Сокровище - Аманда Квик

— Не беспокойтесь, сэр, — без малейшего сочувствия произнес он. — Уверен, очень скоро вы сумеете привыкнуть к семейной жизни.

Некоторое время спустя Хью уже проезжал мимо монастыря рядом с человеком, которого он привык ненавидеть с самого детства. Ни один из них не проронил за всю дорогу ни слова.

— Вы что, и в самом деле собираетесь показывать мне выгребную яму? — наконец нарушил молчание Винсент.

Хью усмехнулся:

— Нет. Правда, у нас есть что обсудить. — Хью Долго перед тем раздумывал, стоит ли говорить ему об убийстве Калверта.

— Если вы собираетесь учить меня быть хозяином в своем поместье, не трудитесь. Я наконец-то раздобыл достаточно денег на турнире, так что вполне могу позаботиться о Ривенхолле, спускать эти деньги снова я не намерен.

Хью пожал плечами:

— Это ваше дело. Но мы с вами соседи, хотите вы того или нет, а потому вы должны знать, что совеем недавно в этих местах произошло убийство.

— Убийство? — Винсент бросил на Хью недоверчивый взгляд. — И кто же убит?

— Я нашел тело странствующего монаха по имени Калверт Оксвикский в одной из пещер. Полагаю, на него могли напасть грабители.

— Но кому понадобилось убивать монаха?

Хью ответил не сразу.

— Тому, кто искал сокровища.

Винсент хмыкнул:

— Глупые россказни! Если сокровища Скарклиффа когда-нибудь и существовали, то они давно бесследно исчезли.

— Да, но всегда найдется тот, кто поверит в эти легенды. Тот же монах мог быть одним из них.

— А убийца?

— Похоже, он тоже верит в легенду, — задумчиво произнес Хью.

Винсент нахмурился:

— Если грабитель убил монаха из-за несуществующих сокровищ, он, несомненно, сразу понял свою ошибку и поспешил унести ноги.

— Возможно. Но поскольку вы решили вернуться в свое поместье и заняться делами, я подумал, что вы должны знать о случившемся. Вряд ли кому-то из нас понравится, если в округе будет разгуливать убийца.

Винсент ничего не ответил. Какое-то время всадники ехали молча. Монахини, работавшие в саду, проводили их удивленными взглядами. Малыш Джон замахал руками, когда они проезжали мимо двора мельника.

— Сэр Хью! Сэр Хью! — закричал мальчик.

Хью помахал ему рукой в ответ, и Малыш Джон залился радостным смехом.

Винсент проводил мальчика глазами:

— Говорят, Эразм Торнвудский умирает.

— Слышал.

— Мне будет его недоставать, — с искренним сожалением проговорил Винсент. — Если забыть о том, что он запретил нам скрещивать оружие, во всем остальном он был достойным сеньором.

— Весьма достойным.

Винсент окинул оценивающим взглядом опрятные домики деревни.

— Вы очень много успели сделать за последние несколько месяцев, сэр Хью.

— Да. Но без помощи жены здесь не обошлось, — с радостью и удовлетворением произнес Хью. Постепенно жизнь налаживалась, а к весне — без всяких сомнений — Скарклифф станет процветающим поместьем.

— Хотел бы я знать, вы по-прежнему имеете виды на Ривенхолл или удовлетворитесь теми землями, что у вас уже есть?

Хью удивленно вскинул бровь:

— То есть не собираюсь ли я завладеть вашим поместьем после того, как умрет Эразм и данная ему клятва потеряет силу?

— Я имел в виду… не предпримете ли вы попытку сделать это, — сухо поправил его Винсент.

— Попытку? — Хью расхохотался. Его громкий смех привлек внимание деревенских жителей и даже монахинь у стен монастыря.

— Я рад, что вы находите вопрос забавным, — настороженно глядя на него, заметил Винсент. — И все же хочу получить ответ.

Хью постарался стать серьезным.

— Ривенхоллу ничто не грозит до тех пор, пока моя жена называет вашу жену своей подругой. И у меня тоже, если откровенно, нет ни малейшего желания продолжать бесконечную вражду. Да и вообще я не хочу больше это обсуждать.

Винсент изумленно поморгал глазами:

— Мне кажется, вы потихоньку начинаете приспосабливаться к супружеской жизни.

— Не такая уж это печальная участь.

— Да, бывает и похуже.

Утро следующего дня выдалось серым и мрачным. Хью даже пришлось зажечь свечу на столе, чтобы они с Бенедиктом могли работать.

Предстояло проверить запасы специй. Список был очень длинный. Они не дошли и до середины, как вдруг Хью показалось, что свеча горит как-то странно. Он отложил перо и потер руками глаза. Но, открыв их, увидел, что пламя стало большим, очень большим. Просто огромным.

— Что-то не так, сэр? — Бенедикт, перегнувшись через стол, озабоченно смотрел на него.

— Все хорошо. — Хью помотал головой, пытаясь избавиться от странного наваждения: ему почудилось, будто голова опутана какой-то паутиной, затуманившей сознание.

Он посмотрел на Бенедикта — лицо юноши плыло, его черты слились в сплошное пятно.

— Лорд Хью!

Хью заставил себя сосредоточиться. Он снова ясно видел лицо Бенедикта.

— Ты закончишь подсчеты сам?

— Да. — Бенедикт отодвинул чаши с травяным отваром, недавно принесенные в комнату слугой. — Я сделаю все подсчеты к завтрашнему дню, и Джулиан сможет захватить их с собой в Лондон. Сэр, вы уверены, что чувствуете себя хорошо?

— Почему, черт возьми, эта свеча скачет как бешеная? Сквозняка ведь нет.

Бенедикт уставился на свечу:

— Но пламя горит ровно, сэр.

Хью опять взглянул на свечу. Пламя дергалось и даже подпрыгивало. А еще оно приобрело какой-то странный оттенок — розовый. Розовое пламя?..

Хью оставил свечу в покое и перевел глаза на гобелен, висевший на стене. Фигура единорога, вытканная посередине, постепенно оживала, — чем дольше Хью смотрел на нее… Мифическое животное повернуло голову и уставилось на него вежливо и немного удивленно.

— Отвар! — прошептал Хью.

— Что вы сказали, милорд?

Хью взглянул на стоявшую перед ним чашу. Страшное подозрение пронзило его затуманенный рассудок.

— Ты пил его? — хриплым шепотом спросил Хью.

— Отвар? — удивился Бенедикт.

Хью снова показалось, что лицо юноши то растягивается, то сжимается.

— Нет, я никогда его не пью. Элис, правда, убеждена, что он чрезвычайно полезен для восстановления жизненных соков, но мне он противен. Я всегда выливаю его, когда она отвлечется.

— Элис! — Хью уцепился за край стола, потому что комната начала медленно вращаться вокруг него. — Отвар!