Флеш Рояль - Тала Тоцка

Голос сразу погрустнел, он прямо увидел, как она садится на диван, отводит со лба прядь волос и прижимается щекой к трубке.

— Хорошо. Я тебя очень люблю, Макс.

— Я тебя тоже…, — и отбросил трубку на сидение.

Они с Тимуром встретились на первой стыковке, что ближе к городу, значит, Максим свою часть пути ехал быстрее. Рядом змеилась проселочная дорога, они свернули туда и вышли из машин.

— Все поменялось Тимур, — Макс сунул руки в карманы джинсов и смотрел в сторону, — не так, как мы думали. Я не буду заместителем Михаля после смерти Бетховена, Бетховен хочет, чтобы я занял его место.

— Он тебе сам предложил? — Тимур присвистнул, но не обманулся. — Что он за это запросил?

— Я должен жениться на Марго.

Теперь они оба смотрели в сторону.

— А Дина?

— Марго хочет, чтобы я отправил ее в другой город. Только скажи мне, через сколько дней или часов после ее собъет машина или ее найдут, как Лану…

— Значит, война? — Тимур сорвал травинку и закусил зубами. — Будем воевать, Макс.

— С кем? Бетховен уже почти полностью под ментами, нас пустят в разработку и суток не пройдет. Мне Бетховен прямо сказал, мое майское дело не закрыли, а отложили до лучших времен, как и все остальные. Тимур, мы или в расход пойдем, или сядем. Ты тоже, если впишешься за меня.

— Что ты предлагаешь? — он продолжал жевать травинку и вопросительно смотрел на Макса. Тот повернул голову и посмотрел Тимуру в глаза. И каждое слово давалось с трудом и жгло, как каленое железо.

— Ты должен жениться на ней, Тимур. На Дине.

Повисла тяжелая пауза, лишь сверчки трещали где-то в траве.

— Она меня не любит, — Тимур выбросил травинку и спокойно посмотрел на Максима, — и она не согласится, я уже звал ее замуж, еще до тебя. Не тащить же мне ее в ЗАГС волоком.

— Мы сделаем так, что согласится. Она не должна уехать, Тимур, Марго только это и надо, они ее убьют, а если Дина останется с тобой, под твоей защитой, они ничего не смогут сделать. Ты станешь главным вместо меня, и если для обоих Чайковских моя бывшая девушка просто мелкая помеха, то с женой Багрова им придется считаться.

Тимур долго молчал, а затем заговорил, и в его голосе явно слышался упрек.

— Почему ты так быстро сдался, Макс? Ты даже не пытаешься бороться. У тебя отнимают любимую женщину, а ты… — он сверлил его взглядом и не старался скрыть струящееся презрение. — Или ты не готов отказаться от таких блестящих перспектив? Это же твоя мечта, стать во главе бетховенских!

Опять этот вечный комсомолец Багров со своими идеалами и замашками Супермена. Жаль, что ему тоже нельзя довериться до конца. Если Тимур считает, что Макс променял Дину на место главаря столичной банды, это даже к лучшему. Он и Дине так скажет. Никто не должен знать, для чего ему это место.

Конечно, когда ты с ног до головы закован в железные доспехи и снизу рубишь головы гидре волшебным мечом, у тебя есть шансы. Но если ты наносишь гидре прицельный удар, пролетая вверху на истребителе, вероятность уничтожения противника стопроцентная. Тимур предпочитал доспехи и меч, он — истребитель, и в этом была вся разница. Максим устало потер переносицу.

— И как ты предлагаешь бороться? О том, чтобы бросить наших парней на расправу силовикам, я даже слышать не хочу.

— Забирай ее и уезжайте, спрячьтесь там, где вас никто не сможет найти и просто живите. Устройся на работу, да хоть охранником, и живи с любимой обычной семьей, как обычный человек, а не крутой Горец. Плюнь на деньги, на власть, если ты ее по-настоящему любишь. Я бы так и сделал.

— И как долго мы проживем, пока нас не найдут? Год? Или может быть месяц? Или пару дней? — Тимур уже начинал раздражать своим упрямством. — Склоняюсь к паре дней, и знаешь, кого пустят по следу? Тебя, — и добавил жестко, пресекая возмущенные возражения: — Мать твою за город вывезут, день в подвале подержат, и ты найдешь нас быстрее, чем мы успеем разобрать чемоданы.

Тимур уперся руками в капот и избегал смотреть на Максима.

— Послушай, я же не патроны в окопе подавал, — Макс встал рядом, — точно как и ты. Чайковский знает, если нас возьмет в разработку УБОП, только не такие, как этот продажный Яременко, а настоящие менты, мы не только Бетховена сдадим, мы и крышу его подставим. Так что выйти из игры мне просто не дадут, Тимур, не надо обманываться.

Снова повисла гнетущая тишина. Наконец, Тимур развернулся, вперил в Макса тяжелый взгляд и сказал:

— Хорошо, только у меня есть условие. Ты отдаешь мне ее насовсем, по-настоящему, — и глядя на непонимающее лицо Макса, добавил: — Если ты собирался жениться на Марго и спать с Диной за моей спиной, этого не будет. Я женюсь на Дине, у нас будет семья, а ты забудешь о ней и постараешься держаться от моей жены как можно дальше.

— Иначе что? — горько усмехнувшись, спросил Максим.

— Иначе я выхожу из игры и сам буду думать, как ее спрятать от Бетховена.

Максим вдохнул полной грудью. Пахло яблоками, наверное, где-то рядом яблоневый сад.

— Я согласен. Но ты пальцем ее не тронешь против воли. Пока она сама тебя не захочет, ваш брак будет фиктивным.

Тимур зыркнул недобро исподлобья, но затем молча кивнул. Достал пачку сигарет и протянул Максиму.

— Откуда? Ты же не куришь? — тот взял сигарету, щелкнул зажигалкой и с наслаждением затянулся.

— Курю, когда прижмет. В последний раз курил с полгода назад. А как ты собираешься скормить мою женитьбу Чайковским? Они ведь тоже не идиоты, кто поверит, что вы заявление подали, к свадьбе готовились, а тут она за меня замуж выходит?

— Поверят. Мы сделаем так, что поверят, главное, чтобы поверила Дина. А для этого ты сделаешь вот что, — он кратко изложил Тимуру план. И отметил, какое неприкрытое отвращение проявилось на лице Тимура.

— Ну ты и сволочь, Макс, — он даже сплюнул, — это ж какой извращенный ум надо иметь, чтобы такое придумать.

— Твое дело выполнять, а не благородство изображать. Советчики мне не нужны, а если мне припечет послушать проповедь, пойду в церковь, так что умолкни.

Докуривали в тишине. Затем попрощались, Тимур направился к машине и на полпути обернулся.

— А ты на Марго правда жениться собрался, или это так, стратегическое отступление?

Максима этот вопрос почему-то разозлил.

— Правда. А почему спрашиваешь?

— Понять пытаюсь, как ты сможешь с ней после Дины…

— Тебя позову, — оборвал его Максим. — Едь давай.

Тимур вырулил с дороги и понесся по трассе, Максим долго смотрел ему вслед. Здесь и осталось-то всего двести километров до города. И до Дины. Макс пролетел за два с лишним часа триста километров, на эти двести ему хватит меньше полутора часов.