Реквием по любви - Людмила Сладкова

Очертания лица Похомова Соня уже не видела из-за стоявших в глазах слез. Хотела вскочить на ноги, но они стали ватными. Не слушались.

— Я всегда знал, что ты умнее, чем кажешься, Соня. Но, твой отец не убийца. Макар сам своих подставных вольнул. Только вывернул все так, что ни у кого сомнений не возникло. Все на Петра Петровича указывает. Не переживай, мы не оставим его без поддержки.

Алмазова дерзко вытерла стекающую по щекам влагу, возвращая себе капельку самообладания.

— У Заруцкого есть улики, подтверждающие, что это сделал папа. С ними он заявился к нам в дом, но все равно, получил жесткий отказ. Взбесился. Решил действовать через меня. Это понятно. Только какой смысл в нашей свадьбе?

Борзый опустился на корточки рядом с девушкой:

— Если ты выйдешь за него, он сможет вечно манипулировать твоим отцом. А улику готов уничтожить, чтобы двух зайцев одновременно убить. Тебя заполучить в личное пользование, и Петра на свободе оставить. При должности. И тогда у него руки будут развязаны окончательно. А этого допустить нельзя.

— И что же мне теперь делать? Как же ему помочь?

— Так быстро смирилась с мыслью, что Алмазов не столь идеален?

— Он по-прежнему остается моим отцом. И я его люблю!

Борзый хищно оскалился:

— Другого ответа я и не ожидал.

* * *

«Подожди! Я за тобой иду следом» — надрывался молоденький исполнитель, на одном из музыкальных каналов кабельного телевидения. Лизе, по сути, было все равно, под какую именно мелодию танцевать. Главное, не бросать хотя бы домашние тренировки. Иначе, когда вернется Ирина Павловна, им с Андреем точно не поздоровится. Да и времени свободного было навалом. Время…Лизавета остановилась перевести дыхание, и задумалась. Время быстротечно, и это не просто слова. Вроде, только вчера она переступила порог этой квартиры, а уже прошло больше трех недель. Почти месяц под одной крышей. Почти месяц в одной с ним постели. Последние воспоминания клеймили душу, порабощали, привязывали к Дмитрию толстенным металлическим канатом. Она чувствовала себя живой. Счастливой. Желанной. Девушка все утро пыталась отогнать от себя эти мысли. Когда заправляла постель. Когда умывалась. Когда завтракала. Когда разговаривала по конференцсвязи с Соней и Андреем. Она постоянно думала о нем, черт возьми! Сдалась. Проиграла. Даже сейчас, отвлекаясь на танцы, выкладываясь на полную силу, работая на пределе возможностей, ничего поделать с собой не могла. Дмитрий все равно, перед глазами стоял. Она видела его большие сильные руки на своих бедрах. Огромные черные глаза, будоражащие кровь своим проникновенным взглядом. Мускулистое тело, смуглую кожу, спускающуюся вниз от пупка дорожку волосков. Невероятно мужественно. Чертовски сексуально.

— Господи, я с ума схожу! — Лиза недовольно сдула с лица непослушную выбившуюся из хвоста прядь.

В действительности, она очень сильно скучала по Похомову. Его практически не бывало дома из-за больших объемов работы. Приходил поздно вечером. Каждый раз. Если бы не друзья, которых, не смотря на изоляцию, видеть реже не стала, давно бы уже волком завыла. Настойчивое дребезжание телефона привлекло ее внимание.

— Алло?

— Проснулась? — Раздался в трубке соблазнительно хриповатый голос Похомова.

— Давно, — Ласково промурлыкала в ответ, копируя его манеру растягивать некоторые слова.

— Занята?

— Да.

— Чем?

— Танцевала. Как ты?

— Сложные переговоры. Очень тяжелые и не сговорчивые партнеры. На второй минуте общения возникло желание раскроить всем им череп, и до сих пор не отпускает. Отвлеки меня, мышонок, пока я не воплотил в жизнь задуманное.

— Как?

— Поговори со мной.

— Мне очень не хватает тебя, — Выдохнула девушка, — Все бы отдала, чтобы ты оказался сейчас рядом.

— Не ты одна!

В голосе вновь появились властные нотки, от которых ее в дрожь бросало.

— Приедешь? — Сердце радостно забилось в груди, наполняя тело жаркой истомой.

Раздался его раздосадованный стон:

— Не могу. Через час еще одна встреча. Даже добраться до тебя не успею.

— Может тогда…Я могла бы приехать сама.

— Исключено.

— Почему? Мне не помешало бы развеяться.

— Я сказал — нет! Это не обсуждается.

— Видимо, ты сам не знаешь, чего хочешь! — Вспылила девушка.

— Лиза?

— Я не могу вечно сидеть дома. Чувствую себя домашним питомцем. Собачкой.

— Лиза! — С нажимом. Жестко.

— Нет. Даже не собачкой. Собак ведь выгуливают периодически. С*чкой. Вот! Именно с*чкой я себя и ощущаю.

В телефоне повисло тягостное молчание. По неровному дыханию не трудно было догадаться, что он сейчас напряженно курит. Лиза не понимала, что вдруг на нее нашло. Словно пружина невидимая в ее душе взорвалась, вверх рванула, наружу эмоции выталкивая.

— Успокоилась?

Как всегда, невозмутим. Непрошибаем. Самообладание, достойное зависти. Лиза вздохнула полной грудью.

— Да. Извини.

— Мне это нравится.

— Что именно?

— Когда ты зубки свои скалишь. Кроха…Просто не представляешь, что я чувствую в эти моменты. Так и хочется пригвоздить тебя к кровати, и устроить хорошую порку.

Лиза вспыхнула, как свеча. Лицо запылало от смущения, когда уловила всю двусмысленность последней фразы.

— Я…У меня будет для тебя сюрприз. В твоих же интересах вернуться поскорее.

— Мышонок, ей Богу, я плохо на тебя влияю. Вот уже и правила шантажа освоила.

— С кем поведешься!

— Со мной, Лиза. Только со мной.

От неожиданного звонка в дверь девушка дернулась. Кто это мог быть? Друзья всегда заранее предупреждали о визите.

— Дима, тут…

— Слышу. Предельно осторожно, помнишь? Не сбрасывай вызов.

Очень тихо, почти на цыпочках, она подошла к входной двери и взглянула в глазок.

— Это Вика, — прошептала с облегчением, торопливо проворачивая ключ в замке. — Я позже перезвоню.

— Привет, — улыбнулась Соколовская, акцентируя внимание на аппетитном торте, который сейчас держала на уровне груди. — Кто-то скучает в гордом одиночестве, а кто-то спешит составить ему компанию! Впустишь?

— Дай-ка подумать, — Карпова для вида нахмурила брови. Не прошло и пары секунд, как рассмеялась. — Проходи, конечно! Что за глупости?

* * *

Стрелка часов уже перевалила за полдень, а девушки все беззаботно болтали, даже не выходя за пределы кухни. Разделались почти с половиной десерта. Выпили не одну чашку чая. Лизавете было очень легко и свободно с Соколовской. Они расспрашивали друг друга о сокровенных вещах, и не менее откровенно отвечали. Но все же, в воздухе витала какая-то недосказанность. Не покидало ощущение, что Вика не просто посплетничать заскочила.