Орловы: Рождена для тебя - Тиана Хан

В течение того времени, что я приводила себя в порядок, желудок предательски урчал, требуя еды. Ароматы, разносящиеся по всему дому, лишь подогревали обострившееся чувство голода. Когда посвежевшая и готовая к новому дню я наконец-то спустилась в столовую, озаряя мир радостной улыбкой, первое на что я наткнулась это мрачные лица бабушек, что напряжённо смотрели друг на друга, ведя молчаливую беседу. У плиты хлопотала Илона, весело напевающая себе под нос детскую песенку, рядом с девушкой мельтешила Хитана, чей взгляд говорил о том, что мысли её витают где-то очень далеко отсюда.

- Чего это вы такие угрюмые? – задала я вопрос, отламывая себе кусок только что испечённых венских вафель. – Что могло так расстроить моих любимых волшебниц?

- Они уже давно так сидят, - откликнулась Илона, - словно похоронили кого. А Милош ещё не встал?

- Братья уехали в Брашов вчера вечером. На пару дней. Ты разве не знала?

- Нет, - обиженно протянула Илона.

- Кстати, никто им не звонил? Как они добрались? Ехать, конечно недалеко, но…

Земфира и Надья лишь обменялись с Хитаной тяжёлыми взглядами, не удостоив меня ответа.

- Дочка?

- Мамочка, ты только не волнуйся, ещё ведь ничего не известно! Артур и Милош… они…

- Да что тут в конце концов происходит? - в нетерпении выкрикнула я, чувствуя, как бешено колотится сердце в груди.

Раздавшийся за спиной звук заставил меня обернуться в сторону Илоны. Она стояла бледная словно мел, у ног девушки, перекатываясь с боку на бок, валялась небольшая кастрюля, покрытая яркой жёлтой эмалью. На полу растекалась густая лужица молочной каши, которую сегодня уже никому из нас не суждено попробовать.

- Не обожглась? – тотчас подскочила я к ней.

- Что с Милошем? – произнесла Романова вмиг помертвевшим голосом, проигнорировав мой вопрос.

- Не знаю я где он и что с ним, - ответила Земфира, продолжая сверлить взглядом свою сестру. – Вчера массовое ДТП приключилось на подъезде к городу, в аварию внуки попали. Пострадавших так много, что до сих пор не составлены списки, кто погиб, а кто оказался в больнице.

- А братья?

- Артур звонил мне, ещё ночью. В том медучреждении где находится он, Милоша нет. Младшенький, как обычно, пренебрёг безопасностью и не соизволил накинуть на себя ремень. Артур не помнит, был ли он рядом в тот момент, когда его забирали врачи экстренной службы.

- Нет… он не мог… только не сейчас!

- Жив мой внучок, это я точно знаю, - добавила Надья, - причин много могу назвать, почему на связь не выходит, но...

- Бабушка, как же так? Ведь Артур сам позвонил вам, а брат?..

- Это нам и предстоит выяснить. Мы уже решили с Земфирой, после завтрака отправляемся в Брашов.

- Я с вами! Можно?..

- Куда же мы без тебя, Илона? А ты Анна, дома с детьми останься, нечего по больницам-то шастать. Жив Милош, в этом можешь не сомневаться, а коли ранен, так с любым увечьем семья его примет. И на ноги я его поставлю, иначе, что я за бабка такая?

Так мы и поступили. Закончив завтрак, во время которого никому кусок в горло не лез, бабушки взяв с собой Илонку отправились в Брашов, на поиски моего любимого братца, а я осталась дома с детьми, в полной растерянности. Несколько раз набирала я номер Милоша, но телефон его так и оставался вне сети, пытаясь хоть чем-то занять себя я принялась готовить, дабы нехитрыми действиями заглушить душевное волнение.

Глава 41

Синеглазка

Вокруг была темнота, липкая, непроглядная, не дающая и шанса выбраться из неё. Я был словно скован, всё слышал, понимал, но не мог ответить, пошевелиться, моё тело больше не принадлежало мне. Со всех сторон раздавался вой сирен, стонали от боли люди, я чувствовал, что меня куда-то несут, но сейчас это было неважно. Хотелось спать, отключиться от реальности, не чувствуя той адской боли, которая обручем перехватывала сдавленную грудь, не позволяя сделать глубокий вдох.

В следующий раз я осознал себя лежащим в полной тишине, и только противный звук приборов, выведший меня из забытья раздражал и заставлял злиться.

- Как он доктор? – услышал я незнакомый женский голос. – Родственники нашлись?

- Пока нет… прошло ещё так мало времени с момента аварии.

Какой аварии? О чём речь? Где я? Кто вы? Мне хотелось кричать, но голос не поддавался, казалось лишь разум продолжал теплиться в обездвиженном теле.

- Это пассажир автобуса?

- Никто не знает, была такая суматоха, коллеги боролись за жизнь выживших людей. Эх, надеюсь этого бедолагу кто-то ищет…

Голоса стали удаляться, словно я проваливался в глубокую пещеру. Что со мной случилось? Почему я ничего не вижу? Ослеп? Что за авария? Где Артур? Мы же ехали с ним в Брашов, я отчётливо это помню, тогда, почему я здесь? И… здесь – это где?

Не знаю, сколько времени прошло, я словно был в небытие, чернота всё глубже засасывала меня и вдруг где-то очень далеко вверху я увидел его – иллюзорный синий отсвет, притягивающий словно пылающий огонь мечущуюся в ночи бабочку. Невдалеке кто-то плакал, пытаясь подавить рвущиеся наружу всхлипы. Кто это?

- Это мой внук! Пустите меня к нему! – раздался жёсткий голос Земфиры.

- Это реанимация, вам не положено здесь находиться, пациент ещё не пришёл в себя, он всё равно вас не услышит, - увещевал её мужской голос.

- Вы не понимаете! Мы должны его увидеть, прикоснуться к нему, мне больно видеть, как мой младшенький лежит живым трупом за этим стеклом!

О ком это они? Неужели обо мне? Нужно срочно открыть глаза, очнуться от этого странного сна! Я силился сделать глубокий вдох, но вот только мне это никак не удавалось. Словно я был придавлен каменной плитой, что пригвоздила меня к неудобному жёсткому лежбищу. Где-то рядом раздавались тихие всхлипы Илоны, я чувствовал, как тонкие пальчики накрыли мою ладонь. Она дрожала, а я был не в силах её успокоить. Внезапное тепло, окутывающее с головы до ног словно кокон, заставило мысленно встрепенуться – бабушка рядом! Это её сила пытается вырвать меня из странного тяжёлого сна. Всё чётче до моего слуха доносился глубокий и родной голос, и я пытался ухватиться за него, как за спасительную нить, что выведет