Первое правило семьи Райс - Оксана Гринберга

— Этот олух считает, что ты еще не созрела для его любви, — все же снизошел до ответа покойный архимаг. — Поэтому боится причинить тебе вред. Не так ли, Джей Офин? Думаешь, она не выдержит твоего напора? Или же ты опасаешься ненароком ее соблазнить, так и не дождавшись момента, пока она достигнет нужного возраста?

— Алерон, — холодно напомнил Джей Виллар. — Или катись туда, где ты пребывал последние три сотни лет!

— Ты ведь хотел подсказку? — возразил ему противный дух. — Так и быть, я ее тебе дам. Именно она скажет тебе, что такое Алерон, — и дух ткнул призрачным пальцем в мою сторону. — А упустишь ее, то уже никогда не найдешь свой камень, — заявил он со злорадством. — Как тебе такая сделка, Джей Офин⁈ Все для тебя, мой любимый пра-пра-пра родственничек!

— Постойте, ведь речь снова обо мне⁈ — я изумленно уставилась на покойного архимага. — Но как я могу что-то сказать, если я понятия не имею, что это такое, этот ваш проклятый Алерон⁈ Это нечестно, в конце-то концов!

Но бестелесный дух, похоже, интересовался лишь продолжением рода Офинов.

— Знай, Джей Офин, еще немного, и ее умчит на запад тот, кому глубоко наплевать, что твоя красавица еще не доросла до мужской любви!

Сказав это, дух препротивно расхохотался, после чего исчез. Растворился в ночном воздухе, не обращая внимания на попытки декана привязать его к этому миру. А я отстраненно подумала….

Ну что же, Джей Виллар оказался прав в одном — некоторые духи совершенно несносны! Но при этом он был совершенно неправ в другом.

— То есть, по-вашему, я не доросла до мужской любви? — спросила у него. — И как это понимать, если мне давно уже девятнадцать? Какие-то драконьи заморочки, не так ли?

В ответ он привычно промолчал, зато я больше не собиралась!..

— И что же, по-вашему, у меня не доросло⁈ — Потому что, если поглядеть в зеркало, у меня все давно уже выросло. — Почему вы все время молчите, господин декан? Ах да, поэтому вы и молчите!

Многое сразу же встало на свои места — его поведение, отстраненное обращение и постоянные недомолвки.

— Выходит, именно поэтому вы обращаетесь со мной, словно с маленькой девочкой, которую принято целовать в лоб на прощание⁈ Которой нужно еще подрасти, чтобы вы поведали ей о своих чувствах?

— Аньез… — начал декан, когда я замолчала, переводя дух.

Но договорить я ему так и не дала.

— А ведь я сломала себе всю голову! Думала, нравлюсь ли я вам или нет. А вы… Вы могли бы мне и сказать! Но вместо этого мне обо всем рассказал ваш предок, который уже триста лет как в могиле. А вы снова стоите и молчите, как тот… Как тот дуб на холме!

Сказав это, я развернулась и пошла прочь, в темноту.

Вернее, побежала.

Быстрее и быстрее, подальше от него! По ночному кладбищу, меж старых могил и покосившихся надгробий, рискуя не только переломать себе ноги, но и свернуть шею.

Только вот он как-то слишком быстро меня догнал. Поймал за руку, развернул к себе.

Я увидела его напряженное лицо, вырываемое из темноты светом зажженных им магических светлячков.

— Аньез!

— Я уже почти двадцать лет как Аньез, сколько вам еще нужно⁈ И вообще… Отпустите меня, чего вы вцепились⁈ Что вам от меня надо? Или же вы испугались, что я уйду, а вы так и не узнаете, где этот ваш проклятый Алерон⁈

* * *

— К демонам Алерон! — заявил он, пытаясь меня удержать, потому что я принялась вырываться.

Заодно размышляла, уж не приложить ли нашего декана магией. А если приложить, то такой именно — чтобы уже наверняка и он бы меня отпустил!

— Аньез, послушай… Да прекрати ты дергаться!

— И не подумаю! Немедленно меня отпустите, иначе…

Но угроза так и не сорвалась с моих губ, потому что меня крепко-накрепко обвили чужие руки. Ладонь Джея легла на мой затылок, и я, устаившись в его глаза, моментально позабыла, чем именно собиралась его напугать.

Кажется, каким-то заклинанием из Стихийной магии…

Вместо этого в голове появились совсем другие мысли. Демоны, он что, собирается меня поцеловать⁈ Здесь, прямиком на кладбище⁈

Судя по всему, как раз это он и собирался сделать!

Сперва я еще трепыхалась и порывалась протестовать. Но как же сложно оказалось сопротивляться в таких условиях, когда я сама, несмотря на переполнявшую меня обиду, давно мечтала о его поцелуе!

Напоследок я все-таки мстительно пнула Джея в лодыжку, но вскоре позабыла о своих горестях, сдаваясь в плен горячих губ, растворяясь в мире ярких и сильных желаний. А потом выкинула из головы все обиды, наслаждаясь его объятиями, запахом и прикосновениями. Позволяя себя увлечь так далеко…

Оказалось, слишком далеко он меня не увлек.

Быстро и умело поцеловал, а затем отпустил. Вздохнул, на пару секунд прижал к себе, и я услышала, как бешено колотилось его сердце.

Затем разжал руки, и я отстранилась, потому что до сих пор не могла поверить в произошедшее. В то, что был поцелуй, и мне ничего не почудилось.

— Думаю, придется подождать еще полгода или чуть больше, — произнес Джей, хотя я ни о чем у него не спрашивала. — Драконья кровь диктует свои правила, Аньез, к которым нам стоит прислушиваться. Зато после этого… У нас вся жизнь впереди!

Неужели он собирается прожить со мной всю жизнь, промелькнуло в голове. Но спросила я совсем о другом.

— Почему вы все это время молчали? Скрывали от меня правду?

— Ты, — подсказал он мягко. — Нам с тобой давно уже стоит перейти на «ты». По крайней мере, в неформальной обстановке.

— Хорошо, — сдалась я. — Но почему ты сразу же не рассказал мне о драконьей крови и связанными с ней заморочками?

— Я думал, что магесса Авира поставила тебя в известность.

В ответ я покачала головой.

В основном на наших занятиях магесса говорила о том, что все пропало. Повсюду вымирание, крах и закат драконьей цивилизации. Мир сошел с ума, поэтому никак не призвать дракона и не встретить свою истинную пару.

Ну и так далее, в том же самом духе.

— До совершеннолетия носительнице