Библиотека всего на свете - Хелен Рольф

– Надо было добавить Зоэ тег на мой аккаунт, – сокрушался Адам, перебирая варианты, которые могли предотвратить разразившуюся катастрофу. Хотя и это не панацея. Развязка была неминуема. Они все бежали, бежали, и вот Сьюзен их поймала. Это оказалось лишь вопросом времени. Он был глуп и наивен, если надеялся избежать разоблачения.

Виола взяла дело в свои руки.

– Так, сейчас важнее всего найти Зоэ. Ава, она тебе звонила или писала после встречи с мамашей?

– Нет.

– Отправь-ка ей сообщение. Не пугай ее и не тревожь, что мы всё знаем, просто сбрось сообщение, и, если она ответит, мы будем знать – она цела и невредима.

– Сейчас, телефон возьму…

– Вы, наверное, считаете меня дураком, – начал Адам, едва вышла Ава. – Какой мужчина станет мириться с таким дерьмом и ничего не предпримет? Знаете, когда у меня впервые возникла мысль уйти, я пробовал заручиться помощью профессионалов – есть же группы помощи алкоголикам, обжорам, людям в депрессии. Так вот, я нарыл массу информации о мужьях-абьюзерах, деспотах и тиранах и почти ничего о женщинах вроде Сьюзен, о женах-абьюзершах. Я был на грани срыва, я не знал, что меня ждет, когда я приезжаю с работы или просыпаюсь утром. Корректно ли я с ней говорил? Взял ли на себя долю домашних хлопот? И какая расплата меня ждет, если я что-то упустил?

– Похоже, вы жили в аду. – Виола подошла, взяла Адама за руку и дружески сжала. – Простите, что я в вас усомнилась.

Вернулась Ава со своей сумкой:

– Слушайте, это не моя!

– В смысле? – Виола поглядела на модный рюкзак «Оксфорд» – бежевый с кремовым и голубым, на мягкие ручки и пряжки. Она купила его на прошлогодней рождественской распродаже, когда вытащила Айзека на шопинг. – О нет!

– В чем дело? – Айла встревожилась.

Виола повернулась ко всем и объяснила, что девчонки ходили по магазинам по отдельности, но умудрились купить одинаковые рюкзаки.

– То есть получается… – Айла поглядела на Адама и снова на Виолу.

– Без паники. – Виола запустила руку в рюкзак. – Ее телефон должен быть тут…

– Она обычно кладет его в задний карман джинсов, – сказал Адам. – Я ей говорил, что не стоит – так его когда-нибудь вытащат…

– Позвони ей на свой телефон, Ава!

– Погодите. – Адам взял рюкзак, пошарил в нем и побелел, когда его рука наткнулась на что-то внутри. Он вынул набор диабетика. Можно было не заглядывать – в коробочке лежала и инсулиновая «ручка», и картриджи с инсулином, и глюкометр, и леденцы вместе с пакетиком жевательного мармелада на случай, если сахар упадет слишком низко.

– Мы очень спешили и в суматохе перепутали рюкзаки, – в отчаянии проговорила Ава.

Айзек увидел, что Адам достал ключи от машины.

– Полиция просила водителей не выезжать на дорогу в эту погоду.

– Мне все равно.

– Не настолько же чокнутая у нее мамаша, чтобы всю ночь сидеть в палатке!

– Вы плохо знаете Сьюзен.

– Я позвоню в полицию, – сказала Айла.

– И что ты скажешь? Нет, мне нужно поехать, найти ее и отдать инсулин. – Он боялся даже думать, что произойдет, если Зоэ слишком долго пробудет без инсулина.

Потому что тогда ее организм попросту откажет.

24. Зоэ

Увидеть маму спустя столько времени было так чудесно, что и вообразить нельзя. Они долго-долго держали друг дружку в объятьях, стоя в самом живописном месте Чилтерна, которое Зоэ нашла с папой и братом и поклялась однажды показать маме.

Вскоре началась гроза. Сьюзен так и сыпала шутками насчет английской погоды, смеша Зоэ. Кто мог подумать, что мама такая юмористка? Несмотря на тяжелый период, который она, несомненно, пережила, Сьюзен не утратила позитивного отношения к жизни и вся искрилась остроумием. Глядя на нее, Зоэ надеялась вырасти такой же красивой.

Они укрылись в машине вскоре после того, как Зоэ приехала в Чилтерн на такси, и сразу разверзлись небеса. Мама с дочкой поплакали, наперебой поговорили, вприпрыжку добежали до туалета и снова засели в машине.

– Расскажи мне о своей подружке, – велела Сьюзен. Ее вьющиеся волосы разметались по плечам, голубые глаза смотрели озорно. – Ава ее зовут, да?

– Мы не очень давно знакомы, но она – моя лучшая подруга.

– Я хочу услышать обо всем – о школе, о доме, о подругах и мальчиках! – лукаво добавила Сьюзен. – И о братике расскажи. Как я по нему скучаю! Вы так быстро растете…

Они не могли наговориться. Стекла запотевали от их дыхания, и приходилось протирать окна, вспоминая, что снаружи, за пределами машины, существует целый мир. Зоэ, захлебываясь словами, торопилась втиснуть в свой рассказ все, что они с Заком делали последние несколько лет.

– Какая сумасшедшая гроза! – Сьюзен потянулась, чтобы протереть рукавом стекло, и с оживлением взглянула на Зоэ. – А в Мельбурне солнце и тридцать четыре градуса тепла!

– Сейчас ты бы точно лежала на пляже. – Зоэ помнила пляж, где огромные волны с грохотом разбивались о берег, и флажки, между которыми приходилось плавать. Она многое помнила, но некоторые воспоминания о жизни в Австралии были странными. Сейчас, глядя на Сьюзен, она вспомнила, что иногда мать будто уходила в себя и не желала никого видеть, но теперь-то Зоэ знала правду. Она понимала, почему мать так себя вела.

– Да, я пропадаю на пляже, – отозвалась Сьюзен, глядя на сразу начавшее запотевать лобовое стекло. – Это мое место силы.

У Зоэ не укладывалось в голове, как отец мог истязать эту прекрасную женщину. Девочка смотрела, как капли дождя стучат по ветровому стеклу, сливаясь и устраивая такой потоп, что ночевать, наверное, придется в машине. Это, конечно, не как с папой на каникулах: солнце тогда было ослепительное, а прохладный ветерок – желанным в духоте английского лета.

– Я по тебе соскучилась. – Сьюзен взяла ее за руку, и Зоэ с готовностью сжала в ответ мамину руку. – Мы, конечно, переписывались, будто заново знакомясь, но увидеть тебя вот так, по-настоящему, совсем другое дело!

Зоэ прижалась к Сьюзен и почувствовала, как она потерлась лицом о ее волосы и поцеловала в макушку. Зоэ помнила, что мама это делала в далеком детстве. Или все-таки ее целовал папа? Или и мама, и папа? Ничего-то она не помнит…

– Фотографии, которые ты выложила, великолепны, – похвалила Сьюзен. – Твоя новая спальня – словно подростковый рай.

– Зак тоже скоро попросит переделать его комнату.

В глазах Сьюзен была такая печаль, которую немногие могли разделить.

– Еще бы ему не попросить…