Друзья с привилегиями - Кристина Мульер

Закусываю губу, чувствуя вину перед Уолкером, потому что в прошлый раз я нагло бросила его, когда мой полушведский принц прискакал на одном из белых коней из флота Скандинавских авиалиний. Но что я могу поделать, если между двумя Вильямами всегда выбираю Раска?

Я: Доброе. Не нужно никуда звонить. Я буду, обещаю.

Отбрасываю телефон на кровать и иду в ванную. Неторопливо принимаю душ, всё ещё находясь в размышлениях, думая о том, что же случилось с моим ненаглядным (который так и не вышел на связь, кстати) вчера вечером, когда он так внезапно написал мне, что мы должны расстаться.

Нет, ну, серьёзно? Через сообщение?!

Вообще-то, его вещи до сих пор тут. И потом… всё это как-то странно. Само собой, вчера я знатно попсиховала, но буквально первые минут пять. По привычке. Не похоже это на Раска, чувствую, что-то здесь нечисто…

Знаю, что вы думаете. «Фрея, кому ты тут лапшу на уши вешаешь? Ты до сих пор на нервах из-за этого придурка, именно поэтому идёшь на свидание с другим». Нет. Я иду на свидание с Уолкером, чтобы поставить в наших отношениях точку. И не буду делать этого через сообщение, как кое-кто другой. И, кстати, Раск тут совершенно не причём.

Наматываю полотенце на голову, натянув на себя короткую майку и шорты, и выхожу из ванной. Раскрываю шторы, и в комнату сразу же просачиваются лучи яркого сентябрьского солнца.

Боже, неужели в Лондоне в кои-то веки наступила ясная солнечная погода? А то я начинаю забывать не только то, как выглядит мужской половой орган, но ещё и как по-настоящему светит грёбанное солнце, появляющееся на лондонском небе слишком-слишком редко.

Нашу встречу с Уолкером нельзя назвать свиданием. Ладно, я уже несколько раз назвала её свиданием сама, но это скорее дружеская встреча, нежели романтическая. Мы даже не идём с ним на ужин, мы идём на завтрак. А завтраки вообще бывают интимными? Вот и я думаю, что нет.

Делаю укладку, наношу лёгкий макияж, чтобы выглядеть свежо (ну, или хотя бы попытаться выглядеть свежо). Вы всё-таки были правы, ну, так, совсем чуть-чуть, по поводу того, что то самое Расковское сообщение и его внезапная пропажа нехило потрепали мои и так расшатанные нервишки.

Но я почему-то уверена, что он не стал бы так поступать. И дело не во мне, дело в нём. Как-то это всё странно, нелогично… В общем, я решила подождать немного, чтобы не делать поспешных выводов.

Да, я до сих пор не особо верю Вильяму, но я правда хочу. По какой-то причине я очень хочу довериться ему, может, мои чувства обманывают меня, вынуждая поверить ему, а, может быть, дело в нём. Когда я с ним, я чувствую уверенность в его словах, поступках. Иногда мне достаточно посмотреть ему в глаза, чтобы понять, что он говорит правду… И я верю.

Конечно, старые травмы не дают мне пустить всё на самотёк. Поэтому я нахожусь в пограничном состоянии, стараясь избежать ошибок вновь, ведь когда-то я уже позволила эмоциям взять верх над собой, хоть мне тогда и казалось, что я поступаю правильно.

Но я просто боялась. Боялась снова довериться кому-то, боялась, что Вильям сделает мне больно. И сейчас, пусть даже за такой короткий срок, я увидела, что он сделал для меня даже больше, чем мой бывший за три года наших отношений.

Собираюсь выходить, на ходу вглядываясь в телефон, на всякий случай, ведь до сих пор жду хоть какого-нибудь ответа от Раска, но вижу лишь нашу с ним фотографию на экране блокировки. У меня есть целая серия, со времён, когда мы с Альмой и Эриком ходили в бар. Мы напились, и я почему-то очень хотела сделать селфи с Вильямом у барной стойки, а он был сильно недоволен и совершенно не поддерживал мои безумные идеи.

