Жестокая свадьба - Тала Тоцка

Надо срочно что-то делать, она хорошо знала способности бывшего мужа — у нее не так много времени, каких-то несколько минут. Так что срочно надо как-то… столкнуть его, что ли.

— Дан, — снова попыталась вразумить нависающего над собой мужчину, так и не поднимая головы, — это ничего не меняет. Это просто случайность.

— Ну и хер с ней, пусть будет случайность.

— Ты научился материться? Кстати, тебе идет…

Боже, что она несет! Даниял тем временем явно укреплялся в своей позиции, и Дана понимала, что счет уже идет на секунды.

Как же у них все просто, у мужчин! Почему у нее не получается не загоняться? Вон в голове уже все перемешалось. Она собиралась вести себя с ним подчеркнуто вежливо, свести общение только к тому, что касается детей, да и насчет детей проявить небывалую твердость… Но из них двоих, по итогу, весь последний час твердость проявлял исключительно Даниял.

Он тем временем подхватил Данку под бедра, словно перышко, и пересел в кресло, продолжая крепко вжимать ее в себя. Или себя в нее. Теперь мысли хаотично толкались, сбивались и путались, но Дана героически упиралась ладонями в грудь бывшего мужа. На большее уже элементарно не хватало выдержки.

Он взял ее за подбородок, притянул ближе и заставил посмотреть прямо в глаза. Данка ожидала увидеть там что угодно — торжество, превосходство, триумф победителя. Но увидела лишь страх ожидания. И желание. А еще нежность — такую, что у самой в груди защемило.

— Дана, я люблю тебя. Люблю. И обещаю, мы выйдем отсюда такими же, какими вошли, если ты захочешь, ничего не изменится. Но сейчас позволь мне, позволь… моя красивая девочка, моя любимая… Разреши мне любить тебя еще немного…

— Но Дан! — она уже тоже покачивалась с ним в одном ритме, хоть и пыталась возражать. Скорее всего, по инерции. — Нас ждут, мы изомнем и вымажем твои брюки…

— До встречи еще полчаса. Здесь есть душ, у меня есть запасные брюки. А твое платье мы не успели измять… Даночка, дай мне еще немного побыть с тобой…

«Ну, хоть не в тебе…» Она была благодарна Даниялу за его тактичность, а платье да, оно уже давно валяется рядом на полу, есть надежда, что даже не сильно мятое…

Даниял снова целовал ее, и больше не хотелось ни говорить, ни упираться. В конце концов, она честно попыталась его отговорить, но так вышло, что ее позиция в этих переговорах изначально была не на высоте. Данка закрыла глаза, обвила загорелую шею и снова позволила безудержному потоку увлечь себя в водоворот забытых чувственных волн.

Как там Денис сказал на нее, бревно? Резиновая кукла? Так с ним она и была такой — холодной и бесчувственной. Потому что любовь — это только для любимых. Главное, что для Данияла она по-прежнему осталась куколкой…

* * *

Дан отправил ее в душ, сам пошел после Данки. Платье, к счастью, приземлилось на пол довольно удачно и сохранило приличный вид. Баграев надел новый костюм, и глядя на этого безукоризненно выглядевшего мужчину, Дана поверить не могла, что еще какие-то десять минут назад они с ним…

Она чувствовала себя жутко неловко, пока Даниял не поймал ее за локоть у выхода и не развернул к себе.

— Дана, мы же договорились. Мы сейчас выходим из этого кабинета и возвращаемся в ту же точку, из которой вошли.

— Нет, Дан, — покачала она головой, — это неправильно делать вид, будто ничего не произошло. Давай ничего сейчас не будем подписывать, мне не нужны твои деньги, ничего не нужно. Но я бы не хотела, чтобы ты решил, будто мы с тобой теперь пара. Это не так.

— Дана, наши договоренности остаются в силе. Мы подписываем соглашение, и все переходит к тебе, как было оговорено. Для меня мы не пара, мы семья, ты моя жена. Но я готов ждать, пока ты будешь к этому готова. Единственное, я хотел бы попросить тебя ускорить мою встречу с детьми, я хочу, чтобы они знали, кто их отец. Но и здесь я тоже подчинюсь любому твоему решению. А вот если, — он качнулся вперед, коснулся губами виска и сказал совсем другим тоном — если ты надумаешь повторить… Ничего не говори, просто предложи мне сменить рубашку. Я пойму.

В зал для переговоров вошли по отдельности и, вообще, всячески соблюдали дистанцию. За столом Даниял сел напротив и уставился на Данку взглядом, под которым ей сразу стало жарко. Щеки горели, Данка рискнула поднять глаза на Аверина и увидела, как под изогнутой дугой бровью мелькнуло что-то среднее между смешком и облегчением.

Зато сегодня по ее ногам уже никто не топтался.