Его жена и любовница - Люси Монро

– И Ярдли, – добавил Дрейк.

– При чем здесь Ярдли? – Айрис сжала кулаки и сердито посмотрела на мужа. – Это ведь мне угрожали, а я по-прежнему не знаю всего. Объяснитесь, милорд, и впредь, сделайте милость, посвящайте меня во все детали, связанные с этим делом.

Командирский тон Айрис и ее желание поставить его на место пробудили в душе Лукаса протест.

– Я без умысла держал вас в неведении, мадам. Если вы помните, я вернулся домой сегодня после обеда и застал вас в расстроенных чувствах с письмами в руках. А потом известие о спешном отъезде ваших родителей заставило нас немедленно отправиться к ним.

Однако объяснения Лукаса не остудили пыла Айрис. Она упрямо вздернула подбородок, подбоченилась и даже нетерпеливо затопала ножкой по ковру.

– Но с момента нашего возвращения домой прошло несколько часов, милорд. Так что вы вполне могли сказать мне, что именно узнали в процессе своего расследования.

Категоричное заявление Айрис на какое-то мгновение лишило Лукаса дара речи, но он быстро пришел в себя.

– Вот как? – угрожающе прищурившись, спросил он. – И когда же именно ты хотела услышать от меня последние новости? Может быть, мне стоило рассказать о них в тот момент, когда ты стонала от наслаждения, или чуть позже, когда ты уснула, выбившись из сил?

Мгновенно залившись краской, Айрис в ужасе прошипела:

– Лукас! Как ты можешь говорить подобные вещи в присутствии моей семьи?!

– Извини. Я думал, ты ждешь конкретного объяснения, почему я не рассказал тебе последние новости, и я попытался дать тебе честный ответ.

Айрис в ужасе смотрела на мужа. Рейвенсвуд рассмеялся, а Дрейк улыбнулся. Только предостерегающий взгляд жены не позволил ему откровенно предаться веселью при виде замешательства Айрис.

Лукас вздохнул. Он не собирался произносить столь дерзкие речи публично. И все же вкратце рассказал и о записях Ярдли, обнаруженных им в книге клуба «Уайт», и последовавшей за этим беседе со старым сплетником Оулпеном.

– Ты вызвал лорда Оулпена на дуэль? – в ужасе спросила Айрис: – Как ты мог совершить столь неблагоразумный поступок?

– Я не вызывал его на дуэль. Я просто дал ему понять, что непременно сделаю это, если он не окажет нам содействие. – Лукас не собирался отступать от своего плана устрашения сплетников.

– Сработано на славу, – заметил Рейвенсвуд. – Твой муж снискал репутацию дуэлянта, когда был еще совсем мальчишкой. Думаю, его угроза расправиться с любителями позлословить еще долго будет защищать тебя от болтунов.

– Ты грозился вызвать на дуэль всякого, кто осмелится судачить обо мне? – с ужасом спросила Айрис, глядя на мужа.

Казалось, она вот-вот упадет в обморок.

– Но это весьма эффективный способ пресечь нежелательные разговоры, – попытался успокоить жену Лукас.

– Ты готов рисковать жизнью, чтобы пресечь сплетни? – Айрис смотрела на мужа так, словно видела его впервые.

– Но это сработало в случае с моей матерью, а она вела себя куда более вызывающе, чем ты, любовь моя. Надеюсь, ты доверяешь моей компетентности в такого рода вопросах.

– Значит, ты решил, что в браке со мной будешь решать проблемы так же, как в то время, когда жил с матерью, не имеющей представления о приличиях? – еле слышно спросила Айрис.

Лукас пожал плечами:

– Когда-то мой способ решения проблем оказался весьма эффективен. Так почему не прибегнуть к нему снова?

– А что, если ты погибнешь в одной из таких дуэлей?

– Я очень сомневаюсь, что дуэли вообще состоятся. Моя репутация успешного дуэлянта известна многим.

– И сколько же раз ты дрался на дуэли из-за своей матери? – Айрис окончательно перешла на шепот.

Лукас не хотел лгать, хотя понимал, что его ответ вряд ли обрадует Айрис.

– Три.

Рейвенсвуд подошел к сестре и ласково похлопал ее по плечу.

– Если тебе станет от этого легче, я скажу, что тоже не терял времени даром. Теперь в обществе знают, что и я не потерплю, чтобы кто-то попытался запятнать твою репутацию.

Лицо Айрис стало мертвенно-бледным, когда она перевела взгляд с мужа на брата.

– Вы оба собираетесь рисковать жизнью ради моей репутации? Вы лгали мне. Вы оба лгали, когда говорили, что все это не важно. – В глазах Айрис, обращенных на мужа, застыла боль. – Ты сказал: тебе безразлично, что говорят злые языки. Ты говорил, что теперь, когда я стала леди Эштон, обстоятельства моего рождения не так уж и существенны.

– Так и есть. – Как смеет она обвинять его во лжи? Он никогда не лгал Айрис, даже когда правда могла ее расстроить.

– Тогда почему ты дал всем понять, что каждый, кто осмелится дурно отзываться обо мне, будет держать ответ под дулом пистолета? – В голосе Айрис слышалось осуждение. Казалось, действия Лукаса расстроили ее больше, чем письма шантажиста.

Проклятие! Айрис ничего не поняла, но он не станет обсуждать это в присутствии членов ее семьи.

– Мы поговорим об этом позже.

Айрис прикрыла глаза и сидела так некоторое время, прежде чем согласно кивнуть:

– Да. Конечно. Сейчас важнее обсудить, как поступить с леди Престон.

– Не она ли сказала тебе о том, что мисс де Брие является любовницей Лукаса? – спросила Тея, чтобы переменить тему разговора.

Айрис в задумчивости закусила губу.

– Вообще-то она сказала об этом моей матери. Но я уверена: мать видела, как я подошла к ней. Думаю, это была ее первая попытка расстроить нашу с Лукасом свадьбу. А потом это пари лорда Ярдли… Не понимаю. Это так низко. В прошлом году отец ответил отказом на его предложение, но мне показалось, что Ярдли не очень тогда расстроился.

– Возможно, он просто умело скрыл свои истинные чувства, – предположила миссис Дрейк.

Айрис пожала плечами и посмотрела на Лукаса. При этом в ее задумчивых карих глазах промелькнуло выражение, не совсем понятное Лукасу.

– Но сейчас меня больше занимает леди Престон.

Нет, Айрис не могла ревновать. Он никогда не имел никаких отношений с леди Престон. Но теперь все присутствующие смотрели на него с некоторым подозрением.

– Не стоит гадать, была ли эта женщина моей любовницей. Я не перекинулся с ней и парой фраз. Не понимаю, почему она вознамерилась расстроить нашу с Айрис свадьбу, и выяснить это можно только у нее. – Лукас повернулся, чтобы уйти. – Рейвенсвуд, вы со мной?

– Лукас? – неуверенно позвала Айрис.

Лукас обернулся, и его гнев улетучился при виде беспокойства и откровенного страха в глубине ее любящих глаз.

Он быстро пересек отделяющее их друг от друга расстояние и обнял Айрис.