Первое фото – я счастливая и пьяная вдребезги, с широкой улыбкой на лице, а он – полный скептицизма и унылости дед, с осуждающим взглядом и выгнутой бровью.

Второе фото – в моей жизни не особо что-то меняется, я по-прежнему счастлива, а Вильям закатывает глаза настолько сильно, что мне кажется, что он теряет сознание.

Но третье фото в этой серии – моё любимое. Оно и стоит у меня на заставке. Я устаю от того, что Раск осуждает меня за весёлый характер, и ударяю его в бок, но потом случайно встречаюсь с ним взглядом и нежно улыбаюсь, рассматривая его голубые глаза, с первого взгляда захватившие моё сердце.

Вильям опускает руку на мой стул, приблизившись ко мне, и дарит мне расслабленную ответную улыбку. Щёлк! Вильям в ярости пытается забрать у меня телефон, чтобы удалить любые доказательства его слишком редко проявляющейся нежности, а я тут же соскакиваю со стула и бегу на поиски укромного местечка для того, чтобы перекинуть компромат во всевозможные облака и архивы.

Замираю посреди комнаты, невольно всматриваясь в Раска, запечатлённого на фотокарточке, и вижу его взгляд, нежный и даже влюблённый. Засранец. Он уже тогда был по уши в меня влюблён и отчаянно это скрывал. Но это ведь было видно, отчётливо видно, а я в упор не хотела этого замечать, строя заговоры в своей голове о том, что он мне не подходит или что ему нельзя доверять.

И теперь я стою в своей лондонской квартире, с телефоном в руках, с сообщением от Вильяма о том, что нам нужно расстаться и что он, якобы, не приедет в Лондон, и по какой-то причине не верю ни единому слову. Я почему-то верю в него сейчас, когда он даёт мне повод усомниться в его чувствах. Именно сейчас. Как думаете, я, наверное, слишком наивна?

Слышу звонок в дверь, подхожу к выходу и, не спросив, открываю.

– Привет.

У меня возникает ощущение дежавю, ведь я так же, как и почти неделю назад, вижу на пороге своей квартиры Вильяма, только теперь со спортивной сумкой на плече и с широкой улыбкой на лице.

– Привет, – неуверенно отвечаю, и Раск слегка прищуривается, но делает шаг внутрь.

Вильям мягко целует меня в щёку и проходит вглубь комнаты, а я закрываю за ним дверь, пытаясь понять: я сейчас в реальности нахожусь или это очередной мой сон с участием в нём Раска.

– А ты всегда будешь теперь встречать меня при параде? – Вильям кидает сумку на кровать, окинув меня голодным взглядом, а я, всё ещё находясь в состоянии прострации, разворачиваюсь к нему лицом, неловко засунув ладони в карманы куртки. – Какие интересные у тебя сапожки, – Раск опускает взгляд вниз по моему телу. – Такие высокие. Сексуально, – он довольно улыбается, а я нахмуриваюсь.

– У тебя есть восхитительная суперспособность появляться ровно в тот момент, когда я собираюсь на свидание с Уолкером, – склоняю голову набок.

– В смысле? – Вильям дёргает уголком рта и тут же делает шаг ко мне навстречу. – Я не понял.

– Что ты не понял? Ты же сам написал, что нам нужно расстаться, – легко улыбаюсь, наблюдая за тем, как моё состояние прострации словно по воздуху передаётся Вильяму.

– Когда? – Раск достаёт телефон из кармана джинс и пялится на тёмный экран. – У меня телефон разряжен со вчерашнего вечера. А зарядку я дома забыл. Решил вот приехать, сделать тебе сюрприз, а ты… Я только успел тебе написать одно сообщение, где благодарил тебя за то, что ты меня поддержала, – Вильям кидает телефон на сумку, и я прослеживаю за ним взглядом. – А ты не ответила ничего.