В объятиях графа - Элизабет Хойт

– Это не важно. – Эдвард сделал нетерпеливый жест рукой. – Все, что вам нужно знать, – это то, что мы должны войти неузнанными.

– А Гарри и я тоже в масках, потому что…

– Потому что, если этот человек находится от меня так близко, что знает о моей помолвке с мисс Джерард, он также осведомлен, что мы трое товарищи.

Гарри пробормотал очевидное одобрение.

– Ах. В этом случае, возможно, мы должны надеть маску и на собаку. – Виконт многозначительно посмотрел на Джока, сидящего прямо на скамье рядом с Гарри. Пес настороженно выглянул из окна,

– Будь серьезней, – проворчал Эдвард.

– Слушаюсь, – пробормотал Иддесли и тоже выглянул в окно кареты.

Они находились рядом с Ист-Эндом, в районе, который был не то чтобы неприличным, но и не вполне пристойным. Эдвард уловил движение женщины в дверном проеме, когда они проезжали мимо: проститутка, демонстрирующая свои прелести. Часть очарования «Грота» заключалась в том, что он колебался на узкой грани между недозволенным и действительно опасным. Тот факт, что в любую ночь небольшую часть клиентов грабили подчистую, кажется, не уменьшал его привлекательности.

Отблеск огней над головой подсказал им, что они приближаются к «Гроту». В следующее мгновение псевдогреческий фасад показался вдали. Белый мрамор и избыток позолоты придавали «Гроту Афродиты» восхитительно вульгарный вид.

– Как вы собираетесь найти шантажиста? – спросил Гарри вполголоса, когда они спускались из кареты.

Эдвард пожал плечами:

– В девять мы узнаем, насколько велико поле деятельности. – Он прошел к входу с высокомерием многих поколений аристократов своего древнего рода.

Два дородных парня в тогах охраняли двери. Накидка на мужчине, стоящем ближе, была немного коротковата, и из-под нее торчали удивительно волосатые лодыжки.

Страж подозрительно скосил глаза на Эдварда:

– Вы случайно не граф…

– Я так рад, что вы узнали меня. – Эдвард положил одну руку ему на плечо и протянул другую для кажущегося дружеским рукопожатия.

Вытянутая ладонь держала гинею. Кулак стража плавно закрылся и исчез в складках его тоги. Мужчина сально улыбнулся:

– Все замечательно, приветствую вас, милорд. Но после прошлого раза, возможно, вы не будете возражать…

Мужчина потер двумя пальцами, намекая.

Эдвард нахмурился. Какая наглость! Он наклонился к лицу вышибалы так близко, что смог обонять неприятный запах его зубов:

– Возможно, буду.

Джок зарычал.

Страж попятился, убирая руки в успокаивающем жесте:

– Все хорошо! Все хорошо, милорд! Заходите.

Эдвард коротко кивнул и поднялся по ступенькам. Рядом с ним Иддесли пробормотал:

– Надеюсь, когда-нибудь ты расскажешь мне об этом недоразумении.

Гарри хихикнул.

Эдвард не обратил на них внимания. Они вошли, и он сконцентрировался на более важных делах.

***

– Но куда он пошел? – Анна стояла в прихожей особняка Эдварда, расспрашивая Дреари. Она все еще была в своей несвежей дорожной одежде.

– Я понятия не имею, мэм. – Дворецкий, казалось, искренне недоумевал.

Она уставилась на него в растерянности. Она провела весь день в пути, составила и переделала свое извинение для Эдварда, даже грезила о компенсации после этого, а глупый мужчина исчез теперь неизвестно куда. Какое разочарование, если не сказать больше.

– Разве никто не знает, где находится лорд Свартингэм? – Она готова была заплакать.

Фэнни переминалась с ноги на ногу рядом с ней.

– Может быть, он пошел искать вас, мэм.

Анна перевела взгляд на Фэнни. В это время движение в глубине холла привлекло ее внимание. Камердинер Эдварда на цыпочках уходил прочь. Трусливо.

– Мистер Дэвис. – Она подобрала юбки и устремилась за мужчиной несколько более оживленно, чем полагалось леди. – Мистер Дэвис, подождите минутку.

Пропади ты пропадом! Старик оказался проворнее, чем она ожидала. Он бросился за угол, вверх по черной лестнице, симулируя глухоту.

Анна тяжело дышала позади него.

– Остановитесь!

Камердинер свернул на вершине лестницы. Они очутились в узком коридоре, очевидно, части дома, где располагались комнаты прислуги. Дэвис направился к двери в конце коридора, но Анна оказалась быстрее на ровной поверхности. Она прибавила шагу и достигла двери раньше маленького человека. Там она остановилась, встала спиной к закрытой двери и преградила ему путь в убежище, раскинув руки.

– Мистер Дэвис!

– О, вы спрашивали меня, мэм? – Он широко открыл слезящиеся глаза.

– Весьма. – Она сделала глубокий вдох, пытаясь восстановить дыхание. – Где граф?

– Граф? – Дэвис огляделся вокруг, словно ожидая, что граф выпрыгнет из тени.

– Эдвард де Рааф, лорд Свартингэм, граф Свартингэм? – Анна наклонилась ближе. – Ваш хозяин?

– Не нужно сердиться. – Дэвис действительно выглядел обиженным.

– Мистер Дэвис!

– У милорда могла возникнуть мысль, – сказал осторожно камердинер, – что он понадобится где-то еще.

Анна барабанила ногой.

– Скажите мне немедленно, где он.

Дэвис закатил глаза к потолку, потом в сторону, но нигде не нашел поддержки. Он издал вздох.

– Он, возможно, обнаружил письмо. – Слуга не смотрел ей в глаза. – Он, возможно, пошел в неприличный дом. С ужасно странным названием «Афродитти» или «Афро…».

Но Анна уже бежала вниз по служебной лестнице, подскальзываясь на поворотах, когда огибала их. «О мой бог. О мой бог».

Если Эдвард нашел письмо шантажиста…

Если он пошел, чтобы противостоять шантажисту…

Шантажист, очевидно, не имел понятия о чести и был опасен. Что он сделает, когда его припрут к стенке? Конечно Эдвард не стал бы связываться с таким человеком… Она всхлипнула. О нет, с него станется. Если с ним что-нибудь случится, это будет ее вина.

Анна побежала прямо через холл, мимо Дреари, все еще пребывающего в смятении, и хлопнула дверью.

– Мэм! – Фэнни побежала за ней.

Анна коротко обернулась:

– Фэнни, оставайся здесь. Если граф вернется, скажи ему – я скоро приду. – Она снова повернулась и сложила руки, чтобы закричать карете, отъезжающей от особняка: – Стоп!

Кучер резко дернул поводья, заставляя лошадей наполовину встать на дыбы. Он оглянулся:

– Что еще, мэм? Вы не хотите отдохнуть немного теперь, когда вы в Лондоне? Миссис Клиавотер…