Сладкая месть - Барбара Картленд

— Но приказ вы отдали мне таким же уверенным тоном, как это делает наш старина капитан! — улыбнулся Джон. — Скажу честно, я даже удивился.

Джин тоже улыбнулась:

— А знаете, Бетти думает, что, если бы вы не появились в ту ночь в больнице, неизвестно, как бы все сложилось с Лиззи.

— На Бетти лица не было, она сама была на грани. Решено! Как только Лиззи поправится, везу семейство на отдых, сколько бы это ни стоило! Им всем нужен отдых, перемена мест. Да и сам я не прочь отдохнуть с семьей. А заодно и познакомиться поближе с детьми. Вот, скажем, я и Джимми. Мы ведь почти чужие.

Правда, старик?

— Ты мне не чужой! — возмутился мальчик. — Ты мой папа!

— И куда решили поехать? — поинтересовалась Джин.

— Пока еще не решил! Возможно, в Швейцарию.

— О, детям там очень понравится! — воскликнула Джин. — Представляю, с каким удовольствием Джимми будет кататься на лыжах. Там вся детвора чуть ли не с пеленок лихо носится на лыжах. Мне до их сноровки еще далеко.

— А вам понравился Сент-Мориц?

— Очень! Прекрасное место! Там так красиво! Горы, снег, солнце! Никогда не забуду!

— И вы бросили всю эту красоту ради того, чтобы помочь нашей семье! И еще спрашиваете, за что вас благодарить!

— Не начинайте все сначала, Джон! — решительно оборвала его Джин. — Еще пудинга, Джимми?

— Нет, спасибо, тетя Джин! Можно я пойду поиграю?

— Да, дорогой! Только вначале поблагодари Боженьку за обед.

Джин аккуратно вытерла салфеткой рот малышу и отодвинула стул, чтобы он мог выйти из-за стола. Джимми немедленно устремился в угол, в котором лежала коробка с солдатиками. С ними он обычно играл, когда Джин готовила обед.

— Повезло Толли! — задумчиво бросил Джон, наблюдая, как ловко девушка управляется с мальчиком. — Ему уже, наверное, все уши прожужжали о том, какой он счастливчик, что встретил вас.

Джин на мгновение застыла неподвижно, а потом резко отвернулась.

— А когда у вас свадьба? — поинтересовался он.

— Дата еще не назначена, — ответила Джин сухо.

Джон наконец понял, что девушка не горит желанием продолжать разговор. Чтобы заполнить неловкую паузу, он встал из-за стола и взял с тумбочки серебряный портсигар.

— Пойду на кухню! — Джин воспользовалась моментом, чтобы закрыть неприятную тему. — Потом соберу Джимми, и мы отправимся гулять.

А вы сейчас в больницу?

— Да. В три часа я заступлю на дежурство вместо Бетти, а она вернется домой. Но перед этим я ее тоже обязательно прогуляю! Пусть глотнет свежего воздуха. Кстати, я мог бы погулять с Джимми.

— Отлично! — воскликнула Джин. — Хочешь, Джимми, отправиться на прогулку с папой?

— Прямо сейчас? — обрадовался мальчик.

— Через несколько минут, старина! Позволь мне докурить сигарету.

— Тогда я пойду одеваться!

Мальчишка пулей вылетел из комнаты.

— Он у нас очень самостоятельный молодой человек! — сказала Джин. — Сам одевается, сам после прогулки раздевается и складывает свои вещи.

— Знаете, Джин, я подал рапорт об отставке.

— Да, Бетти мне уже сказала.

— Получил одно весьма заманчивое предложение. О нем Бетти еще не знает. Приглашают в одну инженерную фирму. А самое главное — мы уедем из Лондона. У компании завод в Сент-Олбансе, и нам придется переехать туда. Бетти будет рада — она всегда мечтала жить в деревне.

— Это чудесно!

— Да! Наконец-то мы заживем все вместе. Я так давно об этом мечтал!

Легкая улыбка тронула губы Джона, а Джин представила себе, как обрадуется Бетти, узнав такую замечательную новость. А вот ей не доведется видеть такую нежную улыбку на лице Толли! Будет ли он так улыбаться своей жене или смотреть на нее с такой любовью? Будет ли он счастлив лишь от одной мысли, что может жить со своей семьей — он, она и дети?

«Какая я дура! — рассердилась на себя Джин. — Напридумывала себе всяких сказок, а теперь готова расплакаться над ними!»

Зазвонил телефон, и она поспешила в гостиную. Звонила Бетти:

— Как вы там, Джин? Лиззи только что уснула. А перед этим даже с аппетитом поела. У меня пока перерыв. Вот я и звоню узнать, все ли у вас в порядке.

— Все в полном порядке, не переживай! Джимми и Джону голодная смерть точно не грозит.

— За них-то я не переживаю! Боюсь вот, что за эти дни ты их так разбалуешь, что потом на мою еду они и смотреть не захотят!

— Ну уж это вряд ли! — поспешила успокоить подругу Джин. — Когда тебя ждать домой?

— О, это самое главное! Врачи сказали, что сегодня я смогу наконец переночевать дома. Дела у нас пошли на поправку, и, по мнению лечащего врача, дежурная сестра вполне управится с Лиззи и без моей помощи. Он говорит, что к концу недели может вообще отпустить нас домой.

— Отличная новость!

— О да! И хирург нас сегодня навещал, тоже сказал, что все хорошо.

— А что врачи говорят о тебе самой?

— А, ерунда! Что мне нужен отдых и все такое. Теперь, когда приехал Джон, я приду в себя очень быстро. Лучшего лекарства для меня нет, ты же знаешь!

— Знаю-знаю! Сейчас я его позову, и ты сама сообщишь ему все свои потрясающие новости.

— Хорошо. Ах, чуть не забыла! Джин, будь ангелом, погладь мою розовую с рюшами ночную рубашку. Она лежит в верхнем ящике комода. Я целый год ее не надевала, все ждала Джона, и вот решила освежить. Постирала, а погладить руки так и не дошли.

— Хорошо, сделаю!

— Спасибо тебе, дорогая!

Джин положила трубку на стол и пошла звать Джона. Он все еще курил в столовой.

— Бетти звонит! — сказала она и увидела, как вспыхнули радостью его глаза. Он стремительно встал с кресла и бросился к телефону. А Джин отправилась на кухню, чтобы не мешать их разговору.

Вымыв посуду, она сняла передник и опустила закатанные рукава вязаного жакета. Потом достала гладильную доску и пошла наверх за ночной сорочкой Бетти.

Джимми уже был в коридоре и надевал пальтишко.

— Тетя Джин, я уже готов! — бодро доложил он. — Вот только шнурки никак не могу завязать.

— Сейчас я тебе помогу! — опустилась перед ним на колени Джин. — Рукавички не забыл?

Мальчик извлек варежки из кармана пальто.

— Какой ты умница! — похвалила его Джин. — А сейчас беги к папе и скажи ему, что ты готов.

— А правда, я тебе хороший помощник, да? Мама велела, чтобы я тебе во всем помогал.

— Очень хороший! Иди сюда, я тебя за это крепко поцелую!