Прошепчи его имя - Элизабет Торнтон

Но Хью чувствовал за смущением Абби легкое недовольство и вполне понимал его. С тех пор как он привез ее сюда, он почти не давал ей встать.

Может быть, он действительно был необузданным дикарем, хотя всю жизнь пытался убедить себя в обратном?

Мысль эта разозлила его. Он никогда не позволил бы себе ничего подобного, если бы Абби не назвала его гладиатором. Другие женщины называли его и похуже, но другие не знали его таким, каким знала Абби. Только ее мнение имело для него значение, а значит, только она могла причинить ему боль.

Сделав над собой усилие, Хью выпрямился и сказал:

— Я рад, что ты заговорила об этом. Нам надо кое-что обсудить.

Он встал, зажег фитиль от тлевших в камине угольков и поднес огонь к стоявшим на каминной полке свечам. За это время Абби успела спрятаться под одеяло. Хью потянулся за рубашкой. Не потому, что ему было холодно, а потому, что решил, что Абигайл будет спокойнее, если она не будет видеть его возбуждения и понимать, чем ему хотелось бы заняться на самом деле.

— Абби, — сказал он, — мне кажется, для нас не самый лучший выход быть любовниками. Лучше, чтобы каждый из нас получил то, чего хочет. Ты следишь за ходом моей мысли?

— Вроде бы да, — Абби не сводила с него глаз. Волосы ее напоминали золотистое облако вокруг головы. Эта женщина была не только красива и умна. Она была такой нежной и уязвимой и в то же время такой бесстрашной, его Абби.

Он снова заговорил, тщательно подбирая слова:

— Ты ведь сказала мне как-то, что хочешь иметь детей. Это правда, Абби?

Абигайл отбросила назад волосы и произнесла так хорошо знакомым ему по прошлой жизни рассудительным тоном:

— Не всегда получаешь то, чего хочешь.

— Но в данном случае мы оба можем получить то, что нам нужно. Я хочу тебя, ты хочешь детей. Давай поженимся, Абби. Это отличное решение для нас обоих.

Абби боялась поверить в то, что слышит.

— Но нам не обязательно вступать в брак так поспешно, — осторожно начала она. — Сначала следует убедиться, что я беременна.

Хью положил руку поверх одеяла на ее живот и легонько погладил его.

— Ты не так поняла меня, Абби. Мне хотелось бы, чтобы у тебя был от меня ребенок. Мне нравится представлять себе, как внутри тебя зародится благодаря мне новая жизнь.

Абби не понимала, как это ее могло вдруг бросить в жар от таких холодных, рациональных слов. Однако, взглянув на Хью, она поняла, что он вовсе не так спокоен, как хочет казаться. В глазах его читались тревога и надежда.

Откинувшись на подушки, Абби внимательно изучала его лицо.

— Так ты действительно думал об этом, Хью?

«Куда чаще, чем ты можешь себе представить, дорогая».

— Это означает «да» или «нет»? — произнес он вслух.

Абби вдруг представила себе, как Хью встретится лицом к лицу с Немо, и ей стало страшно, очень страшно. Хью — всего лишь человек и смертен, как все люди. Конечно, обидно, что, делая ей предложение, Хью ни слова не сказал о своих чувствах. Но не все ли равно, что она ответит сейчас, если будущее их так туманно.

— Да, да, — дрожащим голосом произнесла Абби, протягивая к нему руки.

Улыбка заиграла на его губах. Быстро откинув одеяло, Хью забрался в кровать и обнял Абигайл.

— Потише, — прошептал он, чувствуя, как задрожало, возбуждаясь, ее тело. — Не торопись. На этот раз я намерен растянуть удовольствие.

И очень скоро он доказал ей это, доведя до изнеможения искусными ласками и заставив почти что умолять о большем. Руки ее сжимали плечи Хью, скользили по его спине, чувствуя, как напрягаются мускулы в такт его движениям. Он был сильным и бесстрашным, но он был всего лишь смертным мужчиной, и у Абби замирало сердце от страха перед тем, что его ожидало.

Когда тело ее, достигнув вершины наслаждения, замерло под его тяжестью, Абби безутешно зарыдала, и никакие уговоры Хью не смогли заставить ее объяснить, что с ней такое.

После того как девушка погрузилась в тревожный сон, Хью еще долго лежал с открытыми глазами, размышляя о происходящем.