Маленький чайный магазинчик в Токио - Джули Кэплин

Фиона резко обернулась, сердце подпрыгнуло в груди.

– Кто?

Глаза Кэти расширились, и она сделала шаг назад.

– Э… эм. Мужчина? – сказала она. – Очень красивый.

– Как он выглядел?

– Горячий! – добавила Аврил, сжимая руку мужа. – Какое-то знакомое лицо, уверена, я где-то его раньше видела.

Фионе хотелось ее встряхнуть.

– Цвет волос? Глаз?

– Темные волосы. Длиной до воротника, зачесаны назад. Поразительный цвет глаз, почти темно-синие. Божественный костюм. Честно говоря, очень привлекательный!

– Гейб… – Тело Фионы обмякло.

– Гейб Бернетт? – Аврил выпрямилась. – О, я такая глупая! Конечно, это он! Он возмужал, но остался красив. Знала же, что он мне знаком!

– Куда он пошел?

– Понятия не имею, – сказала она. – Я болтала с редактором художественного шоу Radio 4. Она хотела бы с тобой познакомиться.

Фиона попыталась улыбнуться, но внутри у нее все разрывалось. Гейб был здесь, и она скучала по нему. Почему он не подождал?

Рис сказал очень тихо, как будто почувствовав ее беспокойство:

– Он ушел примерно за пять минут до того, как ты пришла. Он подождал немного, расхаживая взад-вперед, но потом поговорил с женщиной за стойкой и ушел… – Рис поморщился. – Он был немного не в духе из-за масштабов происходящего. Схватил свое пальто с вешалки и вышел. И выглядел довольно сердитым.

Фиона подняла голову и, прищурившись, посмотрела на стол, где симпатичная японка в черном костюме раздавала программы для выставки.

– Извините, я на минутку!

Она направилась к женщине, почувствовав на себе взгляды друзей.

– Здравствуйте, я могу вам чем-нибудь помочь?

– Да. Я Фиона Ханнинг.

– Мисс Ханнинг. Мистер Моримото знает, что вы здесь? Всем нравятся ваши фотографии. Все в огромном восторге! Для нас большая честь организовывать это мероприятие у себя, – она поклонилась. – Очень хорошие фотографии!

– Благодарю! Раньше здесь был мужчина, но ему пришлось уйти. Темные волосы. Голубые глаза.

– О да! Он спрашивал, когда вы приедете, так как ему нужно было успеть на рейс. Мистер Моримото сказал ему, что ваша мама приболела, и… он даже еще не успел ему объяснить, что вы уже в пути, но мужчина поклонился, поблагодарил вас и сказал, что опаздывает на самолет. И ушел очень быстро.

Фиона неловко поморщилась, вспомнив разъяренное лицо Гейба, когда она видела его в последний раз.

– Спасибо…

Тогда все кончено! Гейб приходил, но она с ним не встретилась. Она повернулась, чтобы уйти, но ноги ее не слушались.

– О, подождите, он кое-что оставил! Совсем немного… – Она подняла смятую листовку. – Не знаю, это для вас или нет. Он ее скомкал и оставил на столе.

Женщина протянула листовку.

Любовные письма.

Выставка Гейба Бернетта. Галерея Кастиль, Дувр-стрит.

25 апреля – 15 июня

Фиона сунула ее в карман. Это не для нее. Он говорил о выставке прошлых работ. А она не любительница сама себя наказывать. Эти фотографии Юми правда блестящие и вдохновляющие, но она уже насмотрелась на Юми – на всю жизнь хватит!

Зачем он вообще приходил? Потому что он прилетел в Лондон? Из вежливости к Харуке и Кайто? Фиона была уверена: они ожидали, что он придет. А если бы он захотел увидеться с ней, то наверняка был бы на связи. Сказал бы ей, что придет. Или что он прилетел. А так как ему нужно было успеть на самолет, то, очевидно, он и не собирался оставаться здесь надолго… Почему он не написал или не позвонил ей? Если бы он хотел ее увидеть, то мог…

– Мисс Ханнинг! Вы здесь! – мистер Моримото преградил ей путь и поклонился. – Добро пожаловать!

– Здравствуйте! Извините, я опоздала…

Он снова поклонился и отмахнулся от ее извинений.

– С вашей мамой произошел несчастный случай. Как она? Мне было очень жаль это слышать.

– С ней все в порядке. Не думаю, что там что-то серьезное. Она упала, – это звучало не так глупо, как «она споткнулась о дурацкую кошку». – В больницу на осмотр ее отвез друг.

Он снова поклонился.

– Мне очень приятно слышать, что она в надежных руках. Надеюсь, она быстро и легко поправится. Могу я представить вас кое-кому?

Остаток вечера прошел как в тумане: поклоны, рукопожатия и представления огромному количеству людей, имен которых она никогда бы не запомнила – ну, за исключением нескольких посетивших ее выставку знаменитостей. Разве кто-нибудь забудет встречу с Брайаном Адамсом и разговор с ним о технике фотографии? Кэти показывала ей большой палец и много снимала на телефон. Она даже заметила Брайана Мэя с женой.

Тем не менее ничто из этого не компенсировало разочарования, безжалостно сжимающего сердце Фионы.

Наконец, когда толпа начала редеть, у нее больше не было оправданий для того, чтобы избегать Аврил, Фиона вернулась к остальным.

– Ну, думаю, можно официально признать, что все удалось на славу, юная леди! – объявил Конрад.

– Похоже на то, – сказала Фиона, несколько озадаченная. Она разговаривала с художественным редактором одного из национальных изданий, который собирался включить ее выставку в свой путеводитель на выходные как место, которое обязательно нужно посетить.

– Молодец, Фи! – сказал Дэвид.

Аврил только что закончила разговор по телефону.

– Милая, я поообщалась со своим продюсером, и он подтвердил, мы можем снять здесь фрагмент и взять у тебя интервью. В Японии скоро пройдут Олимпийские игры, и туризм там развивается семимильными шагами. Значит, так, мы сделаем сюжет, включим в него материал о выставке и твоем вдохновении. Я свяжусь со съемочной группой завтра, но снимать я хочу послезавтра. Будет у тебя свободное время?

– Э… эм, вроде как…

– Правильный ответ такой: «Да, Аврил, с удовольствием! Ты потрясающая! Громадное тебе спасибо!» Ты хоть понимаешь, что люди готовы убивать, лишь бы попасть в мою утреннюю программу?

– Не все хотят эти пять минут славы, – протянул Бен.

– Нет, все хотят! А Фионе нужна реклама. Это сотворит чудеса с ее блогом и карьерой фотографа, сделает ее настоящим инфлюенсером.

– Как ты все предусмотрела, – сказал Бен.

Она потрепала его по щеке.

– Тебе лучше поверить в это, детка.

Фиона начала расслабляться, думая, что Аврил уже все забыла, но подруга набросилась на нее:

– Итак, теперь. Габриэль Бернетт. Что там за история?

– Нет н-никакой истории, – пробормотала она и с головой себя выдала.

– Я так и знала! Что произошло? Он тебя вспомнил? Пожалуйста, скажи мне, что ты превратила это в большую шутку.

– Да. Он меня вспомнил. Все хорошо.

Аврил повернулась к остальным.

– Наша маленькая Фиона, когда была подростком, взяла и его поцеловала! А он был ее учителем.

– Серьезно? – спросила