Бесстрашный рыцарь - Джослин Келли

– Ты хочешь о помолвке объявить немедленно? – спросила Авиза, пытаясь сообразить, как отсрочить это событие настолько, чтобы успеть сбежать из замка.

– А что тянуть? Это будет лучший способ отпраздновать Рождество.

– Я еще не ходила к мессе.

– С мессой можно повременить до свадьбы.

Авиза покачала головой:

– Сегодня Рождество – главный из всех праздников. Я не могу пренебречь этой особой службой.

– Сейчас ты не в аббатстве.

– Пожалуйста! – Авиза опустилась на колени и протянула руки к отцу. – Это так много значит для меня!

Отец сжал ее руки.

– Ну хорошо. Грисуолд подождет в коридоре, чтобы проводить тебя к мессе, а потом в зал.

– Благодарю тебя.

Авиза уперлась взглядом в пол, чтобы лорд де Вир не заметил ее ужаса. Отец не доверял ей, и следовало признать, что он был достаточно умен, чтобы предвидеть действия дочери. Улизнуть из замка оказалось много сложнее, чем надеялась Авиза.

– Мне надо одеться и сменить повязку Болдуина, прежде чем я отправлюсь к мессе.

Лорд де Вир хмуро посмотрел на пажа и кивнул. Затем помог Авизе подняться на ноги и снова поцеловал ее в обе щеки.

– Сын Фитц-Аллена – хороший человек. Ты будешь с ним счастлива.

– Благодарю, милорд.

Авиза не поднимала глаз, пока не услышала, что дверь за отцом закрылась.

– Прощай, отец, – прошептала она.

Она сомневалась, что в случае если ей повезет, он когда-нибудь снова признает ее своей дочерью. Болдуин спрыгнул с кровати.

– Леди Авиза, ты не можешь серьезно относиться к этой помолвке!

– Тише! – Она приложила палец к губам. – Ты умеешь ездить верхом?

– Сумею, если понадобится, но у нас нет лошадей.

Авиза улыбнулась:

– Отец и его люди захватили с собой добрых коней ради столь длинного путешествия. Должно быть, лошади уже отдохнули.

– Но какая польза от этого нам?

– Не нам. Тебе. Если ты поскачешь вслед за Кристианом, ты можешь нагнать его и сказать, что мне нужна его помощь.

– Не могу. Я обещал оставаться с тобой.

– Но...

Авиза вздохнула, понимая, что не сможет уговорить мальчика, раз он принес клятву.

– Ладно. Тогда попытаемся найти другой выход.

– Какой? Ты же под неусыпным надзором.

Шагая по комнате, Авиза обдумывала вопрос. Когда дверь снова открылась, она напряглась и оцепенела. Но тотчас же расслабилась, потому что в комнату вошли ее сестры из аббатства Святого Иуды. Они были в плащах и с котомками.

Эрмангардина стояла, уставившись в пол, как и накануне, но Мавиза выступила вперед:

– Авиза, я очень прошу тебя уехать с нами.

– Не могу. У меня есть еще недоделанная работа. – Она обняла за плечи Болдуина. – У нас есть работа.

– Сэр Кристиан знает, что ты послана королевой. Поэтому, что бы ты ни сказала, ты не сумеешь удержать его от поездки в Кентербери.

– Он уже уехал.

Мавиза вздрогнула.

– Если положение там такое пожароопасное, как мы слышали, возможно, по прибытии он найдет, что между сторонниками архиепископа и вассалами короля уже разгорелась битва.

– А ты что-то слышала об этом?

Светловолосая сестра кивнула.

– В зале говорят, что Бекет считает себя могущественнее любого другого из смертных.

– Это так, если он бросает вызов самому королю Англии.

– Боюсь, Авиза, что он помешался от страданий, перенесенных во время операции, которой подвергся в ссылке. Даже молитва не спасла его от ожога, когда лекарю пришлось удалить из его челюсти кусок сгнившей кости.

– Только безумец мог принять такие решения, какие принял Бекет после возвращения в Англию. Похоже, он делает все, чтобы вызвать гнев народа, вместо того чтобы завоевать его любовь. Своим решением заставить короля признать его всемогущество он отталкивает от себя людей.

– И это приводит в ярость баронов.

– Знаю. Вот почему я должна помешать поездке Кристиана в Кентербери.

– Но он не станет тебя слушать, – сказала Мавиза. – Крайне неудачно получилось, что он узнал правду, но что сделано, то сделано, и теперь слишком поздно что-либо менять.

– Не поздно, – возразила Авиза.

– Сестра моя, я так долго восхищалась ясностью твоего ума. Ты не можешь позволить сердцу затуманить твой взор. Уже слишком поздно.

– Нет! – Авиза отвернулась. – Королева попросила меня защитить своего крестника, и я буду стараться это сделать, пока во мне теплится хоть искра жизни.

Она прикусила губу, вспомнив, что там, на стене, говорила те же самые слова Кристиану.

– Потому что ты его любишь.

Авиза с изумлением вскинула глаза на Мавизу и прошептала:

– Откуда ты знаешь?

– Значит, вы любите друг друга.

– Но мои чувства к Кристиану не могут изменить моего намерения служить королеве. Я дала клятву во что бы то ни стало удерживать Кристиана вдали от Кентербери и сдержу ее.

– Будь осторожна, – сказала Мавиза. – Ты можешь пострадать.

– Знаю.

– Тебе нужна наша помощь?

Авиза улыбнулась сестрам, потом потрясенному Болдуину, слушавшему женщин с открытым ртом. Должно быть, до этой минуты он не подозревал правды. Авиза решила, что позже все объяснит ему. А теперь...

Авиза заходила по комнате, потом остановилась, заметив на кровати мешок с рукоделием. Открыв его, Авиза вытащила клубок толстых ниток, бросила через комнату, не отпуская конца. В нем оказалось десять, а то и больше футов.

– Я иду к мессе, – сообщила она. – Часовня будет полна народу. Поэтому будет нетрудно протиснуться между мной и отцом.

– Скажи, что нам делать, – попросила Эрмангардина.

– Сначала я дам указания Болдуину.

Лицо мальчика разгорелось от возбуждения.

– Что мне сделать, миледи?

– Используй нитки и вот эту ткань. – Авиза потянула за полог кровати. – Пока я буду одеваться, сплети из всего этого веревку.

С помощью Мавизы Авиза быстро переоделась в дорожное платье и собрала оружие. Она объяснила свой план, и Мавиза помогла ей разработать его таким образом, что, какой дикой ни казалась ее идея, план мог бы в конце концов быть осуществлен.

Отдав свои меч и плащ Болдуину, Авиза прицепила нож к ноге. Мальчик передал ей сплетенную веревку, и Авиза обернула ее несколько раз вокруг талии. Она так завязала веревку, чтобы концы ее касались пола.