Ты и Я переписаны - Чип Понс

почтить два значительных произведения искусства, над которыми нашей

команде посчастливилось работать. Дебютный роман —Я должен был Я

Должен Был Сказать Тебе Тогда покойного Скотта Рассела и книга Больше

не невидимый под кураторством единственного и неповторимого Уилла

Коуэна, официально вышли в свет сегодня. Хотя они продаются отдельно, эти два мастерских вклада в литературный мир это глубоко переплетены... —

Митч смотрит прямо на меня, выражение его лица мягкое и наполненное

нежной добротой. —...и очень важны для всех нас здесь, в APH.

Его слова - это удар в самое нутро. Не плачь, Уилл. Я хотел пройти через это

событие, не проронив ни одной слезинки, потому что, думаю, за последние

несколько месяцев я выплакал достаточно, чтобы хватило на всю жизнь.

—Для меня было величайшей честью, видеть, как эти два произведения

искусства достигли того уровня, на котором они находятся сегодня. Пока вы

погрузитесь в сегодняшнюю выставку, присоединяйтесь ко мне в

признательности за неизмеримую стойкость и несокрушимость силы

человеческого духа военнослужащих, представленных в этом зале.

Митч снова поворачивается ко мне лицом и делает шаг навстречу как будто

мы разговариваем наедине, а не в комнате, полной незнакомцев и коллег. —И

для меня большая честь официально объявить, что все доходы от продажи

обеих книг будут переданы благотворительным организациям и фондам, которые оказывают поддержку военнослужащим, ветераном и членам их

семей, страдающих от посттравматического стрессового расстройства и

других невидимых ранений. Мы никогда не сможем отплатить этим

мужественным мужчин и женщин за их служение нашей нации, но это уже

начало.

Все дружно аплодируют, но я застыл на месте, совершенно не в силах

осознать масштабы невероятного жеста Митча. Единственное, что

удерживает меня в реальности, —это крепкая хватка Грэма на моей руке.

Люди начали собираться вокруг, и шум мероприятия постепенно

возвращается, когда Митч подходит и кладет руку мне на плечо.

—Митч, я не знаю, что сказать...

—Прогуляемся со мной? Я хочу тебе кое-что показать.

Я киваю головой и молча следую за ним, пока он ведет меня сквозь толпу к

дальнему концу галереи. Прежде чем мы доходим до более тихого уголка

экспозиции, он поворачивается, закрывая мне обзор небольших рам на этой

стороне комнаты.

—Уилл, я знаю, что ваши отношения с отцом были сложные, — говорит он

тихо, но с силой. —Я потерял своего отца, когда мне было примерно столько

же лет, сколько тебе, поэтому я знаю что нет слов, которые могли бы сделать

эту потерю менее тяжелой—. Он крепко кладет обе руки мне на плечи, заставляя меня смотреть прямо в глаза, которые Грэм так явно унаследовал.

Но я читал книгу твоего отца, и хотя я не могу сказать каким он был

человеком, я могу сказать, что как отец он обожал тебя и гордился тобой. И

все это? — говорит он., размахивая руками в направлении выставки. —Ты

сделал это. Ты превратил свое горе и душевную боль в то, что положительно

повлияет на бесчисленные жизни. Этим гордился бы любой отец.

Я чувствую, как начинаю дрожать. Исходя от Митча, человека и отца, которым я так глубоко восхищаюсь, его слова потрясли меня до глубины

души.

Отойдя в сторону, он расположился так, что теперь стоит рядом со мной и

успокаивающе обнимает меня за плечи. —Грэм сказал, что это может быть

слишком, но я подумал, что ему важно быть здесь сегодня. Пользуйся не

торопись, сынок—. Он задерживается со мной на мгновение, прежде чем

повернулся и направился к своей семье, а слово сынок снова и снова звучит в

моей голове.

Теперь, когда я могу разглядеть эту сторону экспозиции более отчетливо, мое

сердце замирает, когда я смотрю на простую черную рамку в центре дальней

стены... меньшую по размеру, но равную по значению, но не уступающую по

значимости тем, что окружают ее. Юношеский и очаровательный взгляд

моего отца смотрит на меня, его военный портрет запечатлел человека, которого еще не преследовали трагедии войны. Такого человека я хотел бы

знать.

—Это было сделано за несколько месяцев до того, как я с ним

познакомилась—, произносит мягкий голос моей матери, когда она

переплетает свою руку с моей, опираясь и положив голову мне на плечо. —

Иногда твое сходство с ним заставляет меня забыть, как дышать. Он был

самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видела.

Я обнял ее за плечи, пока мы оба смотрели на человека, который навсегда

изменил наши жизни. —Как ты думаешь, что бы он подумал обо всем этом? —

шепчу я.

—Дорогой, он был бы потрясен всем тем, чего ты добился, — говорит она, указывая на его портрет.

Она заключает меня в объятия, которые, несмотря на разницу в росте, ощущается так же, как в детстве. —Когда я впервые встретила его, он был так

увлечен... тем, что его призвали служить своей стране и делать все

возможное, чтобы помочь тем, кто не мог помочь себе сам... — Она подводит

нас к фотографии моего отца, нежно положив руку на его лицо, которое, я

знаю, она видит, когда смотрит на меня.

—И в каком-то смысле, когда я смотрю сегодня на то, что вы все здесь

сделали, я не могу не думать о том, что твой отец наконец-то обрел покой—.

Слезы текут по ее лицу, когда она берет мои руки в свои. —Что в своей

смерти он смог сделать то, что так отчаянно хотел сделать все эти годы —

помочь другим.

Она прижимает наши лбы друг к другу. —Хотел ли ты или нет, мой

идеальный и милый мальчик, ты помог принести мир в его сердце и добавить

что-то значимое в его память. Это будет нелегко, милый. Возможно, это даже

будет не возможно, но просто постарайся помнить, что прощение для нас... а

не для того, кто нуждается в прощении.

Мама целует меня в щеку, прежде чем вернуться туда, где, как я могу себе

представить, терпеливо ждет мой отец, разрываясь между желанием

подарить нам этот личный и желанием задушить нас своей любовью. Я

поворачиваюсь, чтобы в последний раз посмотреть в глаза отцу, зная в

глубине души, что мне пора двигаться дальше. И тут я замечаю маленькую

золотую табличку с именем под его рамой.

В память о

ветеране – отце – авторе Скотте Расселе,

сержанте-оружейнике морской пехоты США.

Грэм был прав… все это