Сокровище - Аманда Квик

Калверт, напротив, верил в легенду безоговорочно. Верил настолько, что в поисках сокровищ даже рискнул исследовать вселяющие ужас пещеры Скарклиффа.

Ничего общего между ними Элис больше не находила. Но, возможно, все-таки что-то связывало их в прошлом. Ведь когда-то в этих местах уже было совершено подобное жуткое преступление.

В полдень того же дня невысокая, удивительно жизнерадостная молоденькая послушница проводила Элис к настоятельнице.

Джоан, приветливо улыбаясь, поднялась Элис навстречу:

— Леди Элис! Прошу вас, садитесь. Что привело вас к нам в этот час?

— Простите за беспокойство, мадам. — Элис подождала, пока послушница закроет дверь, а затем опустилась на деревянный стул.

— Вы пришли одна? — спросила Джоан, усаживаясь на свое место.

— Да. Слуги уверены, что я отправилась на прогулку, так что в замок я должна возвратиться как можно скорее. — Элис хотела вернуться до того, как проснется Хью. — Много времени я у вас не отниму.

— Я всегда рада видеть вас, леди Элис, и вы это знаете. — Джоан ласково смотрела на девушку, выражая готовность выслушать ее и помочь. — Вас что-то тревожит?

— Да, мадам. — Элис обхватила себя за плечи. — Я должна расспросить вас…

— О чем именно?

— О сестре Кэтрин, целительнице. Джоан нахмурилась:

— Тогда будет лучше, если вы сами спросите ее обо всем. Я немедленно пошлю за ней.

— Но это невозможно! — Юбки настоятельницы Джоан мягко шуршали, когда они с Элис шли вдоль Длинного коридора. — Сестра Кэтрин-опытная целительница. Она не могла никого отравить…

— Разве вам не показалось странным ее внезапное исчезновение? — спросила Элис.

— Она наверняка где-то здесь в монастыре.

— Но мы уже проверили часовню, сад и даже винодельню. Где еще она может быть? — А если она молилась в своей келье и не слышала, как послушница стучала к ней в дверь? Или же страдает от очередного приступа меланхолии. Лекарства, которыми она пользуется, нередко действуют как снотворное.

— Меня все это пугает.

— А меня пугают ваши подозрения, — возразила Джоан. — Сестра Кэтрин живет в монастыре уже больше тридцати лет.

— Да, именно это обстоятельство и навело меня на мысль, а не замешана ли целительница в той давней истории? — Элис взглянула на длинный ряд дверей по обеим сторонам коридора. Каждая дверь была снабжена маленьким, забранным решеткой оконцем и открывалась в крохотную келью.

Здесь было очень тихо. Большинство келий в это время дня пустовали. У монахинь всегда хватало дел: в саду, на кухне, в библиотеке или в музыкальной комнате.

Джоан повернулась к Элис:

— Вы сказали, что родителей Хью отравили тридцать лет назад, это правда?

— Да. Все считают, что яд подсыпала мать сэра Хью. Женщина, потерявшая честь. Но сейчас уже я начинаю в этом сомневаться.

— А почему вы думаете, что сестре Кэтрин известно об этом происшествии больше других?

— Вы помните тот день, когда я встретила ее в саду при монастыре?

— Разумеется.

— Тогда она сказала, что мужчине ничего не стоит нарушить клятву, данную при помолвке. В ее словах звучала такая горечь.

— Я уже говорила вам: сестра Кэтрин страдает от приступов меланхолии. Она частенько бывает не в духе и произносит не слишком приятные вещи.

— Да, но тогда мне показалось, что это особенно задело ее. Она посоветовала не откладывать свадьбу, если я не хочу, чтобы меня предали.

— Ну и что с того? — Джоан остановилась перед последней дверью в конце коридора. — Совет вполне разумный.

— Она говорила так, словно сама прошла через подобное унижение, — настаивала Элис. — Вот я и задумалась, уж не предательство ли жениха толкнуло ее уйти в монастырь?

— Причина довольно распространенная, здесь нет ничего удивительного. — Джоан отрывисто постучала в тяжелую дубовую дверь кельи. — Многие женщины из-за этого становятся монахинями.

— Я понимаю, но хотела бы узнать у самой сестры Кэтрин, не в этом ли причина ее ухода.

— А если и в этом? — Джоан внимательно смотрела на Элис.

— Тогда я бы спросила, кто тот мужчина, нарушивший свою клятву, не отец ли сэра Хью, сэр Мэтью Ривенхоллский?

Джоан нахмурилась:

— По слухам, сэр Мэтью не разрывал своей помолвки. Я слышала, он намеревался жениться на леди, которую выбрало в жены его семейство. Все уверены, что мать Хью он хотел оставить своей любовницей. Говорят, именно поэтому она подсыпала своему бывшему возлюбленному яд в вино.

— Так говорят, — согласилась Элис. — Но что происходило в действительности? А если сэр Мэтью, вернувшись из Франции и узнав о рождении сына, решил жениться на соблазненной им женщине?

— Хотите сказать, его невеста могла отомстить ему?

— Такую возможность исключать нельзя, вам не кажется?

— По-моему, это переходит все границы.

— Вы сами говорили о несколько странном поведении сестры Кэтрин, — напомнила Элис.

Джоан приблизилась к решетчатому окошечку и заглянула внутрь.

— Ее келья пуста. Сестры Кэтрин там нет. Ничего не понимаю.

, она покинула монастырь.

— Но куда она могла уйти? Кто-нибудь непременно заметил бы ее, если б она выводила лошадь из конюшни.

Элис, привстав на цыпочки, заглянула в келью.

— На ее кровати лежит свернутый пергамент.

— Сестра Кэтрин очень аккуратна, она никогда не оставляет вещи где попало.

— Если только не хочет, чтобы кто-то их обнаружил, — многозначительно заметила Элис.

Множеством ключей, которое висело у нее на поясе, отделила один и, вставив его в замочную скважину, открыла келью сестры Кэтрин.

Через мгновение Элис шагнула через порог. В крохотной комнатушке стояли только низкая кровать и деревянный шкафчик. Девушка потянулась к пергаменту, но вдруг остановилась и вопрошающе посмотрела на Джоан. Настоятельница кивнула. Элис взяла пергамент и осторожно начала разворачивать его. Тяжелый золотой перстень с большим зеленым камнем выпал из свитка на соломенный тюфяк кровати. Элис удивленно разглядывала его.

— Этот перстень принадлежал сестре Кэтрин?

— Если и принадлежал, то никто не знал об этом. Я никогда прежде не видела его.

— А мне он уже встречался.. — Элис взглянула на настоятельницу. — Леди Эмма носит похожий перстень. Этот перстень подарил ей сэр Винсент при помолвке.

— Час от часу не легче, — пробормотала Джоан. — Что в письме?

— Всего лишь коротенькая записка.

— Прочтите ее.