокойно спросил Лукас.

Тимоти почтительно склонил голову:

– Не мне судить об этом, милорд. И все же мне кажется, что если бы в дом проникли бандиты и попытались забрать ее с собой, остальные слуги услышали бы шум.

– Так. Значит, тебе больше нечего сказать? – спросил Лукас.

– Нет, милорд. Когда мы вернулись в библиотеку, ее сиятельства и след простыл. Не было даже шали.

Лукас кивнул, а затем повернулся к дворецкому:

– Уже поздно. Пусть слуги ложатся спать. Сегодня мы уже не найдем мою жену. Разве что она вернется сама.

Пэнси громко запричитала:

– Миледи не уехала бы просто так! Ни за что! – Лукас посмотрел на девушку:

– Достаточно, Пэнси. Пойди в спальню ее сиятельства и посмотри, не пропало ли что-нибудь.

Кивнув, Пэнси вышла из библиотеки, слишком расстроенная, чтобы что-то добавить.

Тея хотела что-то сказать, но Дрейк остановил ее. Рейвенсвуд, похожий на каменное изваяние, молча стоял возле камина и внимательно смотрел на Тимоти. Лукас отпустил младшего лакея и дворецкого. Убедившись, что они удалились на кухню, он запер дверь библиотеки и посмотрел на собравшихся.

– Но вы ведь не верите, что Айрис сбежала? – спросила Тея.

– Нет, – нахмурился Лукас.

– Тогда зачем вы послали Пэнси в ее спальню? Почему перестали расспрашивать лакея?

– Каковы ваши наблюдения? – обратился Лукас к Рейвенсвуду, прежде чем ответить на вопросы Теи.

Великан пожал плечами:

– Хоть я и большой, но могу быть незаметным, когда нужно.

После того, что случилось в парке, Лукас в этом не сомневался.

– Идите за конюшни и понаблюдайте за ним. Я вскоре присоединюсь к вам.

Рейвенсвуд коротко кивнул в знак согласия и вышел из библиотеки. Лукас не услышал, как открылась, а потом захлопнулась входная дверь, впрочем, именно этого он и ожидал. Его шурин знал, что делал.

– Я не понимаю, что происходит, – подала голос Тея. Лукас посмотрел на свояченицу. Он знал, что она боится за Айрис не меньше его.

– Нам пришлось снова вспомнить о запертой двери на крышу.

– Что? – Тея в недоумении посмотрела на графа.

– Сначала я думал, что это сделал ваш отец.

– Но если это сделал не он, то подозрение падало на одного из слуг, – продолжил Дрейк.

– Верно. А потом пришло последнее письмо шантажиста. Никто не помнил, кто его доставил. И тогда мне на ум пришло самое простое объяснение. Очевидно, кто-то из слуг работает на леди Престон.

– Если все так просто, то почему вы не догадались об этом раньше? – резко спросила Тея, и Лукас вновь ощутил свою вину.

– Я, черт возьми, должен был это сделать, но я допустил тактическую ошибку, полагая, что опасность грозит извне, а не изнутри.

– Вы думаете, что Тимоти виновен в случившемся? – спросила Тея.

– Он последним видел мою жену. Он сказал, что она послала его на поиски Пэнси, а потом исчезла. Но мы-то считаем, что Айрис не могла уехать по собственной воле. Вывод напрашивается сам собой: Тимоти лжет.

Беспокойство исказило черты Теи.

– Тогда почему вы позволили ему уйти? Почему не заставили сказать, где Айрис?

На этот раз Дрейк ответил обезумевшей от горя жене:

– Мы не уверены, что он знает, где она. Думаю, Лукас хочет проследить за ним, когда он покинет дом и встретится со своим нанимателем.

– А что, если он не выйдет из дома? – Тея была близка к истерике.

– Выйдет. – Лукас не сомневался в этом.

Он совершил несколько ошибок, и ему оставалось лишь молить Бога, чтобы эти ошибки не стоили его жене жизни. Но он доверял своей интуиции, а она подсказывала ему, что очень скоро Тимоти выберется из дома, чтобы встретиться со своим хозяином.