Дворец для сероглазого принца - Татьяна Тронина

– Нет. Нет... – Нелли потерла виски. – Я просто хочу понять... почему этот мир так странно устроен?

– Я не знаю, – обреченно ответила Катя. – Простите меня. Простите...

Нелли улыбнулась краешками губ.

– Были и другие, – вдруг сказала она.

– Что? – переспросила Катя.

– У него были и другие женщины. Наверное, много... – брезгливо произнесла Нелли. – Потому что он красивый мужчина. Хоть и говорят, что красота для мужчины не важна...

– Наверное, – нахмурившись, пожала плечами Катя. Слова Нелли немного задели ее. «Неужели я ревную Лешу? – мелькнула у нее мысль. – Неужели ничего не прошло?» И ее словно током пронзило – Фаина!

Катя вскочила.

Нелли удивленно вскинула голову. Бледное лицо, лоб, перечеркнутый рыжей прядью... Не лицо, а маска.

– Минутку подождите... – пробормотала Катя. – Я... я забыла – я должна кое-кому позвонить. Подождите!

Фаина тогда сказала Алексею, что собирается взять кредит в банке. И что ей нужна срочная консультация специалиста. В общем, плела какую-то ерунду. «Ах, какая удача, Леша, что я встретила вас!» Но Алексей поверил и, извинившись перед Катей, уехал с Фаиной – вроде бы для того, чтобы помочь ей, ведь как-никак он работал в банке и занимался как раз кредитами. «Я скоро вернусь...» – сказал он Кате. Но не вернулся.

Катя тогда ликовала – ведь именно этого она и добивалась. Она хотела остаться одна. Хотя невооруженным глазом было видно, как Фаинке понравился Алексей...

– Алло! – сказала Катя. Она убежала на кухню, плотно прикрыла за собой дверь. – Фаина, ты?

– Я, кто же еще! – засмеялась подруга. – Что там у тебя опять стряслось?

– Он у тебя?

– Кто? – не сразу отозвалась Фаина.

– Алексей – кто же еще! Только не ври...

– У меня, – шепотом ответила Фаина. – А что такого? Ты же сама меня попросила – уведи его да уведи! Ну, я и увела его.

– Буквально!

– Да, буквально... Тебе, как я поняла, он уже не нужен. Ты, матушка, совсем голову потеряла – разбрасываться такими мужчинами направо и налево...

– И он остался у тебя?

– Конечно! Я ему потом объяснила, что у тебя появился другой мужчина...

– Это кто же, интересно? – возмутилась Катя.

– Ганин.

– Ты с ума сошла! Ганин – просто отец моего ребенка, и все...

– Ага, так я и поверила! – хихикнула Фаина. – Нет, ты мне лучше вот что скажи – тебе что, Алексей обратно понадобился, что ли?

– Нет! – разозлилась Катя. – Дело в другом – его ищет жена.

– Нелли?

– Нелли! И я не знаю, что мне ей сказать...

– Так ничего не говори! – нетерпеливо перебила подруга. – Она у тебя сейчас?

– Да.

– Тяжелый случай, – вздохнула Фаина. – Я, конечно, не психолог, а специалист совершенно в другой области медицины, но я тебе вот что скажу...

– Иди ты к чертовой бабушке!.. – разозлилась Катя и бросила трубку на рычаг.

Обернулась и вдруг увидела стоящую в дверях Нелли. Когда та только успела подкрасться?

– Нелли...

– Что ты так опять испугалась, Катя? – пробормотала Нелли. – Ты кому сейчас звонила?

– Одной женщине, – ответила Катя. А потом добавила: – Своей подруге.

– Леша ведь у нее, так?

– Так.

Последнее слово упало, как камень.

Нелли вздохнула и затрясла головой.

– Уля была права, – пробормотала она.

– Кто, простите?..

– Неважно, – поморщилась Нелли. – Уля Акулова – соседка. Я, в общем, не верила ей, хотя видела – она права, тысячу раз права...

– В чем?

– В том, что ничего вечного на земле нет. И уж тем более – вечной любви! – Нелли тихо засмеялась.

У Кати пробежал невольный холодок вдоль позвоночника – эта женщина в черном кружевном платке думала только об одном. Только одна неотступная мысль преследовала Нелли: «Мой милый, что тебе я сделала?»

– А... а вы знаете, любви, как таковой, возможно, вообще не существует, – вдруг сказала Катя, вспомнив свой разговор с Лаэртовым.

– Что?

– Нет, правда! – обрадовалась Катя, видя, как Нелли, тонущая в своей навязчивой идее, словно в болоте, сделала попытку выкарабкаться наружу. – Любовь придумали люди. Она – чистая выдумка! Раньше ее вообще не было...

– Как это?

– А вот так! Раньше, в древности, были инстинкты. Потом, конечно, к ним примешались кое-какие матримониальные интересы: проблемы наследства, знатности, и все такое прочее. Но не было никакого культа любви, такого поклонения ей, которое существует сейчас...

– Ты что-то путаешь, Катя, – пожала плечами Нелли. – Любовь была всегда, во все времена. Я, конечно, не специалист, но взять, например... – она наморщила лоб. – Да хотя бы Троянскую войну! Из-за чего она там началась?

– Из-за Прекрасной Елены, – вспомнила Катя. – Но это все единичные случаи. Искусство. Равно как и исландские саги, и прочие произведения... А в народе ничего подобного не существовало – отношения были максимально просты, на первом месте стоял вопрос выживания.

– Неужели?

– Я вас уверяю! – горячо воскликнула Катя. – Понятие любви сначала возникло у поэтов, писателей, художников... О, они вознесли ее до небес, сделали так, что ничего выше ее не стало, и теперь всякий человек с воображением свято уверен в том, что ради любви он готов на все.

– Разве ты не была готова?

– Нет! В том-то и дело, что – нет! Я рассталась с Алексеем именно потому, что знала – эта любовь принесет горе другим людям. Вам... – Катя замолчала, задыхаясь.

– Значит, ты его не любила... – покачала головой Нелли.

Катя хотела возразить ей, но поняла, что расписывать безутешной женщине свои чувства к ее мужу – не слишком удачная мысль.

– Чем я могу помочь вам? – вместо этого печально спросила она.

– Ничем, – ответила Нелли просто. – В мире столько всяких фантастических, самых невероятных теорий... Если поверить им всем, то запросто можно потерять всякое желание жить. Хотя... Ладно, если любовь – выдумка писателей, то, надо сказать, это очень удачная выдумка... – Нелли тихо засмеялась. – Я, кстати, предполагала нечто подобное.

– Наваждение! – с ненавистью произнесла Катя. – Лучше бы ничего такого не было...

Нелли с усмешкой покосилась на нее.

– По-моему, ты, девочка, сама себя обманываешь, – холодно произнесла она. – Иначе бы так не бесилась. Алеша мой, конечно, тут совершенно ни при чем. Другой человек занимает твои мысли, и я, кажется, даже знаю, кто это...