Невеста алого императора - Мария Боталова

Эроан прав. Нужно успокоиться. Вдох–выдох. Все хорошо. Еще ничего непоправимого не произошло.

— Они могут знать о маячках? — спросила, старательно управляя дыханием. Вдох–выдох. Медленно. Глубоко.

— Могут, — ответил Даррэн. — Возможности фениксов нами не изучены, но полагаю, что могут. Раз магия дворца блокировала маячки — значит, у них могут быть и системы обнаружения, не только блокировки всего без разбора.

— Однако вряд ли фениксы оценили это как агрессивные действия, — добавил Эроан. — Они ведь понимают, что мы не могли путешествовать по горам без подстраховки. А во дворец они сами нас пригласили. Так что с нашей стороны злого умысла не было.

— Эроан, я не хочу здесь оставаться. Мне страшно! У меня такое чувство, будто нам могут навредить. И на помощь мы уже не позовем. Зачем здесь задерживаться? Мы ведь уже установили контакт. Фениксы никуда не денутся — захотят продолжить общение. Мы можем вернуться в империю.

— Стася, я понимаю твои чувства. Но в тебе говорит паника вместе с потрясением. Давай для начала успокоимся, все обсудим, разузнаем подробности. И если ты по–прежнему захочешь отсюда уйти — мы уйдем. Вернемся в империю и уже оттуда будем вести переговоры. Если захочешь, то без твоего участия.

— Боюсь, без моего уже не получится. Но обещаешь, что мы уйдем отсюда, если станет опасно?

— Обещаю. Конечно. — Эроан всмотрелся в мое испуганное лицо. Его взгляд потеплел. — Стася… я не отдам тебя им. Слышишь? Не отдам.

Прочитал мои эмоции. Мои страхи.

Я действительно больше всего испугалась, что нас могут разлучить. Что фениксы захотят как–то на меня повлиять, забрать себе. И разлучить с Эроаном.

— Даже если от этого будут зависеть переговоры с фениксами?

— Я не отдам тебя им ни при каких обстоятельствах, ни при каких условиях.

— Да? — удивился Даррэн. В своем репертуаре, кто бы сомневался!

— Да, — подтвердил император уверенно.

Прижалась к груди Эроана, пряча лицо и впитывая тепло, уверенность этого удивительного мужчины. Удивительное чувство — знать, что он не откажется от меня.

Как ни странно, реплика Даррэна тоже подействовала на меня несколько успокаивающе. Я перевела дыхание и отстранилась от Эроана. Недалеко, совсем чуть–чуть. Однако, напитавшись его спокойствием, его силой, я снова готова бороться.

— Я их заклюю! — заверил Фьёр.

— Ты мой герой, ничуть не сомневаюсь, — откликнулась мысленно.

По крайней мере, за Фьёра теперь можно не опасаться. Считая меня наполовину фениксом, они уже не захотят нас разлучить. А Эроан не позволит, чтобы меня разлучили с ним. Даже ради политики. И я уж точно не позволю вертеть собой как угодно! Сама буду решать. Я им не Алоэна.

— Я пытаюсь восстановить связь. Могу также заняться маячками прямо сейчас, — сказал Даррэн.

— Займись, — кивнул Эроан. — Хотелось бы понять, что именно блокирует нашу магию и насколько это серьезно. Возможно, удастся найти лазейки. А возможно, какие–нибудь неприятные сюрпризы, о которых лучше узнать заранее.

Даррэн кивнул и прошел к сумке с вещами.

— Вам не кажется подозрительным, что все умерли? — наконец вернув способность соображать, поинтересовалась я. — Кроме Алоэны, все умерли. Ее родители, ее брат, ее сестра. Зато добрый дядюшка взошел на трон, раз уж больше некому.

— Это и правда подозрительно, — согласился Эроан. — Первым делом стоит выяснить, какие у них теперь… ожидания.

Мне понравилось, что Эроан не сказал «планы фениксов», а лишь ожидания. Потому что мы совершенно точно будем учитывать наши желания, а не идти на поводу у фениксов.

— Возможно, полукровка не может занять трон, и опасаться тебе будет нечего. Ни того, что попытаются усадить на трон, если этот светлейший искренен, ни того, что попытаются устранить, лишь бы не садить на трон. В любом случае я не оставлю тебя одну. И Даррэн будет постоянно начеку.

— Как надолго ты планируешь здесь задержаться?

— Может, на завтрашний день или еще один. Этого должно хватить, чтобы обсудить ожидания обеих сторон и на первое время составить договоренности. Все остальное будем обсуждать уже после, с более удобных позиций. Когда ты будешь в безопасности и подальше от фениксов.

— Значит… ты не хочешь, чтобы я с ними осталась? Даже ненадолго, чтобы наладить связи?

— Нет, — отрезал Эроан твердо, как будто и мысли такой не допускал. — Ты моя любовница и вернешься вместе со мной. Фениксы не имеют на тебя никаких прав.

А мне от этого заявления так хорошо внутри сделалось, так тепло. И уже не настолько тревожно. Хотя смертность королевской семьи по–прежнему напрягает.

В дверь постучали. Дождавшись разрешения войти, в гостиную заглянул светлейший. Один, что ли? Удивительно!

— Алоэна…

— Стася, — поправила я.

— Стася, я могу поговорить с тобой наедине?

— У меня от Эроана никаких секретов нет.

Все внутри меня противилось тому, чтобы один на один остаться с фениксом. Здесь, в этом вражеском логове, я не хотела отлучаться от Эроана, даже если он будет в соседней комнате.

— А я вот один пришел… — феникс развел руками, притворяя за собой дверь. — Хочу показать, что вам нечего опасаться. Никто вам здесь не навредит.

— Ваши подчиненные как будто живут отдельной жизнью, — заметил Эроан. — Когда вы заверяете, будто мы в безопасности, увы, нет, никакой гарантии, что ваши подчиненные считают точно так же.

Анаасг с печалью вздохнул:

— Я на самом деле очень сожалею о произошедшем. Мы не могли понять, как раах выбрал человека. Такого попросту не бывает. Раахи выбирают фениксов или… как выяснилось, полукровок. Мы планировали разузнать детали. Посмотреть, насколько крепка связь с раахом. Разобраться в феномене. Но ни в коем случае не действовать грубой силой. Я сожалею, что необдуманные действия ребенка заставили вас усомниться в нашей порядочности. Но уверяю… этого больше не повторится.

Обменявшись взглядами с Эроаном, Даррэн поднялся.

— Ладно, пойду к себе. Зовите, если что, ваше величество.

— Да, считаю важным пояснить, — добавил светлейший, провожая его взглядом. — Дворец защищен магией, которая не позволяет определять наше местонахождение. Как вы понимаете, это сделано в целях безопасности. Надеюсь, вы не слишком расстроены из–за того, что ваши артефакты сломались?

— Ничуть. Я их починю, — заверил Даррэн, закрывая за собой дверь.

Кхм… значит, фениксы знают. Но Даррэн умеет держать лицо, да еще так невозмутимо сказал.

Светлейший повернулся