Роковая Роксана - Ната Лакомка

На Стеллу было жалко смотреть – такая она была бледная и понурая, но я решительно поднялась по ступеням и уже хотела позвонить в дверной колокольчик, как вдруг словно из ниоткуда рядом со мной возник человек с абсолютно незапоминающимся лицом и вежливо открыл дверь, провернув в замочной скважине ключ.

- Это кто? – прорезался голос у отчима.

Он с удивлением смотрел на мужчину, который жестом пригласил нас войти, и который был одет так, что впору милостыню просить возле церкви, а не держат в кармане ключ от самой роскошной квартиры в Солимаре.

- Слуга графа, - коротко ответила я, и отчим медленно кивнул.

Зеркальная прихожая многократно отразила наши фигуры, превратив комнату в балаган с кривыми зеркалами. Я постаралась не смотреть на отражения, потому что это было немного жутко.

- Кто там, Лойл? – послышалось со второго этажа, а потом показался и сам граф – уже в новых штанах песочного цвета, в белой рубашке и в алом бархатном халате, наброшенном поверх.

Туфли у милорда Бранчефорте тоже были бархатные и красные. С вышивкой золотом. От всего этого, а также от обстановки вокруг повеяло такой головокружительной роскошью, что Стелла и отчим растерялись.

Граф окинул нас внимательным и цепким взглядом, и сказал:

- Поднимайтесь.

Он даже не поздоровался, и это ничего хорошего нам не обещало.

Я снова оказалась в той самой комнате, где бродила в графской рубашке на голое тело, и невольно поискала взглядом – не лежит ли она ещё здесь. Но порядок в комнате был идеальный, будто армия горничных только-только прошлась здесь с метёлочками, тряпочками и ароматической водой.

Бранчефорте указал нам со Стеллой на кресла, отчиму придвинул стул, а сам уселся на диван, забросив ногу на ногу и живописно взмахнув полой халата, а потом сказал:

- Итак?..

Стелла молчала, опустив голову, и заговорила я. Протянув графу список и альбом, я постаралась ничего не упустить – сборища ведьмочек в развалинах, оповещение цветами, леди Ленсборо в роли организатора шабаша.

Граф выслушал меня, не перебивая, а когда я закончила, задал Стелле несколько вопросов, на которые она отвечала голосом умирающего.

От кого и когда ей стало известно о святилище Соль и ритуалах? Сколько раз она посещала эти сборища? Какое ещё колдовство, помимо проклятий, практиковали ведьмы?

Когда граф произнёс слово «ведьмы», Стелла вздрогнула и подняла глаза, со страхом глядя на нас по очереди.

- А как вы думали называются ваши милые прогулки на холм? – холодно произнёс Бранчефорте. – Всё, маски сброшены, дорогая леди. Будем называть вещи их именами. Теперь садитесь за стол, берите чернила и перо, и запишите всё подробно, ничего не упуская. Потом поставите дату и подпишетесь.

Стелла пересела к столу, а я чувствовала себя в мягком кресле, как на подушке, набитой иголками. Судя по тому, что отчиму тоже не сиделось спокойно, он испытывал те же самые чувство.

- Что вы будете делать теперь, милорд? – спросила я, и перо Стеллы перестало скрипеть о бумагу.

- Что делать? – задумчиво переспросил граф, ощупывая нагрудные карманы халата. – Да вот закурю, наверное, - и он вытащил из внутреннего кармана золотой портсигар. – Мистер Тенби, сигару? Готов поклясться, у меня лучшие сигары во всём королевстве.

- Нет, благодарю, - сухо ответил отчим. – Только трубка.

- А к трубке у меня – лучший табак во всём мире, - тут же отозвался граф и достал из ящика столика табакерку. - Прошу вас, оцените!

Отчим взял табакерку, открыл, принюхался и с удовлетворением кивнул.

- Отличный табак, - согласился он. – Тогда если дамы не возражают… - он вопросительно посмотрел на меня.

Я покачала головой, показывая, что не против, и отчим достал из кармана трубку, завёрнутую в шёлковую ткань.

- Насколько я понимаю, это – латакия? – спросил он.

- Да, - граф улыбнулся углом рта. – Люблю, чтобы у меня было всё самое лучше.

- Хм… - отчим многозначительно постучал ногтями по крышке шкатулки.

- Это не контрабанда, можете быть спокойны, - граф снова усмехнулся. – Подарок. Подарил дипломат с востока. В благодарность за разрешение крайне деликатного дела.

Несмотря на тревожную ситуацию, я не удержалась и закатила глаза. Граф не был бы графом Бранчефорте, если бы не похвастался. Он заметил и подмигнул мне, как ни в чём не бывало.

Отчим набил трубку, раскурил и с наслаждением затянулся.

- Чудесный табак, - только и сказал он.

- Чудесная трубка, - вернул граф комплимент. – Морская пенка, если не ошибаюсь?

- Да, - отчим не удержался и вынул трубку изо рта, сам полюбовавшись на неё. - Сразу видно, что вы – ценитель.

Я чуть не закатила глаза опять. Мужчины – как дети. Сейчас не время любоваться трубками и оценивать контрабандный табак. Но они пустились в рассуждения по поводу качества тех или иных сортов табака, и обсуждали это с таким увлечением, будто переловили уже всех ведьм и колдунов на свете. Разговор мужчин начал меня раздражать, и я уже подумала, что графу стали безразличны трагические события нашего города, судьба Стеллы, да и моя собственная, как вдруг он произнёс самым обыденным тоном:

- Мне хотелось бы оставить леди Роксану здесь на эту ночь. Думаю, вы и ваша супруга не станете возражать, господин Тенби?

Я вздрогнула, услышав это. Стелла перестала скрипеть пером и покосилась в сторону графа, а отчим едва не просыпал пепел из трубки на штаны.

- Верно ли я вас понял, милорд… - начал он.

- Абсолютно верно, - не дал договорить ему граф. – Поймите меня правильно. Я предлагаю сделать это из самых благородных побуждений. Завтра свадьба. Кто знает, на что может решиться человек, который не хочет её допустить.

- Но это неприлично, - отрывисто бросил отчим.

- В данном случае нам надо выбирать между приличиями и безопасностью, - возразил Бранчефорте.

- Но мы пережили три несостоявшиеся свадьбы, - не сдавался Аделард, - и никто не пытался навредить Роксане!

- Письма с угрозами начали приходить только сейчас, - мягко напомнил граф. – И обращаю ваше внимание, что леди Роксану звали в развалины. Туда, где проходили шабаши солимарских ведьм. Надеюсь, вы не забыли, что одна из них живет в вашем доме.

Стелла выронила перо, отчим нервно дёрнул рукой