Как злодейка кукурузу выращивала - Хэйли Джейкобс

Граф Клосс вздыхает, но больше не предпринимает попыток уговорить меня отправиться в столицу. Это не первый раз, в прошлом году я не явилась на юбилей основания королевства, отправив вместо себя барона Фернала, а до этого пропустила еще несколько довольно значительных для королевства мероприятий.

— Поля на юго-востоке обработали от сорняков, а в западном районе готовятся собирать урожай. За Теллурой пашни выжигают огнем, чтобы расчистить землю и обогатить золой.

Чередуя поля, давая земле отдыхать, осваивая новые площади, не забывая про меру, сокращая площади под пшеницу, в герцогстве удалось добиться круглогодичного выращивания и сбора урожая каждый сезон.

Соседние феоды тоже заинтересовались диковинным продуктом, но в их землях идеальные условия для выращивания пшеницы, а с развитием отношений с соседними странами запросы на ее экспорт только растут, убытков они не несут, мы не конкуренты. Переходить на производство кукурузы и отказаться от золота полей ни Арбет, ни Ольстем не собираются.

У герцогства Сваллоу установились с ними неплохие торговые традиции — они продают нам пшеницу подешевле, а мы им со скидкой сбываем кукурузное масло и крупу. Все в плюсе, и никто не в обиде.

Северянам новый продукт с юга понравился, Дренгар с каждым кварталом просит отправлять больше, на его примере Ностра и Винтервальд тоже заинтересовались. Спрос начинает превышать предложение.

Мои вассалы, поначалу относящиеся к кукурузе как к забаве их юной герцогини, теперь активно поддерживают инициативу, просят помощи у моих уже опытных в обращении с этой культурой людей и закупают семена, расчищают для посадки участки, бросают все силы, почувствовав ветер перемен и звон будущей прибыли.

Обсудив с графом Клоссом еще несколько насущных вопросов, отправляю помощника заниматься делами и устало откидываюсь на спинку рабочего кресла.

Горы бумаг на столе меньше не становятся, сколько времени ни уделяй работе.

Через десять минут приходит Милли с тарелкой сэндвичей. Перекусываю, глядя в окно на собирающиеся в небе тучи. Зимы как таковой на юге нет, как и снега с морозами, но погода все же немного смурнеет, иногда случаются грозы.

Меня устраивает подобная жизнь.

Все размеренно, спокойно. Предсказуемая рутина, занятые работой дни. Я почти не выезжаю за пределы дома. Если раньше еще выбиралась покататься верхом или погулять в саду, пройтись на городской ярмарке инкогнито, то теперь у меня нет на это ни времени, ни желания.

Поначалу я плакала каждую ночь, потом через день, потом раз в неделю, и вот теперь боль стала исступленной, хронической, такой, к которой я успела привыкнуть и с которой смогла смириться.

Я не позволяю себе вспоминать. Потому что за воспоминаниями придет надежда, мечты, а потом тоска и разочарование, усилившее в разы мое чувство вины и агонию в сердце.

Наши с Кайденом жизненные дороги разошлись в разные стороны. Казалось бы, это чувство должно утихнуть. Ослабнуть со временем. Но порой у меня возникает ощущение, что его дыхание опаляет мне затылок: так близко, сколько бы километров, стен и секретов нас ни разделяло.

Нет, забудьте мои слова о том, что я привыкла!

Мне не стало легче. Наоборот, мои чувства только усилились.

Я думаю о Кайдене все время. Думаю утром, прогуливаясь по прохладному саду. Нарочно укорачиваю шаг, чтобы подумать побольше. Поэтому теперь я после завтрака сразу сажусь за бумаги. Думаю о нем вечером, держа в руках какую-нибудь книгу. Я думаю о нем и тогда, когда для этого нет времени, и когда его навалом. Мне бы так хотелось перестать, но я не могу. Если бы кто-то знал, как так ухитриться и забыть его, я бы умоляла этого человека стать моим учителем.

Но нас никто не сможет разлучить, ведь я превратила Кайдена в воспоминания. С глаз долой — из сердца вон? Чепуха! Чем дальше от глаз, тем ближе к сердцу.

Наверное, стоило попросить Энока того зелья забвения и для себя.

Я стала на два года старше с тех пор, как видела его в последний раз. Ничто не греет мне душу, и я не могу смириться. А когда вспоминаю его лицо, становится плевать на расстояние и время.

А сны, в которых он ко мне приходит, я жду больше всего на свете, ведь только там можно побыть немного рядом…

Закопавшись в документы с головой, я выползаю из кабинета только ближе к ночи. Поднос с ужином уже ждет меня в спальне, набрана горячая ванна — без заботы слуг я бы давно перестала за собой следить — а между одеял подсунуты грелки, из-за усилившейся с темнотой непогоды за окном стало зябко, в такое время легко подхватить простуду.

Ем, почти не чувствуя вкуса, моюсь, машинально повторяя привычные движения, надеваю ночнушку и, забравшись в теплую постель, закрываю глаза, надеясь поскорее увидеть родное лицо.

44

— Поехали! Ну пожалуйста!

Повестка по случаю дня рождения Кайдена не оставляет меня в покое.

Мариз и Бенедикт, приглашенные принцем лично, по пути в столицу заглянули ко мне в гости с неожиданным визитом всего через четыре дня после того, как я успешно отговорилась от графа Клосса, пытающегося отправить меня во дворец пред очи де-факто правителя Азарина.

Прознав про то, что я не еду, подруга начала канючить и просить меня оставить герцогство и отправиться с ними.

— Ну, Лисси, чего тебе стоит? Повеселимся все вместе, давно же не виделись! Не знаю, что там между вами стряслось, но ведь вы с Кайденом уже столько лет дружите…В любом случае, вряд ли это дело серьезнее, чем вмешательство в ваши отношения святой и кризис во власти, а значит, если вы все обсудите, то…

— Нет, — перебиваю я девушку.

Бенедикт приподнимает брови, но продолжает делать старательный вид, что читает книгу.

В гостиной, обычно такой тихой, Мариз начинает закипать.

— Лиссандра Сваллоу! Не знаю, что такого произошло, что ты отказываешься его видеть, хотя столько для него сделала, а он упорно продолжает делать вид, что понятия не имеет, кто ты вообще такая, но знай — я и Бенедикт этого так не оставим!

— Говори за себя, сестренка. Я, например, всецело намерен отгонять от тебя подальше того северянина. Уж он своего не упустит. Боюсь, отвлекусь, а тебя уже везут в эти ледяные дебри. Кайден и Лисс — взрослые люди, сами разберутся.

Посылаю Бенедикту благодарную улыбку, игнорируя раздраженно дышащую подругу.

Память пропала только у Кайдена, неудивительно, что у остальных есть к