Дикая звезда - Кэтрин Коултер

— Где ты была, черт побери?

Байрони крепко вцепилась в рукоятку плетки, услышав холодный гнев в голосе Брента.

— Ездила верхом с Дрю, — спокойно ответила она. — А что?

— Я искал тебя.

— Мог спросить Лорел. Она знала.

— Лорел принимает ванну. Может быть, мне стоило присоединиться к ней, как думаешь? А где Дрю?

— В конюшне. Его лошадь потеряла подкову.

Один из ра.., слуг ему помогает.

Брент, скрестив на груди руки и широко расставив ноги, изучал бесстрастное лицо жены.

— Почему ты не сказала мне, что собираешься поехать прогуляться верхом?

Байрони щелкнула плеткой по ноге. Почему он разыгрывает роль обиженного мужа?

— Я не знала, где ты был, — отвечала она. — Спать ты не пришел, да и утром тебя не нашли.

Глаза Байрони блестели, и ему показалось, что она немного сердилась. Ревность? Думать так было приятно.

— Ну и что? — упрямо спросил он.

Байрони смерила его взглядом.

— Тогда почему тебя интересует, где была я?

Когда мы с тобой плыли на «Коннектикуте», у тебя не было другого выбора, как оставаться со мной, — с удивительным безразличием пожала плечами Байрони. — А на суше, по-видимому, снова хочется… развлечься. Так почему же я не могу делать то, что мне нравится?

— Потому что ты моя жена, — процедил Брент сквозь зубы, — и ты… — Он резко умолк, увидев высокомерие на лице Байрони. — С меня хватит!

Ты всегда будешь говорить мне о том, чем намерена.., заняться, и не будешь уходить с другими мужчинами.

Байрони выдержала характер. Она хотела обуздать Брента, хотела заставить его страдать, испытать ту боль, которая терзала ее всю ночь. Но она лишь отрывисто сказала:

— Барак, где живут рабы, в ужасном состоянии.

Я встретилась с вашим управляющим, мистером Пакстоном. Он был очень мил.., со мною.

— Прошли едва сутки, как мы здесь, а ты уже ищешь недостатки, — заметил Брент, спускаясь по ступенькам веранды.

— То, что я увидела, достойно сожаления, — непреклонным голосом продолжала Байрони. — И это еще барак рабов, обслуживающих дом. Как я поняла из слов Дрю, рабы, работающие на плантации, живут как скотина.

— Переоденься во что-нибудь более подходящее, — проигнорировал Брент слова Байрони. — Мы едем в Начиз пообедать с Форрестерами.

Только он мог так выводить ее из равновесия. Байрони вздернула подбородок.

— Где ты был ночью, Брент?

— Это, дорогая моя, не твое дело. Как не твое дело Селест, да, кстати, и эта плантация. Иди переоденься.

Мамми Бас распорядилась, чтобы тебя обслуживала Лиззи. И, Байрони, осторожнее с плеткой, — посоветовал он, когда она уходила.

Она ничего не ответила, а подняла еще выше подбородок и вошла в дом. Брент тихо проводил ее глазами. Как она посмела уехать с Дрю? Разумеется, Лорел он после этого видел, но та не сказала ему ни слова, а невзначай заметила, что Дрю, как ей кажется, увлечен Байрони. Почему ты, идиот этакий, не сказал ей, что почти всю ночь разговаривал с Джошем, своим другом детства, которого тебе особенно хочется освободить? Брент укоризненно по качал головой, недовольный собою. От Джоша во время одной ночной прогулки он узнал о состоянии Уэйкхерста больше, чем узнал бы от Фрэнка Пакстона, развратного проходимца, как его охарактеризовал Джош. Впрочем, он был ничем не хуже любого другого управляющего. Черт, что же делать?

Что делать с Байрони, с Уэйкхерстом? Брент вздохнул, ероша волосы. Хорошо, он сделал хоть одно доброе дело. Джош сказал ему, что Пакстон обхаживает Лиззи, и Брент распорядился приставить ее к Байрони. В большом доме, при Байрони, она будет в безопасности.

Брент увидел направлявшегося к нему Фрэнка Пакстона, строго одетого во все черное. Он появился на плантации почти двенадцать лет назад, еще до ухода Брента, и пользовался полным доверием отца. Брент вспомнил, как Джош рассказывал, что Пакстон купил рабов у отца Брента, тогда уже больного, и перепродал их с большой прибылью в Новом Орлеане. Фрэнк Пакстон — настоящий щеголь, думал Брент, глядя на подходившего управляющего.

— О мой мальчик, добро пожаловать домой! Как летит время!

Брент пожал протянутую руку.

«Либо я вырос, либо он стал меньше», — подумал он, глядя на управляющего.

«Крепкий парень», — подумал Фрэнк Пакстон, продолжая улыбаться.

— Я приготовил все бумаги, Брент, и представлю их, когда у вас будет время. Утром встретил вашу жену.

Очаровательная леди, очаровательная. Она не понимает нашего образа жизни здесь, на Миссисипи, но… — в его голосе прозвучала нотка неуверенности, потому что он знал условия завещания Эйвери Хаммонда. Как Брент поступит с Уэйкхерстом?

— Мы едем в Начиз, — сказал Брент. — Я забыл, что на Юге всякой работе предшествует светское общение.

— Совершенно верно, — рассмеявшись, заметил Фрэнк, — Значит, завтра утром, Фрэнк, если вы не имеете ничего против.

— Разумеется, мой мальчик. Да, кстати, эта черная девчонка… Лиззи — я хочу поручить ей одно дело.

«Да уж, представляю, какое у тебя к ней дело», — с отвращением подумал Брент.

— Ее определили горничной к моей жене, — ровно проговорил он. Он ожидал возражений от Пакстона. Тот поджал тонкие губы, прищурил светло-серые глаза, но сохранил спокойствие.

— Девочка слишком молода, чтобы прислуживать вашей жене, — ограничился бесстрастным замечанием Пакстон.

«Так молода, что годится тебе в дочери, — подумал Брент. — Пожалуй, молода и для Джоша, но тот хоть любит ее и хочет жениться».

— Значит, до завтра, — сказал Брент и ушел в дом.

Двумя часами позднее все Хаммонды выехали из Уэйкмоста в Начиз. Дорога шла на протяжении десяти километров по краю крутого обрыва над рекой.

— Вам понравилась прогулка с Дрю, дорогая? — спросила Лорел Байрони.

— Она была очень познавательной.

— О? — вопросительно подняла брови Лорел, вкладывая в интонацию какой-то намек.

— Да, именно, — непринужденно вмешался Дрю. — Мне хотелось познакомить Байрони с нашей флорой и фауной, но она захотела увидеть бараки рабов. Ее встретили по-королевски, зная, разумеется, что она хозяйка здесь. — Дрю видел, как Лорел поджала губы, и продолжил, обращаясь на этот раз к брату:

— Как я понял, ты, старина, провел всю ночь с Джошем, вспоминая давно ушедшие дни?

Брент улыбнулся жене, увидев ее расширившиеся от удивления глаза.

— Да, повспоминали и поговорили о текущих делах. Джош — старший рабочий, — добавил он специально для Байрони. — Мы выросли вместе. Надеюсь, они с Лиззи поедут с нами в Сан-Франциско.