Скверная голубая кровь (ЛП) - К. М. Станич

— Полуголой? — говорит он, сузив глаза до щёлочек. — Если ты думаешь, что я только наполовину обнажён под всеми этими пузырями, то ты даже более наивна, чем я думал.

Мой рот приоткрывается, когда Крид ухмыляется мне, и я тут же опускаю глаза, пытаясь хоть мельком увидеть… Полагаю, он решает, что туманных намёков недостаточно, и встаёт, демонстрируя мне всю свою, гм, красоту.

«Святое ёбаное дерьмо», — думаю я, когда Крид обходит скамейку, чтобы сесть поближе ко мне. Мы не совсем соприкасаемся, но мне кажется, что так оно и есть, особенно зная, что на нём вообще ничего нет.

— А если тебя застукает здесь сотрудник? — я задыхаюсь, пытаясь не думать о приятной, твёрдой длине его члена… Нет. Нет, нет, нет. Я с усилием вытаскиваю свой разум из этой сточной канавы.

— Тогда я встану, покажу им всё, и им будет так некомфортно видеть член студента, что они отпустят меня с одним-двумя замечаниями. — Он так уверен в себе, что мне хочется понаблюдать за ним. Но я здесь не для этого. Я пытаюсь восстановить отношения, которые были у нас в прошлом году. — Что я хочу знать, так это почему ты здесь, а твой парень нет.

— Парень? — спрашиваю я и думаю о Виндзоре на долю секунды раньше, чем о Заке. Почему и как это происходит, я не уверена, но это выводит меня из себя. — У меня нет парня.

— Ты целуешься с Заком Бруксом просто ради забавы?

— Я поцеловала тебя ради забавы в прошлом году, — отвечаю я, и это неподходящая тема для обсуждения, потому что Крид немедленно замолкает. Мы сидим там вместе, среди жары и пузырьков, оба уставившись в разные стороны. Когда он снова смотрит на меня, то подпирает пальцами подбородок и смотрит на меня сверху-вниз, как будто допрашивает.

— И вообще, почему ты со мной разговариваешь? Ты сказала, что скучала по мне. Отлично. Но не притворяйся, что ты переживаешь из-за того, что произошло.

— Я наказала тебя, — говорю я ему, и он съёживается. Он знает, что я говорю о дневнике и об электронном письме его матери. — Теперь мы квиты. Я хочу двигаться дальше, Крид. Твоя сестра — моя лучшая подруга, а твоя мама — мой спонсор, и… нам было очень весело вместе, так ведь? — он ничего не говорит, просто пристально смотрит на меня. — Что я пытаюсь выяснить, так это когда это изменилось для вас троих. Сначала я могла бы сказать, что ты действительно ненавидел меня за то, кем я была и за что выступала. Но я думаю, что после того, как ты заключил это пари и начал проводить со мной время, всё изменилось. Теперь мне интересно, не отталкиваете ли вы трое меня в этом году, чтобы защитить.

Крид фыркает, но не отвечает, и я внезапно чувствую себя взвинченной, как будто я что-то заподозрила.

— Вот почему ты такой замкнутый, странный и подлый, но также и поэтому ты не набросился на меня со всем, что у тебя есть. Какая-то часть тебя, даже если она спрятана глубоко внутри… может быть, не ненавидит меня так сильно, как тебе хотелось бы?

Он игнорирует меня, но я внезапно начинаю дрожать и покрываюсь потом. Это правда, не так ли? Как бы тяжело мне ни было изображать интерес, не испытывая истинных чувств, у них была такая же проблема в прошлом году. Это, блядь, отстой. Если бы здоровье моего отца не было поставлено на карту, если бы моя учёба в Бёрберри не была… остановила бы я пари с Харпером прямо сейчас? Внезапно это кажется излишеством. Я почти рада, что нет возможности отказаться от него. Этим парням нужен урок, чтобы пройти полный круг.

— Девочки не остановятся, пока тебе не будет нанесён непоправимый ущерб, — говорит Крид, вздыхая. Он смотрит на меня, и его веки приоткрываются больше, чем обычно, обнажая его великолепные голубые глаза. Он оценивающе смотрит на меня. — Ты привлекла внимание клуба Бесконечности, Марни. — О боже, он только что назвал меня Марни. — Уходи и перестань мучить нас.

Нас.

Он только что сказал «нас».

— Мучить вас, каким образом? — спрашиваю я, и затем Крид действует с молниеносной скоростью, отбрасывая роль ленивого принца ради непреодолимого кошмара, которым он является, когда защищает Миранду. Он сажает меня к себе на колени, и я внезапно оказываюсь просто осёдланной у его твёрдости, обвивая руками его шею, его руки на моих бёдрах.

Наш поцелуй внезапен и яростен, и это заставляет меня забыть, что прошло какое-то время с того момента, как его губы в последний раз были на моих. Я забываю о розыгрышах, пари и пытках, и я просто прижимаюсь к нему и целую, тихие стоны вырываются у нас обоих.

Крид — тот, кто отталкивает меня назад, его голубые глаза сверкают. На этот раз его взгляд из-под тяжёлых век совсем не ленивый. Всё, что это говорит мне, — это секс.

— Как далеко ты хочешь, чтобы это зашло? — спрашивает он резким от желания голосом. Я тяжело сглатываю и выдыхаю, обхватывая пальцами его мускулистые плечи. Мы прижимаемся лбами друг к другу, и я чувствую, что могу умереть. Несмотря ни на что, я скучала по этому куску дерьма. Всё, чего я хочу, это… и мне жаль.

— Ты снимаешь это на этот раз? — шепчу я, и Крид напрягается подо мной. Я имею в виду, жёсткий в других отношениях, менее хороших.

— Нет.

— Ты… — я поднимаю на него глаза и не могу не думать о Заке. Это в чём-то похоже на предательство. Я сказала ему, что мы не встречаемся, что я никогда не смогу быть с ним, но… — Тебе доставляет удовольствие то, что ты сделал со мной?

Крид обнимает меня и притягивает к себе.

«Пожалуйста, скажи это», — я думаю. «Пожалуйста».

— Если ты думаешь, что я собираюсь кому-нибудь рассказать об этом, то я этого не сделаю. — Он выдыхает, и это первая искренняя эмоция, которую я вижу у него за долгое время. — Тебе нужно уйти из академии, пока не стало слишком поздно.

— Я не боюсь Харпер и её подружек-сук, — огрызаюсь я, и Крид скрипит зубами.

— Может быть стоит. — Я сильнее насаживаюсь на его промежность, и он стонет. — Господи, Марни.

— Ты уничтожил меня, — выдыхаю я. Я не хотела этого, но слова просто слетают с моих губ. Моё