Зачем я ему? - Алина Ланская

— Да.

Улыбается так, словно знал, что именно это я и скажу.

— Моя девочка! Иди сюда, — прижимает меня к себе еще сильнее, а меня потряхивает от волнения, я, правда, это сказала? — Не предлагал, потому что уже решил, что никуда не поеду.

— А если бы поехал? Позвал бы? — теперь уже я пытаюсь прочитать ответ по его лицу.

— Без тебя бы вряд ли уехал, — поглаживает большим пальцем мою шею. — Тебя даже под присмотром бывшего спецназовца оставить нельзя.

Он усмехается, а у меня в глазах — слезы. От огромного облегчения. Я даже представить себе не могла, как на самом деле была напряжена. Не сегодня, не эти дни, когда он уезжал, не тогда, когда мы были вместе в Москве. А уже несколько месяцев, когда он буквально ворвался в мою жизнь, когда я сжималась от одного взгляда Никиты, а потом, как наркоман, ловила его внимание. И мне было мало. Смотрю, как он вытирает слезы со щеки и не верю, по-прежнему не верю, что у нас может что-то получиться. Я даже надеяться себе не разрешала и сейчас не разрешаю.

— Почему? — выдавливаю из себя это слово.

— Нет ответа, Варь, — шумно выдыхает. — И подвоха нет никакого.

Снова прижимает меня к себе, зарывается пальцами в волосы и рассказывает, как случайно обратил на меня внимание из-за активности Машки, как я напомнила ему детство, как стал присматривать за мной, а я все равно попадала в разные истории.

— Шарахалась от меня, как от чумного. К себе вообще не подпускала, сбегала постоянно… Я тебя чем-то обидел тогда?

— Я тебя боялась, — признаю очевидное. — Очень боялась. И никак не могла понять, что тебе надо от меня. И напряглась, что ты всегда рядом оказывался… А ты столько всего сделал для меня… А я… За все ведь надо платить, да? И вокруг тебя всегда столько девушек… самых разных, но не таких, как я. — Снова вспомнила об Оксане и о той шатенке из бара.

— Не таких, — кивает головой. — Они не ты.

Молчит так долго, что я начинаю нервничать.

— Их больше нет, Варь. И я не хочу видеть рядом с тобой никого, особенно Исмаилова.

Вздрагиваю от этой фамилии, мне не нравится, как ее произносит Ник. Он что, ревнует? Невозможно представить, чтобы такой, как Леднев, мог ревновать. Это как-то неестественно что ли. Молча киваю головой потому, что Стас остался в прошлом и это никак не связано с Ником. Наверное, кто-то мог бы вернуть все назад или попытаться это сделать, но не я.

Четверг пролетает в каком-то удивительном, непередаваемо счастливом сне. Я заехала домой лишь для того, чтобы переодеться. Машки не было, и, судя по всему, она ночевала не здесь. Хоть бы у нее что-то путное получилось с Лехой. Ну или не с Лехой. Хочу увидеть ее счастливые глаза, чтобы они сейчас светились, как мои… Написала ей в ватсап. Сообщение доставлено, но пока не прочитано. Быстро открываю шкаф. Что бы надеть такого? Я даже не знаю, что мы будем делать дальше. Ник стоит у окна, рассматривает наше с Машкой жилище. Я побаивалась его приводить сюда. Епифанцева наведением порядка себя редко утруждала, домработница так и не вернулась до сих пор, но Леднев просто отказался ждать в машине. Предупредить Машку тоже не смогла — банально не брала трубку. Хорошо все-таки, что хоть какое-то подобие порядка. Не представляю, как бы было стыдно, увидь он Манины лифчики на комнатной двери.

— И как вы тут вместе живете? Квартира маленькая, даже кровать одна, — смотрит на меня с каким-то сомнением, и мне это не нравится.

— Нормально живем, все хорошо.

Вытаскиваю джинсы с футболкой, чистое белье и топаю в ванную. Тупо, да, но я все равно стесняюсь переодеваться при нем.

— Ты удивительно похожа на отца и в то же время копия матери.

Первое, что я слышу, выйдя из ванной. Ник держит в руках единственную фотографию моих родителей. Рассматривает внимательно, как если бы хотел разглядеть что-то.

— Это из-за глаз такой эффект, они у меня мамины, на пол-лица.

Забираю фотографию. Дело не в нем, просто не хочу, чтобы кто-то, кроме меня, касался единственной вещи, что осталась от родителей. Даже Никита.

— Да, у тебя удивительно красивые глаза, необычные, — задумчиво смотрит, но фотографию больше не трогает. — Совсем их не помнишь?

— Совсем. Маму очень смутно, скорее, образ даже. Мы идем?

Мне почему-то хочется поскорее увести Ника отсюда.

— Да, принесешь мне воды?

Мы в машине, у подъезда опять столкнулась с англичанкой. Она открыла, было, рот, увидев меня, но тут же захлопнула и даже взгляд отвела. Прошмыгнула мимо, чуть задев плечом. Скорее всего, из-за Леднева, у него такой взгляд бывает… Не то что разговаривать, исчезнуть хочется, желательно с этой планеты. Я тоже хотела бы научиться так смотреть, но тут явно генетика помогла.

— Куда поедем? Что ты хочешь?

Я не знаю куда, просто с ним хочу. Да куда угодно, лишь бы он был рядом.

— Может, в «Рио»? — неуверенно предлагаю. — Мне там понравилось.

Кивает головой, выезжаем на дорогу.

— Ты сейчас не работаешь по вечерам в «Гамме»?

Мягко ведет машину, обожаю его Volvo.

— Нет, у меня сессия ведь, еще три экзамена, один автоматом получила. А ты?

— Госы на следующей неделе. Потом на защиту в конце месяца.

— Что дальше?

Смотрю на его руки. Зачем мужчине такие красивые руки? Пальцы длинные, как у пианиста. Интересно, он музыкой занимался? Я ведь по-прежнему так мало о нем знаю.

— Заберу у отца компанию. Это главное.

— А ты уверен…

— Что отдаст? Уверен. Осталось только продержаться до августа.

По тону понимаю, как для него это важно. Неужели отец этого не видит? Или он, и правда, готов ломать всех под себя? Бабушка тоже была очень властная, только так, как она говорила, и должно было быть. Но я все равно ее любила.

— Я… Может, тебе помочь надо?

Понимаю, что глупость сморозила, но само как-то… Но он не смеется, удивительно даже.

— Просто рядом будь.

Это сон, какой-то нереальный сон. И я не хочу просыпаться, никогда!

Смотрю на экран телефона, нет, не так. Пытаюсь посмотреть на экран телефона. Сегодня воскресенье. Судя по цифрам, 8:15. Мы заснули, когда уже светало, то есть недавно. За эти дни я так и не ночевала дома, как-то не получалось. Только переодеться заезжала к Машке. Ее вообще не видела, писала лишь, что все отлично и она обязательно мне все расскажет. И вот сейчас она звонит.

— Маш?

— Варь! Ты где?

— Э, я у Никиты. Ты чего кричишь? — оглядываюсь: Леднева рядом нет, судя по шуму воды, он в душе.

— Я тоже не дома. Соседи звонили. У нас пожар! Пожар! Проводку замкнуло. В ванной! Там пожарные, Варя! Они нам дверь взломали, — тут Маня смачно выругалась — все сгорело на… — и еще раз. — Я за городом! Мне добираться два часа! Ты можешь подъехать? Пожалуйста! Я приеду как смогу. Там же все наши вещи! Варя! Ты слышишь?