Когда замуж, Инка? - Лиззи Дамилула Блэкберн

Терри машет рукой.

– Ничего страшного. Примите мои поздравления. Очень важно делать то, что приносит тебе счастье.

Я опять смотрю на тетю Блессинг. Вот кто выглядит олицетворением счастья!

– Так, а теперь позволь познакомить тебя с еще одной моей племянницей. – Тетя Дебби берет Терри под руку. – Вон она! – Тетя Блессинг обнимает меня. – Увидимся позже, моя дорогая.

Я смотрю, как они лавируют по залу, среди столиков с белыми скатертями, золотыми подсвечниками и цветами из шелка.

Первое, что я думаю: Неужели они познакомились на сайте? Следующая мысль: Я ужасно за нее счастлива! Она – живое доказательство, что любовь можно найти в любом возрасте.

Широко улыбаясь, я иду к буфету. Меня манит кокосовый пудинг «ваталаппан» – пальчики оближешь! По пути я вижу Олу, закинувшую в танце руки на шею Джону. Мы встречаемся глазами, она мне машет, Джон тоже. Чудесно наблюдать их взаимную нежность.

Я тянусь за десертной тарелкой – и в этот момент кто-то трогает меня за плечо. Я оглядываюсь. Феми!

– Здорово тебя увидеть, Инка! – Я удостаиваюсь крепких объятий и широкой улыбки. Совсем забыла, что он будет на свадьбе! Сейчас, видя его перед собой, я жду знакомого ощущения, смеси волнения и тревоги. Но ничего похожего не чувствую. Это значит, надо полагать, что мне уже все равно.

– Привет, Феми. Я тоже рада. Где Латойя? – Я озираюсь.

Феми уже не сияет, больше всего его сейчас занимает пол.

– Мы расстались, – мрачно сообщает он.

– Вот оно что! Очень жаль! – Мне совестно, что я задала неуместный вопрос. Мне, конечно, немного радостно, но преобладает огорчение.

– Оказалось, что мы поторопились. – Феми пожимает плечами, но видно, что ему очень обидно. – Она не перестала любить своего бывшего, так что… – Ему удается оторвать взгляд от пола – но ненадолго.

– Я очень тебе сочувствую, Феми, правда.

– Не надо. – Он проводит ладонью по голове, и я поздравляю себя с тем, что не таращусь на его бицепсы. – Вообще-то мне стоило бы попросить у тебя прощения. – Он тяжело вздыхает. – Прости меня, Инка, за то, что у нас с тобой не вышло… Иногда я думаю, что разрыв с тобой был величайшей ошибкой моей жизни.

Я смотрю на него, не веря своим ушам. Мир вокруг перестает существовать. Постепенно я понимаю, чего жду. Я жду какого-то чувства: мстительного злорадства, тоски. Чего угодно. Но нет ровным счетом ничего, не считая понимания, что я успешно оставила его в прошлом.

До Феми доходит то же самое. Он смущенно переминается с ноги на ногу в своих сверкающих штиблетах. Наконец откашливается и говорит:

– Между прочим, ты очень красивая.

– Спасибо. – Я чешу себе локоть. Поразительно, но этот комплимент тоже ничего для меня не значит. Несколько месяцев назад мое сердечко так от него затрепетало бы, так затрепетало!..

– Ты здесь с кавалером? – Феми смотрит куда-то вбок, и в тот момент, когда я собираюсь ответить отрицательно, появляется Донован.

Погодите-ка: Донован?

– Все никак на тебя не налюбуюсь! – говорит он и сгребает меня в охапку. Я тем временем ломаю голову, откуда он здесь взялся.

– Прошу прощения. Донован. – Он протягивает руку Феми. У того ужасно забавное выражение лица.

– Что ж, был рад повидаться. – Кивнув мне, Феми неуклюже машет рукой Доновану и торопится прочь, как будто ему срочно понадобилось справить малую нужду.

– Дай догадаюсь: твой бывший? – Донован смешно наклоняет голову. Я так привыкла видеть его в левацкой толстовке с капюшоном, что сейчас поражена, до чего привлекательный у него вид в строгом костюме.

– Он самый. – Я мысленно отдаю должное его аккуратной бородке. – Ты-то здесь какими судьбами?

– То есть как?.. – Он пятится, как будто его ранил мой вопрос. – Нана сказала, что ты хотела меня пригласить, но смущалась.

– Она за это поплатится! – Я поворачиваю голову – и нисколько не удивляюсь, увидев наблюдающую за нами Нану. Она показывает мне два поднятых больших пальца. Вот хитрюга!

Не вечер, а какое-то гала-представление! Рядом с нами как по волшебству вырастают моя мамочка и тетя Дебби. Тете я теперь благоволю: когда я не поймала букет Рейчел, она прикусила язык.

– Здравствуйте, тетушки, – говорит им Донован, прежде чем я успеваю его представить. Судя по виду обеих, они уже знают, как его зовут. Как так?

– В прошлое воскресенье Донован был в нашей церкви Всеобщего Радушия, – объясняет Дебби, правильно истолковывая мое недоуменное выражение.

– Мы запомнили его по показу коллекции Наны, – дополняет мама, – и решили с ним познакомиться.

– Вот оно что… – Эти их лукавые гримасы хорошо мне знакомы. Минуточку, чего ради Донован заявился в церковь Всеобщего Радушия?

– Ну а сейчас просто подошли поздороваться, – заключает мама, поправляет свою чалму и отчаливает.

Я моргаю. Ну и чудеса! Рядом со мной красавец мужчина (объективности ради надо это признать), а она даже не усматривает в нем моего потенциального хуз-банда?

Я недоуменно провожаю их взглядом.

– С каких пор ты стал прихожанином Всеобщего Радушия? – спрашиваю я Донована, придя в себя.

Он усмехается и закатывает глаза.

– Одно воскресенье не в счет. Я понял, что это не для меня.

– Почему? – спрашиваю я. – Не почему это не для тебя, а почему ты вообще там оказался?

Ответ следует не сразу.

– Думаю, желание заглянуть туда возникло у меня после нашего разговора о вере. Захотелось, так сказать, наведаться в свое прошлое. Сейчас я не назову себя верующим христианином, но определенно я… заинтригован. Ты слыхала о курсе «Альфа»?[34] Я начну его посещать через две недели.

– У меня нет слов…

От улыбки Донована у меня в животе начинается сладостный трепет.

– Между прочим, у нас есть повод для праздника. Я узнал про твою новую работу. Ты свободна в следующую субботу?

Мои губы улыбаются сами по себе.

– Только учти, никакого шика. – Моя улыбка становится еще шире. – Просто «Чикен Коттедж» или что-то еще в этом роде.

– Так прямо «Чикен Коттедж»…

– А как насчет «Нандо»?

Опять эти ямочки у него на щеках!

– Донован, ты в курсе, что приглашаешь меня на свидание? Я думала, ты боишься предлагать такое женщинам.

Донован чешет в затылке.

– Вообще-то да. Но ты – исключение. – И, не в силах дольше сохранять серьезность, он переспрашивает: – Так ты свободна в следующую субботу?

– Да. – Я улыбаюсь настолько широко, насколько позволяет мускулатура щек. И, изображая пресыщенность, добавляю: – Если надо.

Диджей ставит известную всем композицию Candy группы «Камео». Гости дружно торопятся на танцпол, где